Императоры Византии
Шрифт:
Однако во время стоянки на Родосе Иоанн был убит взбунтовавшимися солдатами фемы Опсикий, экспедиция расстроилась, а часть флота отплыла назад и под руководством стратигов фем осадила Константинополь. В начале августа Анастасий, боясь оказаться запертым в столице, покинул ее и укрепился в Никее.
В марте 716 г. отряды императора были разбиты мятежниками в Малой Азии, Константинополь сдался и в очередной раз знатные люди подверглись избиению, а город — грабежу. Василевс, не надеясь на победу, отрекся от престола в пользу узурпатора Феодосия III, который обещал сохранить Анастасию жизнь при условии принятия им монашеского обета.
Низверженный властитель поселился в одном из монастырей Фессалоники. Летом 719 г., уже
Феодосий III
(? — после 754 (?), имп. 715–717)
Феодосий, «человек беспечный и простолюдин» (Никифор, [61, с. 371]), занимал незначительную должность сборщика податей в Мизии. Восставшие летом 715 г. войска провозгласили его императором [61] . Феодосий скрылся от них в горы, но солдаты поймали беглеца и заставили принять власть.
61
Непонятно почему. Впрочем, по одной из версий, Феодосий III был отнюдь не низкого рода, а сыном Тиверия III.
Несмотря на разгоравшуюся войну с арабами, ряд стратигов не признали этого малоспособного правителя, бывшего лишь ширмой для властвования опсикийских военных. В апреле 717 г. малоазийские войска объявили в Амории императором анатолийского стратига Льва.
Феодосий III попытался организовать сопротивление, но Лев без труда преодолел слабые заслоны на пути к столице, захватил в плен сына императора и осадил Константинополь. 25 марта 717 г. Феодосий III отрекся от престола, вместе с сыном (будущим митрополитом) постригся в монахи и удалился в Эфес. Там он вел аскетический образ жизни, целиком посвятив себя Богу, а когда умер, окрестные жители долго почитали его как святого. Единственным значительным деянием этого императора явилось подписание в 716 г. мирного договора и выгодного торгового соглашения с болгарским царством.
Лев III Исавр или Сириец
Император Лев III, основатель Исаврийской или Сирийской династии, происходил из сирийского города Германикии и был, по-видимому, местным греком. Прозвище Исавр, доставшееся ему и его потомкам, по мнению современных исследователей, ошибочно, хотя вопрос этот спорный. Семья Льва после захвата Германикии арабами перебралась во фракийскую Мезимерию, где будущий император и провел свою молодость. Родители его, судя по всему, были люди непростые, и Лев считался достаточно состоятельным человеком. В 705 г., когда через Мезимерию отбивать константинопольский престол у Тиверия III шло болгарское войско Юстиниана Ринотмета, Лев примкнул к последнему, приведя в его лагерь несколько сотен овец для солдат.
Воцарившись, Юстиниан II не забыл услужливости Льва, и с этого момента началась его карьера. Он получил титул спафария и стал близким императору придворным. Естественно, что у неожиданно возвысившегося провинциала появились недруги, и спустя некоторое время Юстиниан Ринотмет по наущению доносчиков заподозрил его в «измене» и отправил подальше из столицы, послом в Лазику — по крайней мере, такую версию предлагает Феофан. Лев должен был подкупить царя лазов и втравить их в войну с племенами, враждебными империи. Вскоре Юстиниан II приказал отнять у спафария казну и тем самым поставил его в опасное и нелепое положение: пообещав лазам деньги, Лев оказался не в состоянии их выплатить. Однако варвары выступили
Уже тогда он проявил себя как человек коварный, лживый и вместе с тем бесстрашный и упорный в достижении своих целей. Лев не брезговал никакими способами и не останавливался ни перед каким риском. Однажды, надеясь перехватить и возглавить отбившийся от своих отряд ромейских наемников, он с пятью десятками варваров перешел горы на лыжах (круглых плетеных снегоступах) по опасному весеннему снегу. Лев Исавр отлично владел конем и оружием, отважно сражался не только на суше, но и на море и был одним из самых блестящих полководцев Византии.
Выросший вдали от столицы, Лев III не мог похвастать большой образованностью, однако обладал живым умом и превосходно говорил не только по-гречески, но и по-арабски.
Георгий Амартол ([28, т. I, с. 468]) пишет, что внешне он был «добровиден и красив лицом» и отличался высоким ростом.
Закончив дела на Кавказе, Лев не торопился вернуться в Константинополь, справедливо опасаясь Юстиниана Ринотмета и его необузданного нрава. Лишь при Филиппике или даже после его свержения полуопальный спафарий оказался в столице. Император Анастасий II, крайне нуждавшийся в надежных и опытных государственных мужах, наградил его титулом патрикия и назначил стратигом важной в военном плане фемы Анатолии.
С новой должностью Лев Исавр освоился достаточно быстро. Он не смог или не счел нужным вмешиваться в борьбу за власть между Анастасием II и Феодосием II. Когда же последний утвердился на престоле, Лев не признал его императором, отчетливо сознавая, что слабый и неопытный Феодосий, поддерживаемый одной лишь фемой Опсикий, навряд ли сможет оказать ему действенное сопротивление. Скрепив союз со стратигом Армениака Артавасдом обещанием тому руки своей дочери Анны и договорившись о временном перемирии с арабами, которые охотно поддерживали любую смуту в государстве противника, Лев Исавр 13 апреля 716 г. объявил себя императором. Однако сарацины не прекращали боевых действий, и Льву пришлось терять время, отбиваясь от их набегов или ведя переговоры. Лишь весной следующего года он повел армии восточных провинций на столицу. 25 марта 717 г. Феодосий III сложил с себя власть, и патриарх Герман венчал Льва III Исавра на царство.
Сицилийская фема провозгласила под именем Тиверия еще одного кандидата в императоры, некоего Василия Ономангула, но посланный в Италию вновь назначенный стратиг Сергий подавил мятеж, а организаторов беспорядков заставил спасаться бегством.
Новый император оказался лицом к лицу с опасностью грандиозного нашествия мусульман. Ему некоторое время удавалось, обманывая их командующего, брата халифа Масламу, замедлять продвижение сарацинских войск к Константинополю от ранее захваченного ими Пергама, но к лету 717 г. арабы уже перешли Геллеспонт, а 15 августа началась осада столицы. Поддерживая сухопутные войска, 1 сентября в Пропонтиду вошел громадный (ок. 1800 кораблей) арабский флот и занял все морское пространство против Константинополя, от Магнавры до Кикловия. Ромеи перегородили Золотой Рог цепью на деревянных поплавках, а василевс, не теряя времени даром, организовал вылазку и, лично командуя византийскими кораблями, одержал над врагом первую победу.
Не сумев взять город с ходу, сарацины приступили к планомерной осаде, выкопав у стен ров и возведя на нем укрепления. Но инициатива на море, благодаря «греческому огню», оставалась в руках ромеев, а город, обильно снабженный средствами обороны еще при Анастасии II, с суши был неприступен. Осада затянулась до зимы, которая оказалась необычайно холодной. Более трех месяцев земля лежала под снежным покрывалом, из-за отсутствия фуража и продовольствия в огромном лагере осаждающих начался голод.