Икс
Шрифт:
— Из-за этого.
Я достала почтовый пакет и развернула к ней, как будто собиралась читать сказку, показывая картинки.
— Вы узнаете это?
— Конечно. Как он попал к вам, если был отправлен кому-то другому?
— Мой коллега приезжал сюда из Санта Терезы год назад. Я думаю, что он встречался с отцом Ксавьером.
— Вы говорите о мистере Волинском, частном детективе.
— Вы знакомы с Питом?
— Он приходил ко мне, с вопросами о Ленни и ее муже, Неде. Я посоветовала
— Откуда он узнал, что вы были знакомы с Ленор?
— У него был старый адрес Редфернов, и он начал стучаться в двери. Все старые соседи умерли или уехали, кроме меня. Он сказал, что наш разговор конфиденциальный, так что я не совсем понимаю, почему он рассказал вам.
— Он не рассказывал. Я нашла пакет в его личном имуществе.
Я заметила, как она настрожилась при слове “имущество”.
— Он умер?
— В августе.
— Что ж, мне очень жаль это слышать. Он был очень приятный человек.
— Я пытаюсь узнать, что привело его в Бернинг Оукс с самого начала. Он говорил что-нибудь об этом?
— Я до сих пор не понимаю, какое отношение это имеет к вам.
— Извините. Я дожна была объяснить. Вдова Пита — моя подруга. Она попросила меня помочь уладить его дела. Я надеялась передать это Эйприл, но хотела убедиться, что поступаю правильно. Я пришла к вам первой, потому что адрес отправителя был вашим.
Она немного подумала.
— Вам будет лучше зайти.
Она распахнула дверь, и я вошла в комнату. Она закрыла дверь за мной и вернулась к своему пазлу.
Столешница была большим листом фанеры, наверное, метр двадцать шириной, покоившимся на двух козлах. Стулья были расставлены вокруг неоконченного пазла, так что над ним могли работать сразу несколько человек. Льющийся в окна свет ярко освещал случайные фрагменты. Она, видимо, была пуристкой, потому что нигде не было видно крышки от коробки с законченной картинкой. Уже собранная часть была в черно-белых тонах. Когда я увидела тему, то наклонилась и посмотрела внимательнее.
Фигурки были маленькими; карикатурный ассортимент средневековых крестьян на фоне ландшафта, выполненного в мелких деталях. Кругом было оружие — копья, луки и мечи.
Еще — ящерицы и странные птицы. Обнаженные мужчины и женщины были разнообразно избиты, расклеваны и разрезаны пополам гигантскими ножами. Все кусочки на краю были на месте, и она заканчивала область слева, включая мужчину, насаженного на вертел и поджариваемого на огне.
— Надеюсь, вы не против, если я буду продолжать работу, пока мы разговариваем. Мои правнуки придут сюда после школы, и я обещала, что начну. Их терпение ограничено.
— Можно мне? — спросила я.
— Конечно.
Я отодвинула стул и села, положив пакет на пол у ног. Я была
— Что это такое?
— Я рассказываю им о семи смертных грехах. Двое старших слишком заняты, чтобы приходить, так что я делаю упор на младших. С подготовительного до третьего класса.
Я начала с объяснения, что такое Чревоугодие и Леность. Они понятия не имели, о чем я говорю, и им было все равно, даже когда я объяснила. Потом я нашла эти пазлы и теперь они не могут дождаться, чтобы помогать.
— На что я смотрю сейчас?
— Питер Брейгель старший сделал серию гравюр о семи смертных грехах. Этот — Гнев. Вы можете говорить об Алчности или Гордыне, что это плохо, но для детей это ничего не значит. Вечное проклятие абстрактно, так какое им дело? С другой стороны, они знают о вспышках раздражения и драках на школьном дворе, с царапаньем, кусаньем и битьем.
Еще они хорошо понимают, что такое наказание. Это ад, который они могут видеть своими глазами. Вы не представляете, какое удовольствие мы получаем.
Она искала определенный кусочек, поэтому я придержала язык.
— Где же ты, мой маленький чертик? — мурлыкала она про себя.
Я быстро оглядела окружение, что включало гостиную и часть кухни. Мебель была такого сорта, что я видела в центрах пожертвований: удобная и сильно попользованная. Ничего антикварного и даже коллекционного, кроме плиты, которая была четырехконфорочной О’ Кифи и Мерритт, с жаровней в центре, складной полкой, вставными солонкой и перечницей и часами, которые показывали правильное время. Генри отдал бы за такую все, что угодно.
Рассеянно, она сказала:
— Мне очень жаль было услышать о мистере Волинском. Он болел?
— Он был убит при попытке ограбления, — ответила я, не вдаваясь в детали. — Он предпринял попытки спрятать пакет, должно быть беспокоился, что он может попасть не в те руки. Вы не знаете, почему отец Ксавьер отдал его ему?
— Мистер Волинский сказал мне, что Эйприл живет в Санта Терезе. Наверное, он сказал отцу Ксавьеру то же самое. Он увидел свадебное объявление в газете, и это заставило его задуматься.
Она взяла кусочек пазла и вставила на место.
— Есть. Ха! Я не видела этот пакет много лет. Наверное, отец Ксавьер попросил его передать.
— Насколько хорошо вы знали Ленор?
— Ее семья посещала церковь Святой Елизаветы, как и мы. Я присматривала за Ленор, когда она была малышкой. Я звала ее Ленни. Когда она вышла замуж за Неда, я заботилась об Эйприл, если ей было тяжело. Я сама вырастила шестерых, и знаю, каково это бывает.
— Можно узнать, почему она использовала ваш обратный адрес, вместо своего?