Игры крови
Шрифт:
– Я не могу добровольно смириться с мучениями живого существа, если знаю, что есть способ ему помочь.
– Это невозможно, даже Архимаг не в силах спустя такой огромный срок что-то сделать!!! Подобная магия безумно сложна, кому, как не тебе знать это! Подумай – это дело не стоит подобного риска!
– В Ворфхарде нет магов, и никто не сумеет помочь. Может, сама судьба столкнула нас. И если не я, то кто? Пока есть надежда, стоит бороться. Следует идти до конца, иначе, зачем вообще тогда жить? Зачем мне
Дан долго, не отрывая взгляда, смотрел в мои глаза.
– А что если у тебя не выйдет?
– Это будет уже совсем другой разговор, но я обязана попытаться. Я знаю, что так должно быть, и не проси меня объяснить – я просто это чувствую.
– Что ж, если ты решила именно так…я не стану больше ничего говорить, я верю в тебя, – он странно вздохнул и быстро вышел из комнаты.
С этого момента я осталась с мальчиком наедине. Он немигающим взглядом перепугано смотрел на меня, даже не шевелясь.
– Как тебя зовут? – насколько могла тихо и спокойно спросила я. Ведь надо с чего-то начинать общение!
– Рол, – испуганно ответил парень, боясь даже дышать. Представляю, каково ему сейчас, неизвестная тетка свалилась, как снег на голову.
– Я хочу тебе помочь, Рол, и прошу – не бойся. Просто доверься и дай мне шанс.
Господи, что же я собираюсь сделать?! На подобный шаг самый сильный маг и то не решится без тщательной предварительной подготовки.
Я закрыла глаза и погрузила мальчика заклинанием в глубокий сон.
Боялась я вовсе не напрасно…Магия пентаграмм, которую я собиралась использовать, очень нестабильна и своевольна, но только она в силах помочь в подобной ситуации. Главная опасность заключается в том, что она попросту выпивает силу, обратившегося к ней волшебника, забирает все без остатка, все, что ты готов ей предложить…и то, что не готов…Она живет и работает, но лишь до тех пор, пока ты обеспечиваешь ее своей энергией. В моем случае мне нужно было очень многое от творимого волшебства, а, следовательно, мне нужно было огромное количество маны, и я сильно сомневалась, что мне ее хватит…
Как говорят, назвался груздем – полезай в кузов.
Я взяла с обеденного стола нож, встала прямо напротив спящего гнома и, не раздумывая более ни мгновения, зло полоснула себя поперек ладони острым лезвием.
С руки часто закапала кровь, и я постаралась насколько смогла ровно вывести своей кровью на лбу гнома пентаграмму.
Все тело дрожит, начерченный знак с огромной скоростью выпивает мою силу. Смерть к смерти, жизнь к жизни и плоть к плоти. Кровь знает, огонь верит, а душа любит.
Господи, неужели не хватит маны? Почему же сила утекает так стремительно?
Кровь из руки льется нескончаемым потоком, я уже перестала
Мгновение для окружающего мира и целая вечность для меня…Кажется, что требовательная кровавая пятиконечная звезда забирает из меня все до самой последней капли, но сила все течет и течет из моей порезанной руки, хотя заклинание почти окончено.
Я упала на колени, была просто не в силах стоять больше на ногах. По щекам текли слезы, руки дрожали как осенние листья на ветру. Сквозь пелену, стоящую перед глазами я посмотрела на мальчика…
На абсолютно здорового крепкого гнома, спящего спокойным и глубоким сном…
Я была пуста…Совсем, совсем…Внутри не было абсолютно ничего…Но я справилась…Справилась с заклинанием, которое с трудом осилил даже директор Николис на нашем практическом занятии.
Я, шатаясь, как пьяный наемник, вышла из комнаты. И на меня тут же выжидающе уставились три пары глаз.
Я молча посмотрела на дракона и вышла из магазинчика на свежий воздух шумной улицы…
…– Не получилось?
– Напротив.
Дан задумчиво достал из своей сумки бинт и принялся перевязывать мою рану, так ничего и не сказав мне в ответ. Мы сидели на берегу какой-то непонятной речки, загаженной сверх всякой допустимой меры. Кругом валялись непонятные железяки и куски раскрошенного камня. Сама же вода отдавала всеми цветами ржавчины, а уж как пахла, так и не найдешь слов, чтобы описать!
– Тогда почему же ты так быстро ушла?
– Я испугалась…
Дракон удивленно посмотрел на меня, а затем бережно взял мою замотанную руку.
– Чего же ты так испугалась?
– Я использовала слишком сильное, слишком опасное заклинание, не имея шанса на успех. Дело в том, что когда у мага совсем не остается магической силы – маны, заклинание начинает питаться его внутренними чувствами, попросту выжигая душу дотла. Стихия поглощает саму сущность человека, растворяет чародея в себе, а это равносильно смерти. Я словно почувствовала, как колдовство выпивает из меня всю энергию. И вот уже конец – маны нет…но сила не ушла, она продолжает нарастать, насыщая пентаграмму. И становится жутко, потому что края у этой силовой волны попросту нет…
Дан молчал, опустив глаза вниз и внимательно рассматривая собственные сапоги.
– И я не знаю, почему я поступила именно так, а не иначе! Зачем я вообще полезла к бедному гному?! Словно кто-то сделал это за меня!
– Нам надо возвращаться на площадь, а то наши, наверное, уже волнуются, – дракон встал и помог подняться мне.
– Знаешь, это так непривычно.
– Что именно? – не понял Дан.
– Быть настоящим магом и помогать людям, ну, и не совсем людям.