Игрушка Тирана
Шрифт:
— Сука! Я же говорил, не лезь в мою голову!
Я встаю и собираюсь, вышвыривая Кейтлин из своей головы так сильно, что она начинает поскуливать, а из глаз льются слёзы.
— Яне лезу. Это всего лишь ты. И то, как ты сейчас пахнешь.
Это не мой запах. Это серпенты, это запах их течки с примесью приторных духов. Я весь пропитан этим запахом Надины. А Кейтлин, как чистокровная дагоррианка, чрезмерно чувствительна к запахам.
— В следующий раз, хамелеон, будешь корчиться в своих кошмарах одна.
Я
У Надины мягкие руки и сухая, шелковистая кожа там, где нет чешуек. Но от её прикосновений прошибает осознанием, что хочется других рук: бледных и тонких, с острыми косточками, натягивающими кожу. И других глаз, не умеющих врать, потому что я запретил пользоваться даже линзами.
— Выметайся.
Я отцепляю от себя руки Надины.
— Что?
— Выметайся. Спускайся на свой уровень. Я запрещаю тебе появляться в моих комнатах.
— Но почему?
— Тебе мало моего слова? Я так сказал. Обсуждению не подлежит. И вызови уборщиков, пусть очистят комнату от запаха течки, который бы напоминал о твоём присутствии.
Я выхожу из комнаты и направляюсь к лифту. Хочет меня Кейтлин, маленькая дагоррианка, или нет, но я получу желаемое.
Глава 57. Кейтлин
После ухода Тирана я вышвыриваю всё постельное бельё с кровати, заталкивая его в утилизатор, и включаю очиститель воздуха. Мерзкая гниль, влажная и пахнущая разложением, словно сочащийся гноем нарыв. Рэмиан весь пропах этой гнилью, налипшей на нём, словно грязь. Шея, руки, тело… Мерзкий запах был повсюду.
Только не на его губах, которыми он принялся меня целовать. Но и остального хватало с лихвой. Раздражение раздирает меня на части. Раздражение напополам со злобой, причины которой мне неясны.
Я ожесточённо тру своё тело, смывая малейшие отголоски этого запаха.
«Рэмиан Гай женат!» — напоминаю я себе. Естественно, что он трахается со своей женой. А может быть, не только с ней, но и с другими. Почему-то я раньше не задумывалась об этом, чувствуя лишь запах его тела, пряный и дурманящий.
Всегда только он и немного других запахов. Но было понятно, что чужие запахи оседали лишь пылью на одежде, цепляясь за ворсинки. Но никогда не чувствовались на его теле.
Сегодня мои глаза вдруг раскрылись. Рэмиан развлекался со своей милой
Я — идиотка, сама предложиешая сделку. которую, как оказалось. не так-то просто выполнить. Нужно забеременеть и отвязаться от пристального внимания Рэмиана и от его жадных рук, и от жидкой похоти, которой он накачивает моё тело, приручая его к себе.
Теперь, после сегодняшнего визита, я поняла, что когда лежала в больнице, никакой это был не сон. Не-е-ет, это Рэмиан сам приходил ко мне в палату и трахал моё полусонное тело, умело поддерживая во мне иллюзию сна. Тогда на утро я просто решила, что сон повлиял на организм очень хорошо, как и укрепляющие растворы, которые Мёрдок велел мне поставить перед этим. Я отмахнулась от сомнений. Куда проще было схватиться за хлипкую иллюзию и отнекиваться до последнего, что с Рэмианом может быть настолько хорошо.
Это ужасно неправильно. И так быть не должно… Но вопреки всему это случается.
Снова. Момент радостного узнавания и яркое возбуждение — следом. Это не я
‘узнаю Рэмиана, но тот дар, способность или проклятье. Скорее проклятье…
Мерзко. Мерзко. Мерзко. Проникнуться возбуждением и ответной страстью, когда он пришёл и залез на меня сверху, как похотливое, грязное животное, дурно пахнущее другой самкой!
Я включаю воду погорячее, автоматически смотрю на температурный датчик, скрипя зубами от досады. Потом закрываю глаза, упираясь лбом в стену, давая каплям воды стекать по телу. Внезапно чувствую, что я в комнатах уже не одна.
Его приближение я чувствую издалека. Хочется выскрести из себя эту способность.
С каждым днём она словно развивается и противоестественная связь между мной и Рэмианом упрочняется. Я немного поворачиваю голову налево, глядя на Рэмиана через плечо. Он уже разделся и медленно приближается ко мне, остановившись на расстоянии вытянутой руки.
Дышу через рот, чтобы не чувствовать мерзкий душок. Рэмиан улыбается одними губами: глаза остаются всё теми же холодными гибельными морями.
— Можно воспользоваться твоим душем?
— С каких пор Тирану Рэмиану Гаю требуется разрешение маленькой и наглой крысы?
По лицу Рэмиана проносится мгновенная тень, но тут же исчезает. Грустная усмешка.
— Не знаю, Кейтлин Роу. Ты мне скажи, почему я спрашиваю разрешения вместо того, чтобы просто брать?
— В твоей ванной тоже есть душ, — говорю я. — Воспользуйся им.
— Есть. Но там нет тебя. И не будет, да?
Я пожимаю плечами:
— Если Тирану очень сильно захочется, он не станет спрашивать разрешения, а просто возьмёт желаемое, вне зависимости от состояния игрушки.