Игры ушедших

Куликов Роман Владимирович

– Хорошо, – негромко сказала Лима, – пошли.

– Подождите! Мы с вами! – Киборги были уже рядом. Черная тень мелькнула на потолке за спинами Жана и Жака.

– Прыгун! Сзади! – крикнула Лима, дальше скрываться уже не было смысла.

Напарники развернулись и выстрелили почти одновременно.

Тварь свалилась с потолка дымящейся тушей. Из дверного проема впереди появились чужаки.

– Лима, бегите! – крикнули киборги. Они прижались друг к другу спинами, вытянув руки с разрядниками в сторону врагов, поливая их огненными лучами и одновременно с этим активируя

свой боевой режим, когда они действовали одним целым. Через несколько секунд они уже были Жан-Жаком и набросились на пришельцев. Их руки мелькали с невероятной быстротой, кромсая врагов виброножами и расстреливая лазерами. Лима схватила Саю за руку и побежала.

Выскочив из здания, она понеслась туда, где должны были находиться пехотинцы. Вся улица была усыпана трупами чужаков и их симбионтов. Черными кляксами на фоне блекло-серых развалин валялись четыре обгоревших остова транспортов чужаков.

Стрельба в доме, где остался Жан-Жак, прекратилась. Потом послышался шум гравия и топот быстро приближающихся шагов.

Когда они слышались уже совсем рядом, Охотница развернулась, рывком затащив девочку за спину. И едва не снесла Жану голову ударом меча.

– Успокойся, волчица…

– …никто не тронет твоего детеныша, – оскалились киборги.

Они уже были по отдельности.

– Справились?

– Плевое дело, – усмехнулся Жан.

– Их было не больше десятка, – лениво поддержал его Жак.

– Хвастуны, – улыбнулась киборгам девочка, выглядывая из-за Лимы.

– Конечно, хвастуны…

– …потому что можем себе это позволить! Сая показала им язык.

Охотница заметила, что у киборгов весьма потрепанный вид. И, судя по жженой ране на плече одного и проплавленному шраму на бедренных имплантах другого, схватка прошла не так легко, как они хотели показать.

– Ну что, мы пришли? – Жан стал оглядываться. – Не слабо твои вояки нарубили!

– Где они сами-то? – Жак посмотрел на высящиеся вокруг строения.

Лима тоже огляделась. Те здания, которые занимали пехотинцы, покрывали дыры, словно гигантский червь прокладывал свой путь, выгрызая проходы в стенах, перекрытиях и лестницах.

И похоже, внутри уже никого не было.

– Они в этом решете прятались? – Жан с сомнением посмотрел на остовы строений.

Он достал пищевой брикет, распечатал и стал жевать.

– Ничего лучше они не нашли? – поддержал напарник и тоже вытащил из кармана брикет.

Лима выхватила еду у него, оставив киборга с открытым ртом, и отдала девочке. Жан спокойно отломил половину от своего брикета, похлопал Жака по плечу и протянул кусок, продолжая жевать.

– Когда я оставляла их прошлой ночью, здания выглядели вполне прилично, – сказала Охотница.

– Значит, чужаки поработали.

– Значит.

Они отошли в сторону, чтобы не маячить посреди улицы, и расположились за перевернутым гравимобилем, где их никто не мог увидеть.

Киборги и девочка увлеченно жевали брикеты, а Лима задумалась.

Она не знала, дождались ли пехотинцы подкреплений или просто отступили, не выдержав натиска противника. Далеко они сейчас

или прячутся где-то рядом. Охотница прислушалась, но звуки стрельбы раздавались издалека. Даже если предположить, что солдаты заняли позиции где-то поблизости, то в любом случае она не знала, где их искать. А таскать с собой по развалинам в городе кишащем чужаками, маленькую девочку, пусть даже в сопровождении мощного киборга, ей не очень хотелось. На ум приходило только одно.

– Вы знаете, где торговая площадь?

– Жнаю, – ответили оба киборга с набитыми ртами. – Тут недалеко.

– Сейчас пойдем туда.

– Ночью базар не работает, – любезно сообщил Жан.

– Жри и не умничай, – осадила Лима, ей было не до шуток.

Сая протянула ей брикет.

– Наелась?

– Да.

Девушка разломила брикет на две части, одну сунула в карман, от второй откусила… Только когда питательная, чуть сладковатая масса оказалась во рту, Лима поняла, как голодна. И эта простая еда показалась ей необычайно вкусной.

– Эх, – протянул Жак, отряхивая руки и вытирая губы тыльной стороной ладони. – Вот из таких маленьких приятностей и должна состоять жизнь.

– Ага, – согласился второй киборг, – а вот если бы мы вчера пошли к Ахравату, то плелись бы сейчас, наверное, в сторону Старгарда.

– Почему? – нахмурившись, спросила Охотница.

– Нам кореш предлагал к нему пойти работать. Вчера как раз. Говорил, что Ахравату нужны бойцы. Рассказывал, что у него полно имплантов и оружия, якобы тот нашел тайники Моргана и теперь собирал себе армию. А сегодня ночью они должны были свалить из города. Правда, кореш не уточнял, куда именно, но мы думаем, в Старгард, куда же еще?

– Что?! – встревоженно спросила Лима.

– А чего? Хороший ход. Отсидеться подальше от всей этой пальбы, а потом вернуться со свежими силами, и город твой!

– Ты сказал, они должны сегодня ночью уйти?

– Да, сейчас как раз, наверное, выходят. Ахрават жадный, он гонял своих людей, чтобы они доставляли для него добро из моргановских схронов. Ничего не хотел оставлять, опасался, что город разрушат и ему мало достанется. А так бы давно уже свалил.

У Лимы внутри все сжалось. Если Ахрават сейчас уйдет, то найти его будет очень трудно. А потом, когда он вернется в Ассем со своей новой армией, то станет практически недосягаем. Ко всему прочему, еще неизвестно, кто победит в нынешней войне. Если гарнизон не выстоит, то вторая часть вещи будет потеряна навсегда. Этого нельзя допустить!

Киборги заметили волнение девушки.

– Что случилось?

– Где его берлога?

– Ахравата?

– Да!

– Спортивный комплекс с аквапарком, в следующем квартале двухэтажный дом. Отдельно стоит, не спутаешь, перед ним еще клумба разбита.

Охотница опустилась рядом с девочкой, взяла ее ладошки в свои.

– Сая, послушай меня, – сказала она, глядя девочке в глаза. – У меня появилось сейчас одно очень важное дело. Оно настолько серьезное, что от того, сделаю я его или нет, зависят жизни многих и многих людей.