Имперец. Том 3

Романов Михаил Яковлевич

— У него ничего не случилось? Может быть, нужна какая-то помощь? — нахмурился Кирилл.

В ответ я лишь пожал плечами:

— Полагаю, если бы это было так, он бы сказал, — произнес я.

— Недостаточно ты еще знаешь наше общество, Александр, — усмехнулся Нахимов. — Просить помощи — расписываться в собственной слабости. А вот если мы сами ему предложим — уже совершенно другой вопрос.

Я демонстративно закатил глаза.

— Ладно, увидимся вечером, — парень хлопнул меня по плечу и свернул в направлении

своей аудитории.

Деловой центр «Аурум», Василиса Корсакова

Василиса уже второй день после пар работала в новом офисе. Завтра должны были наконец-то явиться работники Лобачевского, и девушка торопилась с подготовкой, планируя нарезать задачи.

Александр выделил под их проект аж целых пять верхних этажей. И, честно признаться, большую часть вчерашнего вечера девушка была занята тем, что слонялась по своему новому офису, смотрела в окна, щупала столы, пыталась осознать реальность происходящего.

Ее идея, рожденная случайно во время девичьих посиделок, начала воплощаться в реальность настолько стремительно, что Василисе было даже немного страшно.

Сначала это казалось небольшим проектом, для своих подружек, собранном на коленке. Потом вдруг пришлось считать экономику и оборудование из расчета на каждую тысячу пользователей. А теперь она стоит в золотом деловом центре в самом сердце столицы, проговаривает про себя завтрашнее уставное совещание с командой и готовится распределять задачи.

Как большая!

Василиса закружилась по открытому пространству меж рабочих столов, разделенных невысокими перегородками. Ей хотелось петь и танцевать! Александр был так уверен в успехе ее проекта, что теперь и она сама не сомневалась в этом. Успех казался неизбежным и даже почти осязаемым.

«Это будет самый популярный сайт в Российской империи!» — повторяла про себя Корсакова, с трудом усаживаясь обратно за свой компьютер в — обалдеть только! — собственном кабинете.

Закончила свои дела Василиса только ближе к полуночи. Немного поколебавшись, звонить ли Александру, чтобы подвез в университет, или вызвать такси, Корсакова все же выбрала последнее.

Даже если Мирный не занят, дергать его в такое позднее время, чтобы парень поработал извозчиком, девушке показалось неуважительным.

Пользуясь тем, что поздним вечером на территории делового центра кроме охраны и пары трудоголиков из числа арендаторов не было никого, от здания до проходной Василиса не шла — скакала вприпрыжку, такое радостное было настроение у девушки.

Дорогое такси, вызванное неспящим консьерж-сервисом здания, стояло прямо напротив турникетов, моргая аварийкой и привлекая внимание. Василиса уселась на заднее сиденье, подтвердила пункт назначения и откинулась на спинку.

Таксист, молодой улыбчивый парень, обещал, что домчит за

двадцать минут, но Корсакова не особенно-то и торопилась. Ночная Москва ей нравилась — эти яркие огни, пустынные дороги, мокрый от моросящего дождя асфальт.

Несмотря на унылую, в общем-то, осень, город казался каким-то уютным. Наверное, дело было в приподнятом настроении, ожидании успеха, мужчине, занимавшем большую часть ее мыслей.

В ее прекрасной жизни, которую ничто не могло омрачить.

—…Да что ж ты делаешь?! — вырвал Корсакову из розовых мыслей вопль водителя.

Машина перед такси резко дала по тормозам, вынуждая шофера метнуться в соседний ряд, но там его бортанул микроавтобус. Такси развернуло от удара, а Василису швырнуло на соседнее сиденье.

— Вы совсем охренели?! — заорал водитель, выскочивший из машины.

Василиса даже успела подумать, что это наверняка какие-нибудь очередные пьяные аристократы отмечают усечение рода Распутиных, как раздался выстрел, и матюги таксиста оборвались на полуслове.

В мгновение ока Василиса похолодела, глядя на то, как, будто в замедленной съемке, падает на асфальт ее шофер.

Корсакова не была дурой и прекрасно понимала, что у Александра Мирного при такой активной верноподданнической позиции наверняка уже целый полк врагов собрался. А потому Василиса даже и не рассчитывала на мирное урегулирование конфликта.

Да и какое оно может быть еще, раз уже есть погибший?!

Может быть, на другом жизненном этапе Василиса бы и прочувствовала весь кошмар происходящего. Может быть, испытала парализующий ужас, а то и вовсе рухнула бы в глубокий обморок. Но тесное общение с Александром Мирным если чему ее и научило — так это никому не отдавать инициативу, когда вопрос касался собственной жизни.

А потому, едва пассажирская дверца распахнулась, и в проеме появился нападавший, чтобы то ли добить, то ли вытащить Василису из машины, Корсакова обдала его раскаленным паром.

— Сука-а-а!!! — заорал мужик, отшатываясь и хватаясь за оплавленное лицо.

Василиса воодушевилась результатом и следующему сунувшемуся к ней запустила острой ледышкой четко в глаз. Корсакова даже успела отстраненно подумать, что, кажется, она только что стала убийцей, а в следующее мгновение ей в шею уже вонзилась игла.

И словно кто-то рубильник передернул — вокруг стало темно, и мир перестал существовать.

Москва, Александр Мирный

До Ходынки я все-таки не доехал.

Хотя шансы, конечно, были — я, как правило, не беру трубки, если вижу вместо номера текст «Абонент не определен». Но сегодня, видимо, был день, располагающий к разговорам, и я надеялся, что это какие-нибудь веселые мошенники, которых можно желчно потроллить.

Увы.