Игры разума
Шрифт:
— Исцелить мир, — пробормотала Райли. — Красиво.
— Мне тоже нравится. Последним вечером в Израиле я ужинал с Хасимом. Он мусульманин.
— С каждым представителем мировых религий, — отметил Бек.
Саймон кивнул.
— Мы обсудили всё. Господа, наши жизни, войну, смерть и ад, — и он добавил тише: — О многом я узнал той ночью.
— Так мы искры? — спросила Райли.
— Искра ли я? Я думаю, что я парень, рассыпающий искры во тьме, благодаря чему они множатся и освещают путь.
Райли
— А как ты связался с Ватиканом?
— Отец Розетти написал родителям, спросил, чем я занимаюсь. Мама передала ему, что я направился в Рим, и он пригласил меня на обед.
— Наверное, ты удивился.
Саймон улыбнулся.
— О, так и есть. Розетти расспрашивал, как мои дела, где я побывал, какие страны видел. И всё в таком духе.
— Помог разобраться в чувствах?
— Определенно. Ему было интересно узнать о моем духовном скитании, отвернулся ли я от Господа или же, как он выразился, сидел «в домике». Я рассказал, что обрел покой в странных краях.
— Например?
— Жил с непальскими монахами. Стал паломником, много думал и молился. — Он улыбнулся Райли. — Послушался твоего совета и переговорил с имамом и раввином. Целый день провел с индийским юродивым. И даже побывал в тех каменных кругах, что так нравятся Эйден.
Кивнув в ответ, Райли ощутила, как же сильно скучала по другу.
— И наконец, — продолжал Саймон, — я понял, что провалил испытание. Слишком жестко придерживался веры. Она оказалась моей смирительной рубашкой.
— Хорошее сравнение, — ее удивило, сколько Саймон пережил с прошлой весны.
— Ад тебя не сломил, — тихо проронил Бек.
— Нет, но был близок к тому. Осознав это, я справился с виной. — Саймон вновь бросил взгляд на Райли. — Твое прощение после понесенного вреда помогло. Я перед тобой в долгу.
— Ты тоже простил меня. Тебе было трудно видеть меня с Ори перед той битвой.
— Меня это испугало, ведь твоя душа принадлежала ему. Но в то же время я знал, что ты не отдала бы ее, не будь дело правым.
— Ори научил меня убивать демонов, и это спасло наши жизни. Он хотел только, чтобы я выжила. Тем самым он исполнил свое желание.
Бек кивнул.
— Как бы то ни было, ад не заполучил нас. Важно это помнить, пусть даже если это плохие воспоминания.
— Аминь, — произнес Саймон.
Ему позвонили. Выслушав говорящего, он улыбнулся.
— Хорошие новости. Спасибо, что сообщили. Это многое значит.
Завершив звонок, он адресовал улыбку ей.
— Родители Коринны показали ее доктору — она в порядке, только несколько синяков да небольшая потеря веса, но ничего серьезного.
— Хвала Господу, — пробормотала Райли.
Позже Саймон ушел от них, счастливый, как никогда прежде. Может, это и правда лучшая ночь в его жизни. Дойдя до дороги,
— Замечательный парень, — произнесла она. — Но одинокий. Надеюсь, он кого-нибудь встретит. Пора бы уже ему стать счастливым.
— Раньше и я был. Но встретил тебя.
Райли обернулась к нему, услышав любовь в его голосе.
— Осталось несколько пироженок. Разделим их с остатками мороженого.
Бек запер дверь и прижал ее к себе.
— У меня есть идея получше.
С поцелуем все мысли о пирожных и мороженом улетучились.
***
На следующий день рабочее место Харпера завалили тонной бумажек — его Важность мастер Нотруп не соизволил разгрести их. И без того грубый, Харпер стал еще хуже, сооружая перекрывающие друг друга трехэтажные маты.
Нортрупа здесь не было; по слухам, он встречался с местными архиепископом. Из-за этого Райли нервничала. Вдруг он клевещет на нее в церкви, в надежде разделить их с Саймоном? Что ему об этом известно?
«Сунешься туда — проблем не миновать. Эйден предупреждала».
Райли нетерпеливо взялась за новую заявку, выдергивая учеников подальше от Харпера. Поскольку поддержку она обеспечить не могла, Бек согласился сопровождать их — главным образом потому, что она написала ему, что Харпер сегодня являет собой безостановочный поток брани.
Гастродемон, на которого поступила заявка, обосновался в Вирджинии-Хайленд, модном районе у парка Пьемонт. Отследить его было легко: он опрокидывал мусорные баки, раскидывая мусор. Что-то вроде воняющей дорожной карты.
Бек вошел в режим учителя, поэтому она уступила и дала ему преподать урок Ричарду и Курту. Она вспомнила, как была ученицей. Он тогда взял ее на ловлю. Пока он разглагольствовал, как поймать прожорливого Тройбана, впавшего в экстаз при виде мусорки у лапшичной, Райли внимательно осматривалась.
Она не могла отделаться от чувства, что за ними следят. После того, как она сосредоточилась, в голове у нее медленно проявилась зеленая нить. В конце переулке что-то зашевелилось, а затем там появился Джексон.
«Что он здесь делает? У него выходной».
Бек крикнул: — Вовремя. Ричард как раз собрался поймать его.
Мужчина ничего не ответил, но подошел ближе. За ним двигалась и нить, становясь темнее.
— Бек?
— Да?
— Вряд ли это Джексон. Похоже, еще один демон.
— Настоящий или иллюзия?
Она сосредоточилась, отчего тут же заболела голова.
— Не похож на настоящего. Но вдруг это не так, а мы не примем во внимание…
— Понял. Вы с Куртом займетесь этим. Мы с Ричардом — вон с тем. Будь осторожна.