Император Владимир
Шрифт:
– Ты угадал - мы едем с тайным заданием от моего племянника, - кивнул Владимир Александрович. Высказанное средним сыном предположение об истинных целях поездки во Францию великолепно вписывалось в замысел великого князя.
– Учтите, мои дорогие: наша миссия секретна, кроме вас и меня о ней знает только ваш родной дядя Алексей. Сестре и маме - ни слова.
На родине Ришелье и д*Артаньяна всё пошло, как и задумывалось. Алексей Александрович, приехавший на пару дней ранее, организовал старшему брату встречу с месье Амбалем Лаганем - директором тулонского отделения фирмы 'Форж э Шантье де Мидетерриане'. Последний моментально
Результатом переговоров стала договорённость с французами на постройку пары броненосных крейсеров водоизмещением по 10.000 тонн каждый, и броненосца с водоизмещением в 15.000 тонн. Согласно этой договорённости, фирма 'Форж э Шантье' обязалась передать заказчику всю проектно-техническую документацию по обоим кораблям, чтобы российская сторона могла построить по французскому проекту несколько систершипов на своих, отечественных верфях. Согласно этой же договорённости, российская сторона обязалась сформулировать тактико-технические требования и представить фирме эскизные предложения, что и было сделано Владимиром Александровичем во время третьей встречи с месье Лаганем.
Первоначально, ознакомившись с эскизами и требованиями русских друзей, директор тулонского отделения 'Форж э Шантье' сильно озадачился, и попросил несколько дней для консультаций со своими инженерами. Француза сильно смущали заявленные заказчиком характеристики, явно подготовленные в обход специалистов из МТК, а так же некоторые странности в поведении его старого друга Алексея Александровича.
Общаясь с русскими друзьями, Лагань обратил внимание на то, что генерал-адмирала находится под очень сильным влиянием своего старшего брата. С другой стороны, сделка с великими князьями - не важно, кто из них играет первую скрипку, а кто лишь подпевает солисту - сулила фирме весьма выгодный контракт и хороший гешефт её директору. В-общем, спустя неделю стороны ударили по рукам, отметив контракт небольшим банкетом в узком кругу.
Разобравшись с заказом будущих 'Баяна', 'Цесаревича' и пока ещё безымянного броненосного крейсера, Владимир Александрович и его семья задержались на гостеприимном Лазурном побережье на целых две недели. Благо, положение в обществе и финансовые возможности позволяли отдыхать, сколько хочется.
Следующими целями второго сына императора Александра Второго-Освободителя стали город Сен-Шамон, где располагался металлургический концерн 'Форж э Ассиери де ля Марин', и заводы Шнейдера в Ле Крёзо.
Экскурсия по этим предприятиям заняла с неделю, и оказалась весьма полезной, как для самого великого князя, так и для Бориса с Андреем. Действуя строго по пословице 'доверяй, но проверяй', Владимир Александрович смог получить немало прямых и косвенных подтверждений информации от своего 'гостя'. Готовясь к маневренной и быстрой войне, хитрозадые союзнички вели работы над созданием широкого спектра орудийных систем самых разных калибров.
Столица Франции встретила семейство великого князя дождём и весьма неприятными новостями из Петербурга. Буквально на второй день своего пребывания в Париже Владимир Александрович получил письмо от младшего брата, в котором сообщалось о возникших проблемах с финансированием новой кораблестроительной программы.
Не стесняясь в выражениях в адрес жадного Витте и своих тупых подчинённых, Алексей Александрович информировал, что
Как оказалось, министр финансов, обыкновенно, слабо разбиравшийся в военно-морских вопросах, проконсультировался с кем-то более знающим, и сразу же помчался жаловаться императору. Жаловаться на моряков, разбазаривающих казённые средства путём строительства более крупных и дорогих кораблей, чем это требуется России. Дальше то ли звёзды сошлись не тем образом, то ли Аликс чего-то наплела в уши царю, но Николай Второй, вдруг, страстно возжелал переговорить с любимым дядюшкой о новой кораблестроительной программе.
'Хм, что-то я не припомню, чтобы в моей реальности граф Витте-Полусахалинский осмелился бросить вызов всесильному генерал-адмиралу, - заметил Муромцев.
– Либо в будущем чего-то не знают об этом времени, либо в игру вступили какие-то новые силы'.
'Либо кто-то из Лёшкиных адмиралов банально проболтался о ста миллионах, запрошенных Адмиралтейством на нужды флота, - мысленно озвучив ещё одно предположение, великий князь вложил письмо обратно в конверт.
– Скорее всего, против нас выступили родственнички - Михайловичи, например, или Николай Николаевич... Закулисные интриги чужими руками - это его любимый конёк'.
Хорошо знакомый с раскладами внутри семьи, Владимир Александрович как в воду глядел. Главным организатором демарша Витте действительно являлся Николай Николаевич-младший, который случайно узнал о кругленькой сумме с восемью нулями, испрашиваемой моряками. Утечка же самой информации произошла через вице-адмирала Сергея Петровича Тыртова, имевшего частную беседу с Александром Михайловичем - давним завистником Алексея Александровича.
Не теряя времени, приятель Николая Второго по детским шалостям быстренько придумал, как досадить генерал-адмиралу, причём сделать это с особым изяществом, как и полагается особе голубых кровей. Поведав как бы по секрету министру финансов про аппетиты Морского ведомства, Сандро с чистой совестью умыл руки.
Николай Николаевич-младший, в свою очередь, пригласил на обед вице-адмиралов Авелана и Верховского, и подробненько расспросил тех по интересующим его вопросам. Не подозревая от великого князя какого-нибудь подвоха, Верховский с Авеланом рассказали ему слишком много, больше, чем следовало бы. В результате Витте получил возможность оперировать цифрами, а в цифрах Сергей Юльевич разбирался намного лучше, чем самодержец всея Руси.
Потратив пару дней на посещение дорогущих парижских ресторанов для элиты общества, великий князь не получил ожидаемого удовольствия от изысканной французской кухни. Устроив, было, по старой привычке в одном из ресторанов разгон его персоналу - официантам и поварам - Владимир Александрович неожиданно устыдился собственного поведения.
'Тёзка, что ты со мной сотворил?!
– приказав адъютантам, чтобы те оплатили счёт, великий князь пулей выскочил из ресторана на улицу.
– Год назад я бы выстроил лягушатников во фрунт, научил бы их уму-разуму. А теперь...'.
'А что теперь? Как по мне, так не царское это дело - с поварами да официантами лаяться, - искренне удивился Муромцев, не понимая сути претензий хозяина тела.
– Ты бы лучше свою охрану усилил, а то шастаем по Парижу с двумя адъютантами и пятью казаками, словно провинциальные братки образца начала девяностых... Одного террориста-революционера с хорошей пукалкой хватит, чтобы отправить всех в царствие небесное'.