Имперец. Том 3
Шрифт:
Москва, Княжеский особняк рода Ермаковых, Александр Мирный
Гости разъезжались ближе к полуночи. Перерасти в веселую попойку пафосный вечер не смог — старшее поколение незримо бдело, хотя я был больше чем уверен, что вот у них там градус повыше и в целом тусовка поинтереснее.
— Алекс, мы тут с Алмазом собрались еще немножко покутить, ты как? — подскочил ко мне Иван с горящими глазами.
Я уже знал это шальное выражение лица цесаревича — филей наследника престола
Вспоминая последний наш выезд, я что-то прямо не горел желанием в очередной раз навещать Лубянку. А учитывая мой опыт кутежа с Тугариным, перспективы вообще вырисовывались страшные. Особенно когда речь идет о тусовке с ними обоими в одной компании.
— Я с дамой, — напомнил я, приобнимая Василису за талию. — И даму следует проводить домой.
— М-да, даму с нами лучше не брать… — задумчиво произнес Иван. — Но, может быть, дама отпустит своего кавалера?
И цесаревич поиграл бровями, смотря на Василису. Девушка растерялась, не совсем понимая, как ей себя вести, и беспомощно посмотрела на меня.
— Иван, — строгим тоном проговорил я. — Не ставь нас всех в неловкое положение. Мне ли учить тебя этикету?
Цесаревич картинно закатил глаза.
— Что тут у нас? — спросил Юсупов, подойдя к нам поближе с бокалом в руке. — А, скучные парочки. Отстань от них, Ваня, с ними каши не сваришь. Поехали, покажу тебе настоящую ночную Москву со всеми ее злачными местами! Такого праздника ты точно не забудешь!
Балагуры укатили, прихватив с собой по обыкновению мрачного Нахимова и немного рассеянного Лобачевского.
— Ничего, что ты не поехал? — негромко спросила Василиса, когда мы уже подходили к подогнанному к парадной лестнице «Руссо-Балту».
— Даже не переживай об этом, — отмахнулся я. — Я не в настроении пить до упаду, нарываться на потасовки и просаживать деньги в борделях.
— Алекс, как можно! — округлила глаза Корсакова.
— Ну а чем, как ты думаешь, они там будут заниматься? — спросил я с ухмылкой. — Любоваться полуночной луной на набережной Москвы-реки?
Девушка хихикнула, и я усадил ее на пассажирское сиденье.
— В университет? — спросил я, заводя двигатель.
— Нет, я бы хотела провести выходные у отца, — покачала головой девушка, не забыв пристегнуться.
— Не вопрос, диктуй адрес, — отозвался я, трогаясь с места. — Давно хотел познакомиться с твоими родственниками.
— Алекс! Ну не ночью же! — возмутилась Корсакова.
— Ла-а-адно…
Какое-то время мы ехали молча по божественно пустой Москве, но Корсакова не могла долго сидеть без дела. И, сказать по правде, мне в ней это нравилось. Это не та куколка, что будет красивым предметом интерьера. Нет, эта девчонка умеет хорошо потрудиться и не даст тебе заплыть жирком на диване.
— Можно я немного побуду занудой и напомню, что завтра у тебя собеседование сотрудников Лобачевского? — спросила Василиса, нарушая тишину в салоне.
Я вздохнул:
— Во сколько?
— В четыре. Как раз успеем доехать с университета, —
— Хорошо. Сколько человек?
— Шесть.
— Где собеседуем?
— У нас в офисе, — произнесла Василиса и тут же добавила: — В котором, кстати, ты еще ни разу не был после его обустройства, — пожурила меня девушка.
Да, да… Эта внеплановая международная командировка, прямо скажем, немного выбила меня из рабочего графика. Меня и весь Васькин проект в целом, потому что умная девушка не стала подписывать никакие документы без моего одобрения.
— Хорошо, — покладисто согласился я.
Жила Василиса в небольшом двухэтажном особняке в районе, что называется, класса выше среднего. Машина катилась по неширокой улице, где за глухими заборами стояли разномастные домики, и если бы я не знал, что нахожусь в пределах условного МКАДа, то легко бы мог вообразить себя в каком-нибудь элитном поселке.
— Вот здесь! — сказала девушка у очередного невыразительного кирпичного забора, но, заметив байкера, который выехал из ворот и остановился, недовольно буркнула: — Да что ж такое-то…
— Родственник? — уточнил я.
— Брат, — нехотя ответила Василиса.
— Ну, я ж говорил, что хочу познакомиться с твоими родственниками, — усмехнулся я в ответ.
Корсакова застонала, совершенно не разделяя моего энтузиазма.
Пока я парковал машину у ворот и обходил транспорт, чтобы, как воспитанный молодой человек, подать руку Василисе, байкер снял шлем и без стеснения смотрел и на меня, и на мою машину, и на вылезшую из нее девушку.
— Васька, я не понял, а это у нас что, новый тариф у такси появился? «Царский»? — без предисловия произнес парень, строго глядя на сестру.
Та вздернула свой миленький носик, мигом растеряв всю мягкость, и с вызовом произнесла:
— Александр, познакомься, мой брат Борис. Борис — это мой молодой человек, Александр.
— Молодой человек? — нехорошо протянул старший брат Корсаковой. — Вася, а не рановато ли ты…
— Боря! — рявкнула Василиса таким тоном, что я хмыкнул.
Вот тут сразу стало видно, что за миленьким личиком кроется весьма упертая личность. Полагаю, можно быть уверенным, что коллектив под рукой Корсаковой будет трудиться, как пчелки. С виду она милая робкая девушка, но когда надо — умеет и нажать.
— Отец не одобрит, — покачал головой Борис.
— Он не узнает, — отмахнулась Василиса.
— Не хотелось бы мне, конечно, тебя расстраивать, — медленно произнес я, — но помимо того, что твой отец сейчас смотрит в окно, завтрашние газеты явно упомянут нас в светской хронике.
В окне второго этажа действительно темнела мужская фигура.
Я вот, когда родилась дочка, даже одно время подумывал достать из сейфа ружье, чтобы гонять всех ее хахалей. Жена отговорила, мол, потом замуж не пристроим, а самых мерзотных она сама отвадит. Нет, была, конечно, логика в ее словах, но древний отцовский инстинкт требовал устроить отстрел всех малолетних пацанов, просто поворачивающих голову в сторону моей девочки.