Имитация
Шрифт:
Взгляды матери и дочери встретились.
– Чем он вам так не угодил? Вы его даже не знаете! У него проблемы с деньгами? Поэтому?
– Деньги – это мелочь. Нам оказалось достаточно тех видео. Мы их с твоим отцом видели.
Анна поморщилась, так стало обидно. Они не понимают, абсолютно.
– Мама, он там просто дурачился. Ты же не думаешь, что он всегда такой? Он пытается заработать в Сети смешными роликами. Что тут такого?
Отец хмыкнул.
– Вот именно: пытается. От пытается до заработать
Мать отвернулась, поставив чашку.
– Пожалуй, это не самое перспективное занятие для потенциального мужа нашей дочери. И не самое серьезное.
Анне захотелось разрыдаться.
– Почему вы лезете в мою жизнь? Мне с ним жить, не вам!
Мать соизволила посмотреть на нее.
– Что ж… Если у вас с ним все получится при Имитации… так тому и быть. Хотя… у меня сомнения, что вы – пара.
Но почему? Почему? С чего она так решила? И это – не зная человека! Теперь Анне захотелось сказать что-то очень обидное уже маме. Она развернулась и выскочила из дома.
Павел шел к калитке их дома с пакетом и букетом. Счастливый, светящийся. Бодрый. Даже не заметил ее, пока она не оказалась у него перед глазами.
Чтобы скрыть свое состояние, она быстро прижалась к нему, поцеловала, но он уже заметил, что с ней что-то не так.
– Все нормально? – он отстранился, заглядывая ей в глаза, перевел взгляд на окна дома. – Твои дома? Ждут?
Аня приобняла его за плечи, разворачивая назад.
– Что там у тебя?
Он оглянулся на дом, хотя, не пытаясь остановить ее.
– Вкусняшки на двоих. Маме, как ты и говорила, конфетки с кокосовой стружкой. Папе – сухарики соленые и его любимое пиво. И кое-чего по мелочи. Вот еще, сестре твоей цветы.
– Пошли отсюда!
– Э-э… А цветы и…
– Верки все равно дома нет.
– А родители?
Она помедлила не дольше пары секунд.
– Они не хотят знакомиться.
Он остановился, но она снова потянула его прочь от своего дома. Он растерянно улыбнулся.
– Что ж, моя суженая… Давай поменяем вкусняшки? Папе – конфетки. А маме – пиво и соленые…
– Паша! – она всхлипнула. – Я серьезно! Они вообще… не хотят тебя видеть.
Теперь он не нашелся, что сказать. Просто растерянно молчал.
Дверь светилась-алела надписью «ИМИТАТОР».
Они сидели вдвоем напротив нее, и Анне почему-то вспомнилось, как в детстве она приходила с мамой к кабинету зубного врача. Но сейчас ощущения были еще неприятнее. Значительно. И, как оказалось, не одна она испытывала что-то похожее. В неприятной, какой-то пронизывающей тишине коридора она даже уловила, как Павел болезненно сглотнул.
Она покосилась на него, положила руку ему на колено.
– Волнуешься?
Он натянуто улыбнулся.
– Что-то мандражик
– Все будет хорошо, не волнуйся. Это всего лишь… формальность. Люди проходят это, когда малознакомы.
Он приник к ней, легонько подул на ее волосы.
– Да, Аннушка, все знаю. Чтобы сэкономить время свое и потенциального партнера.
– Но мы-то знаем, что подходим друг другу. Мы давно вместе, – пауза. – Пройдем Имитатор, и мои сразу заткнуться, вот увидишь.
Он кивает, но отводит взгляд.
– Чувствую, что даже Имитатора им будет мало. Вот если я ближайший банк грабану, и меня не поймают. Или стану его президентом, тогда может быть…
Анна усмехнулась.
– Грабитель ты мой…
– Грабитель-банкир.
– Да, грабитель-банкир, – она поцеловала его в щеку. – Имитатора будет вполне достаточно.
Подголовники на обеих кушетках были в виде больших прозрачный шаров. Но прозрачность слегка отдавала фиолетово-розовым. Казалось, это были некие кристаллы, диковинные и дорогие.
Они лежали рядом – могли достать руки друг другу, что и сделали, как только выполнили сказанное работником, обслуживающим процесс Имитации. Анна улыбнулась, протянула руку, их пальцы коснулись. Хотелось сказать много чего, но они молчали – в изножье кушеток находился стол и пару мониторов. Служащий заканчивал ввод данных.
– У вас осталось две минуты, – сказал он. – Предлагаю закрыть глаза и расслабиться. Так все получится точнее.
Павел поморщился от этих слов: казалось, его ткнули холодной иглой куда-то в пах. У Анны тоже поблекла улыбка.
– До встречи, Паша…. Все будет хорошо.
Павел кивнул, вытягиваясь, прикрыл глаза.
Электричка. Вот, где они находились. Поздний вечер, пассажиров мало, в стекле окна отражаются их лица. Лицо Анны напряжено, как и его. Это видно даже в нечетком отражении. Внутри он также чувствует напряжение, как если бы то, что должно произойти, уже происходит.
Громкие голоса у входа в вагон. И хохот. Напоминает гиен. Вот оно!
Анна дернулась, оглядываясь, и он быстро сказал:
– Не смотри.
Поздно. Она оглянулась, увидела четырех подростков, двое весьма крупные, выглядят опасно. Один из них заорал:
– Оп-ля! Сколько телок, гляньте! И на все вкусы!
В вагоне кроме Анны была старушка и две женщины за сорок. Больше молодых девушек не было. Второй подросток, ухмыляясь, замер возле старушки.
– Чур, самая опытная – моя.
Парни заржали. Старушка не реагировала – сидела и смотрела в окно. Кажется, она даже не поняла, что говорили о ней. Гиены продвинулись дальше. Первый заявил: