Игры Высоких
Шрифт:
– Пошли, – сказал он, беря ее за руку.
Ловко перехватывая его кисть и продергивая на себя, Алина на встречном движении вдруг оказалась совсем близко, грудь в грудь. Андрей почувствовал ее дыхание на своем лице.
– Пошли, – шепнула она и нашла его губы своими – мимолетный поцелуй обдал жаром. – Я хочу тебя. Пошли скорее, пока я не изнасиловала тебя прилюдно.
– Вы все обещаете, обещаете, товарищ сержант…
И они пошли.
…Хмурый невыспавшийся Батон торопливо избавился от недокуренной сигареты и, гремя цепочкой и засовами, открыл запертую на ночь дверь. На Алину,
– Когда смена-то, караул? – спросил он сочувственно.
Батон машинально глянул на часы:
– Через час только подъедут.
– Ну бывай.
– Заруливай, если чего.
Алина нетерпеливо дернула Андрея за руку: разговора с пустым местом, которым был для нее швейцар-охранник, она не одобряла.
Утро было пасмурным и ветреным. По асфальту стоянки мела поземка. Андрей зябко поежился.
– А ты говоришь, я машину плохо поставила. – Алина достала брелок – «бумер» послушно кликнул и подмигнул хозяйке фарами.
Они торопливо укрылись в машине от ветра. Девушка поспешила завести двигатель – за ночь автомобиль выстыл, и в нем было очень холодно.
Алина потерла разом озябшие пальцы. Андрей взял ее руки в свои и подышал на них, пытаясь согреть. Потом, слегка увлекшись, начал целовать.
– Еще совсем чуть-чуть – и мы задержимся здесь еще на сутки, – сказала Алина и вздохнула. – А у меня сегодня дела. Отпусти, пожалуйста. Кажется, этот сундук немного прогрелся, надо ехать.
Андрей неохотно отпустил. Алина включила передачу и рванула с места, как на пожар. Со стоянки на трассу они вылетели торпедой – светлый УАЗ шарахнулся от сумасшедших с испуганным взвизгом клаксона, – развернулись в сторону города и понеслись. Черт, подумал Андрей, чувствуя, как его слегка вдавливает в кресло.
– Тебя домой? – спросила Алина.
– Ага, если нетрудно, – сказал Комков. – Впрочем, я могу и пешком пройтись…
Алина посмотрела на него хищной, многообещающей улыбкой пантеры. Багира, вот ты кто, подумал Андрей. Ему стало жарко от этого взгляда – тело тут же вспомнило все то, что они творили ночью. Алина перевела взгляд на дорогу, но ее рука, оставив не нужный пока рычаг переключения передач, легла на его колено.
– Ты хочешь, чтобы я набросился на тебя в автомобиле? – хрипло произнес Комков.
– Ага, если нетрудно, – передразнила его Алина и хихикнула, словно проказливая девчонка. – То есть, конечно, нет. Но как-нибудь попробуем, ладно?
До города они долетели практически мгновенно. Там Алина, к большому облегчению Комкова, оставила свой экстремальный стиль вождения и аккуратно выдерживала скоростной режим. Было еще очень рано, однако утро первого трудового дня недели уже выгоняло машины и людей на улицы: работа есть работа.
– Может, поднимемся, попьем кофе? – предложил Андрей, когда они уже были на месте.
Та на минуту задумалась, потом решительно мотнула головой.
– Нет, мы его точно до обеда пить будем. – В голосе ее сквозило ничем не прикрытое сожаление. – Прости, нет.
Алина поцеловала Комкова на прощание и торопливо отстранилась.
– Мне
– Понял, не дурак, уже ухожу. – Андрей распахнул дверцу чуда забугорного автопрома.
– Не дуйся, – попросила Алина. – У меня правда важное дело. Вечером я тебя найду.
На улице было все так же холодно. Андрей стоял и смотрел, как черный «бумер» ловко разминулся со встречной «Волгой» и исчез в арке между домами. Скорее бы вечер!
– У тебя лицо счастливого идиота, – констатировал незаметно приблизившийся Борька. Вид у него был помятый и мрачный.
– Ты как, живой, бедолага? – спросил Андрей, улыбаясь.
Борис неуверенно пожал плечами.
– Еще не знаю… Два дня пьянки подряд – для меня это слишком.
«Волга» приехала за Скворцовым: она развернулась на стоянке возле дома, вернулась и плавно затормозила возле разговаривающих друзей.
– Здорово тебе вчера от супруги досталось?
– Хуже. – Голос у Бориса стал совсем похоронным. – Просто не разговаривает… – Он посмотрел на услужливо распахнутую дверцу автомобиля и сказал: – Ладно, поехал я… Кстати, тебя на обед ждут, не забудь.
По лестнице Андрей взлетел как на крыльях. Ему было хорошо. Никаких следов вполне заслуженного похмелья не ощущалось. Дома Комков разделся, поставил на плиту чайник и, чтобы куда-то деть переполнявшую его энергию, решил сделать короткую гимнастику. Минут через двадцать, уже после душа и в старом халате, напевая старый гимн красных авиаторов, он разыскал тот самый кофе, на который пытался заманить в своё логово «невинную» девушку. Кофе оказалась ровно одна ложка в старой жестяной банке «Нескафе». Точно до обеда бы пили, подумал Андрей. На его лице появилась мечтательная блаженная улыбка. То, что они делали в тесном номере на полутораспальной кровати… Кое-чего из их совместных с Алиной упражнений он не видел ни на видео, ни на страницах «Камасутры».
Сахару к кофе не нашлось. Комков присел на табурет, отхлебнул горький обжигающий напиток и попытался привести свои мысли и чувства в порядок.
Итак, сказал себе Комков, ты наконец-то влюбился, поздравляю. Теперь плюсы и минусы. Сначала плюсы.
Комков громко хмыкнул: достаточно посмотреть на свою счастливую рожу в зеркале – и с плюсами все понятно. ТАКОЙ женщины, в этом он был сейчас совершенно уверен, больше не существует во всей Вселенной. И эта женщина ответила ему, ничем не примечательному лейтенанту, взаимностью. Оркестр, туш!
Андрей посмотрел на дно незаметно опустевшей чашки, задумчиво повертел ее в руках и поставил на стол. Теперь минусы.
Он не знает, кто она, где живет, чем зарабатывает на жизнь – а зарабатывает, судя по ее машинке, весьма! А то, что девочка она не простая, видно невооруженным глазом. О простых, даже очень обеспеченных, Генку специально предупреждать бы не стали. И тут вариантов столько, что гадать бесполезно… Отсюда: существует ли такой вариант, которого лично ты, лейтенант Комков, не смог бы для себя принять и решил порвать с этой женщиной? Андрей задумался и тяжело вздохнул. Нет, такого варианта нет. Самое для него страшное – если она окажется снайпером с «той» стороны… Но ЕЙ он готов простить и это…