Игры богов
Шрифт:
Маргарет начала тереть глаза тыльной стороной ладони, потом долго и напряженно вглядывалась в пространство перед собой.
– Все равно не вижу, – вздохнула она.
– Не волнуйся, все будет хорошо. Однажды я тоже попался на эту удочку.
– Да? – вяло заинтересовалась Марго. – И как это было?
– Один знакомый притащил показать. Ну, он решил, что это будет очень смешно. Правда, его шутку не поняли, и кто-то сгоряча сломал шутнику руку. Он потом долго обижался…
Я продолжал говорить, чтобы хоть немного отвлечь мою спутницу от мыслей о своей неожиданной слепоте, а сам в это время
Что мне не нравилось во всей этой истории, так это использование «светлячка». Дело даже не в том, что его просто так не раздобудешь – существуют различные нелегальные рынки, где можно купить все что угодно, вплоть до военного крейсера. Но у прохожих ведь далеко не всегда есть при себе достаточная сумма денег, чтобы хотя бы погасить стоимость использованного «светлячка», не говоря уже о какой-то прибыли.
Значит, напрашиваются два варианта. Первое: «светлячок» достался парням бесплатно, и они просто не придумали ему более достойного применения. Второе: нападавшие знали, что у меня при себе крупная сумма – такая, что наверняка покроет все расходы.
Тут же в голове всплыл и третий вариант: может, нападение было направлено именно на меня? На мой захват? Скажем, кому-то с Земли все-таки удалось меня отыскать и вычислить…
Я сразу отбросил эту версию. Неправдоподобно. Ребята явно были слабоваты для группы захвата.
Меня заинтересовал второй вариант. Я мог по пальцам пересчитать тех, с кем общался на Менигуэне. Никто из них не имел представления о состоянии моих финансов. Никто, кроме Анри и его приятелей. Означает ли это, что мне нужно поискать в этой стороне?
Но Анри также считал, что я офицер галактической полиции. Уже одно это гарантировало мне неприкосновенность по самому высшему разряду. Ладно, при случае поговорю с ним, а там посмотрим. Может, это и не последний сюрприз Менигуэна.
Я вспомнил свое общение с Анри, и печально подумал, как трудно иногда бывает предусмотреть последствия своих поступков. Когда я отдавал юному разведчику деньги, мне и в голову не пришла подобная схема развития ситуации. Неужели я стал слишком беспечным?
– Алексей! – Марго резко сжала мою руку.
– Что случилось? – встрепенулся я.
– Ко мне возвращается зрение! В ее голосе прозвучала радость, и мне снова подумалось, как легко сделать человека счастливым.
– Вот видишь. Я же говорил, что ничего страшного.
– Это в самом деле здорово! Она бы начала пританцовывать, если бы я не удержал ее:
– Эй, ты куда? Твои глаза, кажется, еще не настолько хороши.
В ответ она счастливо рассмеялась.
Мы уже подходили к ее дому. Район многоэтажек остался позади, теперь вокруг снова стрекотали цикады и шелестели листья. В некоторых домах еще горел свет, остальные же погрузились в сон вместе со своими хозяевами.
– Знаешь, Алексей, я ведь тогда испугалась по-настоящему, – призналась Марго. – Сначала я испугалась неожиданной вспышки.
– И как? – заинтересовался я.
– У меня ничего не получилось. Раньше это всегда было легко, и потому я снова испугалась. Мне показалось, что я лишилась и своих способностей.
– А сейчас с тобой все в порядке? Она лукаво взглянула на меня, одновременно давая понять, что видит уже достаточно хорошо.
– Сейчас да. Мысленное зрение вернулось тогда же, когда я поняла, что смутно различаю круги света от уличных фонарей. Несправедливо, правда? Как друг, неожиданно предавший тебя, когда твои дела пошли совсем плохо, и вернувшийся как ни в чем не бывало, когда положение улучшилось.
Возле калитки мы остановились. Марго повернулась ко мне, мельком посмотрела в глаза и тут же опустила взгляд. Тихо спросила:
– Зайдешь? Я приготовлю чай.
Я бережно отвел в сторону волосы, упавшие ей на лоб, и когда она вновь подняла глаза, встретившись взглядом со мной, так же тихо ответил:
– Не сегодня. Уже поздно. Доброй ночи, Марго!
– Доброй ночи! – откликнулась она. И улыбнулась.
Я провожал ее глазами, пока она не скрылась в зарослях собственного сада, а потом дождался, когда в доме вспыхнул свет, и лишь тогда побрел к себе. Отчаянно хотелось вернуться, но что-то глубоко во мне все-таки противилось этому. И только фантазии были тем, над чем мой разум не имел власти.
Едва я вошел в квартиру, как ожил домашний компьютер:
– Господин Уоллес. Вас срочно вызывают в местный полицейский участок. Записать адрес?
– Давай так, я запомню.
Полиция? Что им от меня понадобилось?
Будучи человеком не вполне законопослушным, я предпочитал общаться с полицией как можно меньше. Стоит ли говорить, что сообщение не доставило мне радости?
– Когда меня искали? – полюбопытствовал я.
– В половине девятого, – без запинки отчеканил компьютер.
Значит, это не по поводу уличной разборки.
– А сейчас сколько?
– Семнадцать минут первого.
– Как это было?
– Пришел полицейский, спросил, дома ли вы. Я ответил, что нет. Он спросил, как вас можно найти. Я ответил, что вы на этот счет не оставили мне никакой информации. Тогда он попросил вас зайти сразу же, когда вы вернетесь, независимо от времени суток.
– Спасибо, – сказал я, снова открывая дверь.
– К вашим услугам, – вежливо отозвался компьютер.
Раздраженно я подумал, что эти компьютеры вечно норовят оставить последнее слово за собой.
Для чего же я мог понадобиться полиции? Плохо, если они всерьез заинтересовались моей личностью. При детальном рассмотрении на свет могут выплыть некоторые вещи, способные заинтересовать их еще больше.
И еще то, что полицейский приходил лично… Хороший это знак или наоборот?
Ближе всего в участок было идти по той улице, где жила Марго. В одном из ее окон на втором, этаже все еще горел свет – может, в самом деле читала на ночь. Менигуэн, как я уже успел убедиться, относился к числу тех редких в наше время планет, где никакие технические новинки не смогли искоренить эту древнюю традицию. Пока не смогли, поправился я. А в будущем – кто его знает?