Игры богов
Шрифт:
Опять-таки в обычных условиях такая процедура, как правило, занимала не менее двух эльдамирских суток, но здесь всё произошло гораздо быстрее и уже чуть больше, чем через час, всё было закончено. Никто не потерял сознания, никто не выглядел потрясённым или испуганным, скорее наоборот, все выглядели очень весёлыми и жизнерадостными, а ещё беспечными и эта беспечность привела к тому, что принцесса Иримиэль, одетая маленьким лесным рейнджером, вскочила на ноги и вбежала в столб золотого света. Никто не успел и вскрикнуть, как девочка в короткой зелёной андовакка, зелёных же эльфийских лосинах-аркатоа и буровато-зелёных мягких сапожках хохоча во весь голос оторвалась от золотой плиты и стала подниматься вверх. Вилваринэ вскрикнула, бросилась
— Мне кажется, друзья мои, каждому из вас следует это испытать на себе. У меня сейчас такое чувство, что я смогу взлететь в небо без крыльев и парить в вышине часами.
Ланнель жестом указал на мальчиков и они бросились к столбу света все вместе и схватившись за руки стали подниматься вверх. После этого ни о чём другом, как о полётах на столбе света уже никто не думал и даже умудрённый опытом маг и тот не отказал себе в удовольствии проделать то же самое не один и даже не два раза. Поэтому к составлению гороскопа он приступил только под вечер и, как выяснилось, правильно сделал, так как с наступлением ночи на тёмно-синем своде сами собой проступили все звёзды причём не только в верхней, но и в нижней полусфере. Ланнель сел возле столба света в позу лотоса, к которой его приучил Исигава, и не спеша принялся за работу, а его спутники, чтобы не мешать своему учителю, тихо покинули храм сердца Земли. Выйдя из храма, Исигава сказал:
— Завтра же с утра приведу сюда всех наших яков. Пусть и их напитает сила сердца Земли. На Ожерелье это им пригодится.
— Ты ещё их магами сделай. — Фыркнул Талионон, которому предстояло остаться на Земле вместе с принцессой, женой и Сэнди.
— А что, это мысль. — Согласился Исигава и тут же поторопился успокоить легковерного эльфа — Да, шучу я, шучу, а вот своего племянника я сюда точно приведу и сделаю его таким же магом, какими стали мы все. Отныне клан Яри будет охранять не только покой принцессы Иримиэль, но ещё и храм Сердца Земли, чтобы в него не смогли проникнуть какие-нибудь негодяи вроде фашистов. Мне просто жутко сделалось, когда я подумал, какую силу они могли здесь обрести.
Отец Юджин тотчас осенил Исигаву крестным знамением и сказал торжественным голосом:
— Благословляю тебя на сие деяние, сын мой. Кстати, Исигава-сан, а не принять ли тебе, Саори и Одакадзу католичество? С тобой и Саори и так всё ясно, только так вы станете вампирам и прочей нечисти если не по зубам, то будете представлять для них одним только этим смертельную угрозу, а вот если Одакадзу станет католическим священником, то один мой приятель в Ватикане обеспечит его такими документами, с которыми ему будут открыты любые двери.
Исигава пожал плечами и спросил:
— Юджин-сан, лично я не против, Саори тоже, а относительно Одакадзу так скажу, что я ему прикажу, то он и сделает, но тебя не смущает, что мы, японцы, относимся к крещению несколько странным образом. Какими бы христианами мы не стали, католиками, протестантами или православными, это нисколько не мешает нам посещать буддистские, синтоистские и все прочие храмы? Видишь ли, Юджин-сан, для японцев является вполне приемлемым искать защиты у всех богов сразу. Если тебя это не смущает, то я готов покреститься хоть завтра прямо на борту твоей плавающей церкви.
— Не волнуйся, Исигава, — Воскликнул отец Бертран — Если это, вдруг, смутит отца Юджина, то я сам проведу над тобой обряд крещения. Мне доводилось крестить даже людоедов. Не знаю, перестали они после этого есть своих соседей, но хотя бы за их души я теперь абсолютно спокоен. Покаявшись в этом грехе перед Господом, они
Отец Юджин тотчас обнял за плечи Исигаву и его дочь и, посмотрев на конкурента исподлобья, сердито сказал:
— Не гоже тебе, брат мой во Христе, воровать яблоки в чужом саду. Как-нибудь и без твоей помощи управлюсь. Вот доберёмся до Серебряного Ожерелья, там и будешь набирать себе паству, а здесь даже думать забудь об этом.
