Илония

Ильинская Яна Игоревна

Алаина вдруг всхлипнула, Вилда тоже подозрительно шмыгнула носом и вот уже две девушки разрыдались друг у друга на плече, оставив мужчин недоуменно таращиться на них, так что вошедшая Зорена застала удивительную картину. Пока всхлипывающие девушки смущенно утирали носы, Корн представил своих друзей королеве и рассказал об их роли в их судьбе.

Зорена тут же распорядилась.

– Вилда, ты остаешься при Алаине горничной. Пока что ты моя поданная, поэтому исполнять будешь мои приказы, а не ее. Боюсь, что для ее же блага, нам придется действовать сообща. Извини, дорогая, возможно, это и не понадобится. Турин, - перешла она

от опешивших девушек к смущенному вниманием королевы стражнику, - я назначаю тебя своим телохранителем. Но твоя задача будет охранять Корна. Так, чтобы никто этого не замечал. И ни во что не вмешиваться, только если ему не будет угрожать реальная опасность. Только наблюдать и следить в случае чего. Ну, тонкости мы обговорим потом. В случае, конечно, если вы согласны.

Вилда и Турин переглянулись и одновременно кивнули головой.

– Отлично, - хлопнула в ладоши Зорена, - после того, как все закончится, Вилда получит от меня приданное. И учтите оба. Принц может покинуть мой дворец сам или по принуждению, на всякий случай рассчитываем на худшее, принцесса же без моего разрешения дворца не покидает.

В этот же день Зорена развила бурную деятельность. Гостям срочно шили наряды, во все концы страны мчались гонцы с приглашениями посетить дворец, срочно был организован бал для знатных жителей столицы, где королева Зорена впервые представила гостям принца и принцессу Илонии. Балы, приемы, охота, прогулки в окрестностях столицы. Все на виду у всего города, с многочисленной толпой придворных.

Вилда с Турином всегда держались неподалеку. Вилда не умела держаться в седле и Алаина с радостью учила ее. Они еще больше подружились, и Вилду нисколько нельзя было назвать горничной.

Подружилась Алаина и с Зореной. Они с первого взгляда понравились друг другу и теперь много времени проводили вместе. Алаина рассказывала о своей жизни с родителями. О своем родовом замке и о жизни в поместье госпожи Сватке, о встречах с Корном и о Трских горах. Зорена же рассказывала о своем отце, которого она очень любила и о своей жизни принцессой. Особенно их забавляли ее рассказы об ухажерах, которые кружили и вокруг тогдашней принцессы, и теперь, вокруг королевы.

– Ты знаешь, Алаина, - вздыхала Зорена, - я, наверное, никого не смогу полюбить, ни тогда, ни сейчас. Все они думают только о моих алмазах. Да, я знаю, что я красива, меня можно полюбить просто так, но мне всегда будет казаться, что алмазы сыграли главную роль.
– Она вдруг оживилась, глаза весело блеснули.
– Вот когда к нам приезжал Корн, он мне понравился именно из-за того, что не пытался ухаживать за мной. Ведь по законам Илонии он не мог жениться на чужестранке. А он уже тогда думал о тебе. Я видела, как он потихоньку купил это колечко.

Зорена показала на колечко, украшавшее палец Алаины. У Алаины было два кольца. Одно то, что привез ей Корн в Тарские горы. Тогда он сумел отдать ей его, и она его свято хранила. Другое было с королевской печаткой - то, что он вручил ей на балу, при отце, объявив ее своей избранницей. Оба кольца всегда были при ней, зашитые в поясок или в подол. Деньги они рискнули спрятать, с кольцами - не расставались.

– Тогда я еще обратила внимание на его приятелей, - продолжила Зорена.
– Знаешь, я им или не понравилась, или они считали себя недостойными принцессы, или у них тоже были девушки, ждавшие их в Илонии. Они даже не старались понравиться мне,

ухаживали за мной просто по этикету, были естественны и просты. От этого нам всем было легко и приятно. Я впервые видела такое обращение.

Она задумчиво улыбнулась. Это воспоминание было приятным. Тогда впервые она почувствовала себя легко среди юношей ее возраста.

– Я их почти не знаю, - вздохнула Алаина, - видела только один раз, тот первый. У меня остались о них не самые приятные воспоминания, впрочем, как тогда и об их принце. Потом, правда, Корн много рассказывал мне о них.

– Один такой серьезный и немного угрюмый, - начала вспоминать Зорена.

– Это Варгон. Именно он тогда наградил меня пощечиной за то, что я ударила его обожаемого принца, - сердито сказала Алаина, вспоминая прошедшее, но не удержалась и засмеялась.
– Мне кажется, это было так давно, невероятно давно.

– Второго я помню, как звали - Салан. Он был такой веселый и галантный. И обращался со мной совсем не как с принцессой. Он мне понравился гораздо больше.

– Его я вообще не помню.

– Жаль, мне было бы интересно послушать о нем. Корна же мне неудобно расспрашивать.

– Почему, Зорена? Что плохо в том, что ты интересуешься понравившимся молодым человеком?

– Потому что я все равно никогда не выйду замуж.
– Зорена гордо вскинула голову.
– Ни за кого. Никогда. Я останусь королевой и не хочу делить власть с кем-то другим. Ведь мой муж тогда станет королем, а в нашей стране - именно у него будет вся власть. Я не хочу этого. Я хочу править сама.

– Но, Зорена, а дети? Ваши дети. Твой сын, который станет наследником. Ты будешь заниматься воспитанием детей, а король будет править.

– Нет, я не хочу детей. Я не хочу стать обычной женой. Я хочу остаться в истории моей страны королевой, а не женой короля или матерью короля. Жаль, что я не родилась мальчиком.
– Зорена выпрямилась в кресле. Это уже была не просто девушка, делившаяся своими секретами с подружкой. Это была королева.

Алаина тихонечко вздохнула.

– Не знаю, что сказать, Зорена. Давай не будем загадывать. Мне кажется, это решение можно переменить, слишком многое может измениться.

– Нет, нет, не спорю. Просто мне не встречался еще человек, из-за которого я смогла бы изменить свои мысли.

Все шло по задуманному плану. Зорена послала королю Сарлу официальное послание, в котором уведомляла, что принц Корн с женой находятся в ее дворце в гостях, и она принимает их со всем присущем ее стране гостеприимством. Ей нравится общество принца и принцессы, и она просит короля Сарла не торопиться с отзывом брата на родину.

От короля Сарла не было ни строчки. Все ждали, что он пожалует за братом сам.

Так и случилось. Только произошло это неожиданно.

Когда королева Зорена возвращалась с прогулки с обычным своим окружением, ей доложили, что в тронном зале ее и принца Корна ожидает король Сарл, желающий, чтобы при его встрече с братом не присутствовали посторонние люди. Просьба была высказана в такой учтивой и вежливой формой при всех придворных, что королеве просто невежливо было бы взять в тронный зал кого-нибудь еще, кроме своего личного телохранителя, коим, конечно же, оказался Турин. Про Алаину не было сказано ни слова, поэтому Зорена тут же отправила девушку с Вилдой прочь. Они должны были, при неблагоприятном стечении обстоятельств, срочно покинуть Алмику.