Игрушки

Паттерсон Джеймс

— Стрелять с одной руки, имея полсекунды на прицел? — огрызнулся я. — В следующий раз делай это сам, приятель. А я буду смотреть и критиковать со стороны.

Он сразу надел дружескую маску.

— Да ладно, брось, — ответил он примирительно. — Я просто имел в виду, что ты еще не оправился после лечения.

Я кивнул:

— Может, ты и прав, партнер.

После этих слов я поскорее отвернулся, чтобы он не заметил мою злобную усмешку. Ничего, мы еще сведем с тобой счеты.

Я направился к машине,

думая о том, что из-за меня Люси теперь обречена на медленную смерть. Этот вид пытки был разновидностью регенерации, только перевернутой с ног на голову. Жертву подвергали электромагнитному излучению, которое посылало в тело тысячи импульсов в минуту. Но вместо того чтобы восстанавливать клетки, оно причиняло им мучительную боль. Это было то же самое, что вонзать в ткани раскаленный зонд, причем каждый раз в новое вместо, чтобы заключенный не знал, где его плоть взорвется в следующий момент.

Агония могла длится многие недели, если человек был сильным и выносливым. Как Люси.

А хуже всего то, что эту дьявольскую машину усовершенствовала Лизбет. Моя милая, ласковая женушка.

Глава 88

Макгилл первым начал допрос Люси, и это меня встревожило. Обычно такие вещи поручали мне. В чем дело? И чем это грозит Люси?

— Сомневаюсь, что ты особенно умна, но ты должна понимать, что мы все равно сумеем тебя разговорить. Так почему бы не сэкономить время и не прекратить эту пытку? — предложил Макгилл.

Люси смотрела на него так, словно он был слизняком, пожиравшим кухонные отбросы. Она не удостоила его даже словом. Казалось, его вообще не было в этой комнате.

Удивительная стойкость, если учесть, что Люси уже полчаса висела в комнате для допросов, раздираемая изнутри лучами «медленной смерти». До сих пор она не издала ни звука. Не было ни стонов, ни криков, ни каких-либо ответов на вопросы Макгилла.

Я еще не видел, чтобы кто-нибудь из мужчин и женщин переносил пытку с такой стойкостью. Обычно заключенные начинали кричать уже через несколько секунд, чаще всего — молить о смерти.

Макгилл взглянул на Мура, который стоял за спиной Люси. Тот поднял вверх палец, показывая, что надо увеличить дозу.

— Хорошо, — сказал Макгилл, пожав плечами. — Ты не оставляешь мне выбора.

Он подошел к контрольной панели и поменял настройки. От нового шока тело Люси судорожно согнулось пополам, а лицо исказилось в мучительном оскале.

Мур вышел вперед и погладил ее по щеке.

— Ты крепкий орешек, Люси, я это признаю, — произнес он почти ласково. — Мне нравятся такие люди. Но в конце концов тебе придется говорить, и ты это знаешь. Прошу тебя, будь благоразумной. Все может кончиться в любой момент. Если ты заговоришь, мы сразу тебя убьем.

Люси наконец нарушила молчание, и мы услышали

ее хриплый голос:

— Я буду… говорить… но только… наедине… Пусть эти свиньи… уберутся. — Она указала взглядом на Макгилла, потом на меня. — Я буду говорить с Джаксом Муром. А не с этими ублюдками.

Я похолодел. Как это понимать? Может, это и есть «ключ»? Наверное. Но что мне нужно делать? Остаться? Сражаться? Уйти?

Неизвестно.

Я застыл в мучительной нерешительности. Может быть, Люси хочет, чтобы я ее убил?

— Разумеется, — ответил Мур. — Я тебя прекрасно понимаю. — Он кивнул нам на дверь. — Вы оба — выйдите отсюда.

— Убирайтесь, свиньи! — крикнула Люси.

Выходя вместе с Макгиллом из комнаты, я в отчаянии вгляделся в ее лицо, надеясь уловить на нем какой-нибудь знак или намек. Может быть, это была игра воображения, но мне показалось, что на ее губах мелькнула слабая усмешка.

Глава 89

Макгилл ждал меня в конце коридора. На его широком лице сияла довольная улыбка.

— Мур ее дожмет, он мастер в таких делах. Скоро мы увидим, как он закурит свою знаменитую сигару. У сучки нет ни шанса.

— Конечно, нет, — согласился я.

Внутри у меня все дрожало от напряжения. Не надо было ее оставлять вдвоем с Муром. Он может применить самые чудовищные пытки, и тогда…

Я резко обернулся, услышав донесшийся из комнаты пронзительный визгливый звук. Это был не голос человека.

Или элита.

— Что за чертовщина? — повернулся ко мне Макгилл.

— Понятия не имею.

Потом я увидел вспышку света. Сигара Мура?

И тут грохнул оглушительный взрыв.

Когда мы с Макгиллом подбежали к комнате для допросов, дверь и стены из сверхпрочного бетона еще плавились от жара и извергали ядовитый дым. Похоже, внутри взорвалась термальная бомба. Но как она туда попала? Перед допросом Люси тщательно обыскали. Или устройство сработало от сигары Мура?

По коридору уже гремела сапогами местная охрана с бластерами наперевес. Через несколько секунд они взломали дверь. Волна раскаленного воздуха и дыма ударила в коридор и отшвырнула нас на шаг назад.

— Джакс Мур мертв! — крикнул Макгилл. — И девка тоже. Оба сгорели дотла.

Когда дым рассеялся, я увидел масштабы катастрофы. У меня сжалось сердце. Жар был настолько сильным, что стены, пол и потолок покрылись расплавленной коркой. Все, что находилось в комнате, превратилось в хлопья сажи и капли жидкого металла. Абсолютно все.

Включая Джакса Мура.

Ужаснее всего была пустота, зиявшая на том месте, где висела Люси. От нее не осталось никаких следов. Наверное, она скрыла бомбу внутри собственного тела — и принесла себя в жертву. Таков был ее план с самого начала.