Отец Бертран смиренно поклонился и насмешливо ответил:
— Я тебе это ещё припомню, морда ирландская. Только попробуй сунуть свой красный нос в мой рыцарский орден, я тебе мигом голову откушу. — Похлопав Исигаву по плечу, он спросил его — Ну, а хотя бы твоим крестным отцом я смогу стать? Крестная мать ведь у нас одна на всех, её светлое высочество принцесса Иримиэль.
Японец поклонился и сказал в ответ:
— Почту это за честь, Бертран-сан, и попрошу тебя к тому же быть моим духовником, а то с отцом Юджином я точно сопьюсь.
Француз сделал рукой не очень пристойный жест и воскликнул:
— Ну, что, съел, алкаш ирландский? — Увидев недоумение в глазах Саори, отец Бертран поторопился сказать — Дочь моя, не обращай внимания на то, как мы тут собачимся. Рыцари Христовы народ грубый и беспардонный, но они крепки дружбой и своей верой в Господа нашего Иисуса Христа. Уже очень скоро мы поведём в бой против полчищ нечисти отважных рыцарей, крепких духом и сильных верой, настоящих истребителей кровососов и потому уже сейчас мы проверяем, сколь крепка наша вера друг в друга.
Саори вежливо поклонилась и отошла в сторону, так и не поняв, как подобного рода перебранки, которым не было конца, могут укрепить дружбу между магистрами восьми рыцарских орденов. Не могли этого понять и эльфы и один только Сэнди давно уже догадывался, в чём тут дело. Огорчённо вздохнув, он сказал:
— Эх, завидую я вам, ребята. Вы отправитесь на Ожерелье и будете сражаться с нечистью, а я, воин-маг, буду сидеть в каком-то медвежьем углу тихо и скромно, чтобы не привлекать к себе внимания.
— Отец Вильгельм, которого прозвали Канцлером Вилли, сурово сдвинул брови и высказался с солдатской прямотой:
— Ты мне это брось, парень. Нас там будут сотни тысяч и миллионы воинов, а вас рядом с принцессой будет только четверо и именно вам предстоит во что бы то ни стало сберечь надежду Эльдамира. Парни Исигавы, разумеется, будут поблизости, но ты ведь знаешь, сын мой, что в момент нападения важны именно первые минуты и вам нельзя будет допустить даже малейшей оплошности, ведь на карту поставлена судьба Эльдамира, если не всего Серебряного Ожерелья, которое нам предстоит сделать Светлым. Я уже сейчас предрекаю, что Голониусу рано или поздно всё станет известно, клянусь своими чётками, и тогда он пошлёт во все миры Вселенной своих шпионов. Вот тут-то вам и придётся сделать всё, чтобы перехитрить их потому, что просто пришибить этих тварей будет недостаточно. Это только привлечёт к Земле лишнее внимание, а потому вам даже нельзя будет создать большой отряд магов для защиты принцессы. Некроманты Голониуса это мигом вычислят. Кроме как на Одакадзу и его отважных воинов вам, ребята, и положиться будет не на кого, а вообще-то я для пущей маскировки посоветовал бы и вам принять христианскую веру и окрестить принцессу Иримиэль, только не сейчас, а позднее, когда Ланнель определится с местом жительства для вас, чтобы вы не выделялись в той стране, где будете жить. Знаю, крещёный эльф это что-то сверхъестественное, если и вовсе не дикое, но если вы отнесётесь ко всему также, как Исигава-сан, с японской предусмотрительностью, то будете иметь просто непрошибаемую маскировку. Да, ты и сам можешь это легко проверить, Сэнди. Взгляни на кого угодно из нас с помощью своего анголвеуро и ты увидишь в нас просто добрых христиан, но никак не магов самого высокого уровня, а потом взгляни на своего брата-короля и на принца Алмарона и ты тотчас всё поймёшь. Их же можно распознать невооруженным глазом.