Икс
Шрифт:
Загорелся зеленый и я свернула направо, на Бэй, а потом — налево, на Албани. Мусорные баки были выставлены на тротуар вдоль всего квартала, включая два, которыми пользовался Генри. Перед домом Шелленбергеров баков не было, и теперь я вспомнила, что не видела там баков с тех пор, как уехали Адельсоны.
Я до сих пор качала головой, когда въехала на дорожку Генри и остановилась. Должна я рассказать ему? Он их уже почти усыновил, и я знаю, что ему не захочется слышать жалобы по поводу этой парочки.
Все равно, их действия меня раздражали. Подбрасывать свой
Я должна была напомнить себе, что люди, готовые немножко сжульничать, обычно нечестны во всем.
Оказавшись дома, я включила свет и оглядела гостиную в поисках места, чтобы спрятать почтовый пакет. У меня не было причин считать, что Нед Лоув знал, где я живу, но он сумел найти мой офис, так почему бы не мой домашний адрес?
Я стояла посередине комнаты и переводила взгляд от поверхности к поверхности. Все овзможности казались очевидными.
Я подумывала, не запереть ли пакет в багажнике, но тогда, все что ему нужно будет сделать — это разбить окно, протянуть руку, открыть дверцу, а там уже открыть багажник.
Я пошла в гараж Генри, где положила пакет на полку, на которой он хранил пустые банки из-под краски, до того, как выбрасывал из на специальную свалку.
Зайдя к Рози, я подошла к пустому столику и поставила на него сумку, чтобы занять место, на тот маловероятный случай, если вдруг нагрянет толпа посетителей.
Вилльям стоял за барной стойкой в белой рубашке, красном галстуке-бабочке, черных костюмных брюках и роскошной паре красных подтяжек.
— Вы только посмотрите. Никогда не видела тебя так изящно одетым.
— В моем возрасте нет смысла становиться самодовольным. Я носил один и тот же костюм-тройку почти пятьдесят лет. И здесь нечего стыдиться. Качество прекрасное, и портной обещал, что он будет выглядеть, как новый. Но перемены иногда — это неплохо.
Бабочку я завязал сам. Мне не нравятся готовые, а тебе?
— Конечно, нет.
Он пошарил под стойкой и достал штопор и бутылку “шардонне” с настоящей пробкой.
— Я купил это для тебя. Я знаю, что ты морщишься от вина из банки. Налить тебе бокал?
— Конечно. Огромное спасибо.
— Я принесу тебе на столик. Ты одна?
— Рути должна прийти, и мы поужинаем. Рози готовит что-нибудь, о чем нас нужно предупредить?
Его выражение продемонстрировало скептицизм.
— Филе карпа с квашеной капустой, что, вообще-то, лучше, чем звучит. Она делает творог, но он не будет готов до завтра.
Он поднял руку, предвосхищая мой вопрос.
— Свернувшееся молоко со слитой сывороткой.
— Вкуснятина.
Когда пришла Рути, Вилльям принес щедро наполненный бокал “шардонне” для меня и ледяную водку-мартини для нее.
Она сделала глоток, и я видела, как пробежала дрожь по ее позвоночнику.
— Не
— Нет, спасибо. Какие-нибудь новости от твоего взломщика?
— Его удача закончилась. Я снова сменила замки, и сегодня установили сигнализацию. Я лучше себя чувствую со всеми этими кнопками.
Она оперлась подбородком на кулак.
— Так что за историю тебе надо подтвердить? Ненавижу, когда ты говоришь такие вещи и ничего мне не рассказываешь.
Я пересказала историю, рассказанную Тарин Сиземор, о том, как Морли Шайн проник в офис ее психиатра и украл достаточно личной информации, чтобы поставить крест на ее судебном обвинении. Я не вдавалась в детали по поводу самих фактов, просто способ, каким Морли их раздобыл.
— Это все правда?
Рути подняла руку.
— Истинная. Морли признался Питу однажды вечером, когда был пьяный в дым. Он считал это удачным ходом, и Пит говорил, что он был очень доволен и радостно хихикал. Он сравнивал свой взлом с Уотергейтом, только без политики. Ха. Ха. Ха. Ну и тип был наш Морли.
— Раффнер знал о том, что сделал Морли?
— Он специально не углублялся. Он был счастлив получить рычаг воздействия, и не особенно волновался, как это попало в его руки. Конечно, Пит был в ужасе, хотя и не сказал Морли, как он расстроился. Я уговаривала его рассказать Бену, но Пит не был уверен и мучился неделями.
— В чем была проблема?
— Он знал, что находится на тонком льду. Бен и Морли были партнерами пятнадцать лет и друзьями задолго до этого. Пит занимал невысокое положение в агенстве и вряд ли был близким другом любого из них. Он был хорошо подготовлен — Бен в этом убедился, но у него не было социальных навыков, чтобы самому находить себе работу. Ему давали небольшие поручения, но в целом, только терпели его присутствие, особенно это касалось Бена. Пит и Морли неплохо ладили, до этого случая.
— Так что, в конце концов, он решил рассказать Бену.
— К лучшему или к худшему. Ты знаешь, как Бен строго придерживался правил. То, что сделал Морли, было преступлением, что поставило в опасное положение Бена и само агенство. Но так же беспокоило Пита то, что случилось с женщиной, которая подала заявление в суд. Адвокат Неда представил ее как охотницу за деньгами. Его проблема была в том, что ему было нечего выставить против нее в суде. Потом Морли предоставил Раффнеру всю амуницию, в которой тот нуждался.
В то же время Пит убедился, что Нед Лоув представляет опасность, а Берд-Шайн, в общем, дали ему карт-бланш.
— Почему ты мне об этом не сказала?
— Я только что это сделала.
— Раньше. Почему ты никогда не говорила ни слова?
— Ты работала в агенстве. Я думала, ты знаешь. Я удивлена, что Бен с тобой не поделился.
— Ни словечком. Я тогда уже заканчивала свою практику у них. Думаю, Бен был слишком напуган, чтобы признать проступок Морли. К тому времени, когда агенство распалось, я уже работала самостоятельно. В городе не было никаких слухов о том, почему они разорвали отношения.