Игры разума

Оливер Яна

Райли обхватила его лицо, пристально глядя в глаза.

— Ты правда здесь, — произнесла она. Взяла его за руку, будто не могла не коснуться его. Он испытывал те же самые чувства.

— Прости, что не позвонил тебе. У меня была пересадка в Амстердаме до Нью-Йорка. Был рад вылететь сегодня. Думаю, Мактавиш постарался.

— Я рада, что ты дома, но почему планы изменились?

— Не мог дождаться встречи с тобой. — Это всё правда, не раскрывать же вмешательство Ватикана. Не сейчас.

— Как там

моя крольчиха? — спросил он, избегая ее любопытства.

Райли нахмурилась, будто догадывалась, что он замыслил.

— Ренни в порядке. Она будет рада, что ты дома.

Бек улыбнулся при мысли, что даже крольчиха соскучилась по нему.

— Ты же не вернешься раньше? — в ее голосе слышалось беспокойство.

— Нет. По-прежнему возвращаюсь к тридцать первому.

Лицо Райли озарилось улыбкой.

— Хорошо. Дома ты надолго. Это я переживу.

Он обрадовался, что смог переключить внимание.

— Мактавиш сказал, что я был молодцом и могу отправиться пораньше. Правда, у меня тут кое-какое занятие, но мы проведем время вместе.

— Я тебе помогу. Если, конечно, мне разрешено знать.

— Разрешено, — хотя он и не мог рассказать всего. Таков путь Великого мастера. Есть способы защитить их, но Райли это знать ни к чему.

— Люблю тебя, — торжественно произнесла она.

Он склонился и сорвал с ее губ поцелуй.

— И я люблю тебя. Вот я и дома. Перелет меня вымотал.

Бек покатил чемодан за собой, отказавшись от ее помощи. Выйдя из южного терминала, глубоко вздохнул. Декабрьская Атланта. Прохладно, но не как в Шотландском нагорье. Он еще раз сделал вдох и вздохнул.

«Джорджия. Я и в самом деле дома».

Первоначально у него в планах было провести следующие выходные, не беспокоясь о демонах, Аде или всяких хитроумных схемах, каких только они могли выдумать. Время жить, любить и веселиться с центром его вселенной, молодой женщиной, согласившейся стать его женой.

Бек все еще планировал это, однако заглянувший в поместье Элиас дал ему понять, что работа будет перевешивать его личное счастье. Его предупреждали, но вот оно, рукой подать.

Во время поездки Бек слушал рассказ Райли о всяких повседневных заботах, как она получила четыре с плюсом по латыни, и как провел время Питер на лыжне в Вермонте. Мактавиш как-то сказал, что женщины выплескивают переживания через болтовню, а парни замолкают.

Райли могла говорить о чем угодно, хоть зачитать меню из кафешки, ему все равно. Он наслаждался ее голосом.

То, чего она не рассказывала, привлекло его внимание: ни слова о магическом обучении, ни о том, как обстоят дела у ловцов. Он подозревал, что обучение проходит хорошо — Райли быстро училась — но проблема с ловцами гноится, как необработанная рана. Он также уловил затаенное напряжение, как

будто случилось что-то еще, и она еще не готова рассказать ему об этом.

Соблазн уточнить был велик. Лучше всего позволить ей рассказать в свое время. Она больше не ребенок, он уважал ее слишком, чтобы относиться к ней по-прежнему. На эти грабли Бек больше не наступит.

Вместо этого он решил начать с безопасной темы.

— Стюарт в порядке?

— В порядке. Скучал по тебе. Как Джексон и другие ловцы. Они гордятся тобой.

Кое-кто, возможно, но не все. Некоторые возмущались тем, что он стал Великим мастером. Они завидовали, что ему как-то удалось убить Падшго ангела. Другие не доверяли, что бы он ни говорил и не делал, ведь в его руках сосредоточились силы жизни и смерти.

— Я кое-что поменяла у тебя дома. Надеюсь, ты будешь доволен, — сообщила она.

— Это и твой дом тоже.

— Нет, пока нет, но периодически живя там, я подумала… ну…

— Мне понравится все, что бы ты ни натворила.

Она с облегчением улыбнулась. Похоже, для нее важны эти перемены.

Райли проехала мимо поворота к их дому.

— Решила, что ты хочешь посмотреть на рождественские гирлянды, — объяснила она.

Уйдя в учебу с головой, он и забыл о празднике, пока в поместье не установили девятифутовую сосну. Он нанес быстрый визит в Эдинбург за подарками Райли и отправил большинство домой Стюарту. Парочку запрятал в свой багаж. Бек не мог дождаться, когда она откроет их.

Озираясь, Бек отметил в домах горящие до поздней ночи огоньки. А в прошлые разы на них были рождественские украшения, или он прежде их не замечал?

Вполне возможно. О таком бедняга из Южной Джорджии не задумывался, беспокоясь о пропитании и крышей над головой. Чуточку везения, долгие часы работы, чтобы оплатить коммунальные счета.

Сейчас все по-другому. В должности Великого мастера он получал приличную зарплату. Богатым не стал, но всё же лучше. Да и не в деньгах счастье.

Бек посмотрел на Райли, единственную причину, по которой он это ценил. Она открыла ему глаза на множество таких замечательных вещей, как закаты, поцелуи на крыше под зажигающиеся один за другим городские фонари. Да и на саму любовь.

«Всё благодаря тебе».

Райли плавно затормозила машину.

— Что скажешь? — спросила она, ожидая реакции.

Он изучил дом повнимательнее со своего места и одобрительно кивнул. Перила крыльца были задрапированы завесой белых гирлянд. На двери висел большой зеленый венок, а окно было обрамлено мерцающими огнями. Даже на почтовом ящике были красная лента и зеленые ветви. Дом выглядел великолепно.

— Восхитительно.

— С возвращением, Ден.

У Бека отвисла челюсть. Это его дом?