Игры с огнем
Шрифт:
Мама, как хорошо, как это хорошо!
Когда меня отпустило, и я расслабленно обмякла на парте, Феррерс, в терпеливой неподвижности наблюдавший мою кульминацию, в несколько толчков догнал меня за ослепительной чертой. И когда он навалился на меня всем своим немалым весом, я ничуть не возражала.
Я перебирала влажные короткие пряди, гладила широкие плечи. Ловила отголоски сладких спазмов…
Наверное, за эти мгновения я могла бы Феррерсу все простить. Включая то, что он просто феерическая задница.
Глава 4
Эдвард
Раздражение
Всё, всё шло не так. Сначала мне без всяких уважительных причин отказали в обмене. Мне, ученику первого десятка, сыну Чейза Феррерса, наследнику рода. Потом отец, в ответ на уместную – мать твою, уместную! – просьбу сына принять меры, ответил, что я большой мальчик и должен учиться урегулировать подобные мелочи сам.
Да еще и Сеймур, на которой можно было бы сорвать раздражение, свалила на две недели, никому ни слова не сказав. Никому. Ни слова!
Что, по-вашему, можно подумать в такой ситуации?
Куда вообще понесло эту чертову зацикленную на занятиях стерву? Чем ей припекло так, что она даже на свою обожаемую учебу наплевала?!
Черт, черт, черт!
Сделав над собой усилие, я задавил поток мысленной брани и вернулся вниманием к уроку.
Тренер бодро отдавал команды, студенты разминались на зеленой траве стадиона – совместные спортивные занятие пятых-шестых курсов были делом привычным, только сегодня добавились еще и шельгарцы.
И это было кстати. Очень удачно вышло, я бы сам именно так всё и заказал.
Потому что эти раздражали больше всего, бесили просто. Особенно отдельные особи. Которые какого-то хрена смеют распускать конечности.
Свисток тренера отметил окончание первой, физической части разминки.
Магическая часть разминки куда интересней.
Две команды, четыре снаряда – энергетических сгустка, символизирующих стихии. У каждой команды свои ворота – место на своей половине поля, куда нужно доставить снаряд. Оно называется «ароу». Цель игры – за тридцать минут собрать как можно больше элементов стихий в свое место силы. В идеале – все. При этом, их надо пропустить через максимально возможное число участников, каждый из которых подпитывал снаряд своей силой, и не позволить перехватить соперникам, которые стремились к тому же.
За один раз снаряд можно подпитать ограниченным объемом силы. Перельешь – сгусток лопнет, угостив игрока разрядом не сильным, но противным и очень бодрящим, а сам вернется к изначальному размеру.
Снаряд можно пасовать, отбирать, вырывать из рук… Но если мячик при этом взорвется – разряд заденет обоих соперников.
Противников можно сбивать с ног, валить, устраивать кучу-малу – но если внутри нее лопнет «мячик»… достанется всем!
Выигрывала та команда, в «место силы» которой участники приносили больший суммарный магический заряд, и называлось всё это бесовство «Сбор силы».
За тридцать минут мы успевали набегаться, натолкаться, и сбросить излишки магической силы и физической энергии.
Вся
Мы, маги, были куда устойчивее – и то после занятий гуськом шли в лазарет, залечивать ушибы и сводить синяки и ссадины.
Люблю разминку!
Тренер привычно поделил нас на команды, стараясь, чтобы они получились примерно равными по силе и потенциалу, и Итан Браун, улыбающийся мудак, как по заказу оказался в моей команде.
Раздражение на время отступило, уступая место расчету и азарту.
Две шеренги магов выстроились друг напротив друга.
Четыре цветных энергетических сгустка поднялись над углами поля.
Голос тренера начал обратный отсчет.
Пятьдесят магов.
Два места цели.
Четыре снаряда.
Одна цель.
И я сегодня класть хотел на идиотскую цель большинства, у меня своя цель, и я размажу кровь по этой самоуверенной харе!
Сердце взяло разгон, и кровь ускорила ток, отсчитывая ритм в висках, разнося по мышцам адреналин, рассылая дрожь нетерпения по шкуре.
– Четыре! Три! Два! Старт!
Свисток вспорол воздух, и я рванул вперед, к голубеющему над краем поля шарику Воздуха и зеленеющему Земли.
Шеренги смешались и разделились, и снаряды сорвались с места, и я с легкостью, удивившей бы меня в другое время, перехватил возникший черт знает откуда водный заряд, и отдав ему максимум силы, который позволяли правила, швырнул его маячившему в гуще свалки Граю, и устремился к следующей цели. Огонь пошел в руки беспрекословно и легко, не смея противиться сегодня, и улетел раздутый моей силой почти вдвое.
Синий сгусток воды уже разорвался разок, угостив болезненным разрядом навалившуюся сверху кучу малу, и теперь вернулся к стартовому размеру.
Я и с ним щедро поделился силой, в одно касание отдав по верхней границе.
Я ждал, пока Браун окажется в пределах досягаемости – и дождался.
Зеленый шар, символизирующий Землю, напился силой и от детского кулачка дорос до хеллоуинской тыквы. Он сыто повис над полем, и Браун бежал к нему, спеша опередить прочих.
То, что надо!
Рывок – и зеленый сгусток прямо надо мной, прыжок – и сила ушла в снаряд, «случайно» перекрыв все допустимые правилами нормы, и над шаром затрещали бледные молнии предупреждающих разрядов. Шаг – и я, отпустив опасно заряженный снаряд «внезапно» «замечаю» спешащего к нему щельгарца.
Дальше все слилось в одно размазанное движение.
Я броском врезался в урода, «спасая» от неприятного столкновения с энергетическим выплеском и с удовлетворением чувствуя, как хрустнули под моим плечом ребра. Повалил его на землю, удачно придавив неловко вывернутую руку и откатился в сторону под вопль боли Брауна и оглушительный рев мистера Блая: