Илония
Шрифт:
– Привет, малыш!
– слащаво произнес Сарл.
– Надеюсь, Урган, нашел, кто вытирал бы тебе нос.
– Перестань, Сарл, - лениво усмехнулся Ринол, - ты забываешь, что благодаря ему я, наконец, смогу заняться делом, выкурю этого разбойника из его норы.
Корн скрипнул зубами, но промолчал.
Король Эмдар ждал их. Выслушав рапорт Дарка, и обойдя склонившего голову и преклонившего колено сына, он спросил:
– Как добрались?
– Без проблем, ваше величество!
– отчеканил Дарк.
Но король ждал ответа не от него, а от Багиса. Тот в подтверждение
– Ну что ж, - проговорил король, жестом отпустив Багиса и Дарка, и, дождавшись, когда они уйдут, продолжил, - теперь ты расскажешь нам, сын мой, как ты очутился в Тарских горах, когда должен был находиться совсем в другом месте.
Голос короля был скорее спокоен, чем гневен, но это было еще страшней. Но все же Корн решил, что объясниться с отцом стоит сейчас, чем когда-либо. Не поднимая головы, он сказал:
– Я буду говорить с вами, отец, наедине.
– Да что ты, - Ринол подошел к креслу короля и встал за его спиной.
– Ни за что не пропущу такое повествование.
– Да брось ты, Ринол, - Сарл подошел к старшему брату и встал рядом, - какое там повествование, он просто решил продолжить свое блистательное путешествие. Думал, что Урган, как и Дарот, подарит ему что-нибудь на память…
– Прекратите, - перебил Сарла король, - оставьте нас вдвоем.
Братья обиженно пожали плечами и удалились.
– Ну, я тебя слушаю, - сказал король, когда дверь за сыновьями закрылась, - но мне почему-то кажется, что ты не то мне хочешь сказать, что я ожидаю услышать.
Корн встал и, уняв бешено колотящееся сердце, сказал.
– Отец, прошу простить меня, но вы правы, я не могу дать вам ответ на ваш вопрос. Я оказался в Тарских лесах намеренно, и это не имеет отношение к королевству. Это мое личное дело и я хочу сказать, что отныне намерен начать самостоятельную жизнь. Я ухожу из дома, отец, и прошу вас не препятствовать мне в этом. Мне хотелось бы попросить у вас помощи и вашего благословения. Когда-то вы сказали, что я гожусь лишь разводить лошадей. Я это и буду делать. И от вас зависит, начну ли я новую жизнь в качестве аристократа или простого фермера. Но я сделаю это в любом случае, вне зависимости от вашего решения. Я хочу жить, опираясь только на свои поступки и решения, держа ответ только перед собой, и я женюсь на той, для которой неважно, принц я или нет. Это будет моя жизнь, отец, а не ваша, ибо та жизнь, которую навязываете мне вы, не моя, я не могу ею жить. Мне жаль вас огорчать…
– Ну почему же огорчать…
Король, до сих пор слушавший принца не перебивая, встал и прошелся по кабинету.
– Это уже не первый наш с тобой разговор и я уже дал тебе понять свое к этому отношение. Ты не просто придворный, ты принц, сын короля. Ты третий претендент на трон. Ты изучал историю, сын мой. Ты должен знать, что королями становились и не такие близкие родственники. Да, хвала небу, твои братья здоровы и готовы подарить государству наследников, которые будут ближе к трону, чем ты. Но пока ты третий. Пока у твоих братьев не будет наследников, ты не будешь
– Что изменится, отец, если я приду к трону, оторвавшись от конюшен. Как вы правильно сказали, в нашей истории есть примеры прихода на трон дальнего родственника из глухих поместий. Чем я буду хуже? Я буду глупее или грязнее?
– Те короли были слабы, они не знали тонкостей политики, дипломатии. У короля должны быть советники, к мнению которых он прислушивается и принимает решение на их основе и исходя из здравого смысла, а не полагаясь на свои чувства. Тебе не кажется, что я описал тебя?
– А как же вы, отец, у вас всегда свое мнение.
– Я не мечтатель, как ты, Корн. Мои мысли и решения тверды, как тверды они и у твоих братьев. За них я не беспокоюсь. Они способны прислушаться к советам и повести себя правильно.
– Они прислушиваются только к вам, отец. Больше они не слушают никого.
– Ты не прислушиваешься даже ко мне.
– Но вы никогда не советуете мне. Вы только приказываете и все.
– Я не могу тебе советовать, ты все в принципе делаешь не так.
– Как не так? Отец, я не могу по-другому. Тогда это буду не я, это будет другой человек. Вы хотите сделать из меня другого человека?
– Да, я хочу и сделаю это. В любом случае ты будешь жить здесь, в столице. Тебя всегда будут окружать люди, близкие к делам государства. Ты будешь знать всех моих советников и военачальников, и все окружение твоих братьев. Пока мы можем, мы будем влиять на твое окружение. Ты можешь путешествовать как по стране, так и за ее пределами. Я только приветствую такой опыт. Но возвращаться ты будешь сюда. Придумай себе занятие. Если нет, ты будешь просто членом Королевского Совета. Заседания Совета пойдут тебе на пользу. И насчет женитьбы. Я отнимаю у тебя право выбирать невесту. Я уже обдумал это. Тебе нужна умная жена из сильного и приближенного к трону семейства. Если не ты, то хотя бы твои новые родственники помогут тебе в управлении государством.
– Отец, я, я… - Корн был настолько ошарашен, что не мог подобрать слов, и внезапно рассмеялся.
– Через несколько лет мои братья обзаведутся кучей детей, а я буду жить во дворце с умной женой и ждать, вдруг все мои родственники внезапно умрут. Отец, это абсурд.
– Когда у твоих братьев будет хотя бы по два наследника, тогда можешь уезжать и заниматься, чем хочешь, - сухо сказал король.
– С умной женой, желательно в ее поместье с кучей таких же умных родственников. Отец, вы не можете так поступить со мной.
– Именно так я и сделаю. И если ты поступишь вопреки моей воли, ты будешь обвинен в измене своему королю и королевству. И с тобой поступят соответственно. Это все. Теперь о том, с чего начали. Как ты оказался у разбойниках. Это можешь рассказать только мне. Остальное, а именно то, что ты можешь сказать о логове разбойника Ургана и его людях, ты расскажешь мне и повторишь потом для Королевского Совета. Я жду.
Принц судорожно вздохнул, преклонил перед королем колено и, склонив голову, твердо произнес: