Игрушка для императора
Шрифт:
— По мере того, как станут прибывать подкрепления, восстанавливайте стены. Пусть они будут невысокими, лишь бы укрыть солдат от стрел неприятеля. Увеличьте добычу серебра и производительность кузнецов. Мой вам совет. Окружите крепость серебром. Лучше всего для этого подойдет полоса, метра в два шириной, утыканная серебряными гвоздями. Надеюсь, у нас будет немного времени, чтобы подготовиться. Идите к своим солдатам, Король, и поднимите их боевой дух. Вместо того чтобы восстанавливать стены, они, кстати, роют себе могилы. А я пока вздремну пару часиков. После встречи с вашим сыном силы мои слегка
Я не стал дожидаться ответной реакции Короля на свою длинную речь. Пусть немного постоит, похлопает ресницами. Может быть и поймет, что мои советы действительно могут спасти его крепость. Да и его самого от смерти.
Забравшись в самый укромный и спокойный уголок заднего двора, в стойло, где раньше размещались коровы, я зарылся в остатки сена и приказал себе уснуть.
Снятся ли сны варрканам? Конечно, снятся. Души тех, кто живет во мне в часы сна, вспоминают о былых подвигах и сражениях. Проносятся мимо видения кровопролитных битв и достойных побед. Лязг железа, словно величественная музыка старых эпох, звучит в моих снах. Шепот давно забытых волшебников, творящих свои страшные заклинания, крики побежденных врагов, сдавшихся на милость победителю, восторженный клич героя, поразившего недруга острым клинком. Все перемешано невообразимо и все понятно в мельчайших подробностях. И никто не умирает. Сон, слишком приятное место, чтобы в нем кто-то умирал. От холодной ли стали меча, или от острого наконечника стрелы. И даже от страшного заклинания, которое выворачивает мир наизнанку.
Сознание осторожно освободило меня от слабых уз сновидений, предупреждая, что в окружающем мире происходят изменения. Оно еще не знало, опасны ли они, или просто ветер, свободный и оттого неподконтрольный решил нагнать на небо стаи испуганных облаков. Но даже если и так, хватит предаваться видениям прошлых побед. Впереди, почти за поворотом, грядут новые события, которые способны стереть из памяти не только сны, но и жизнь.
Меня поразила тишина. Замок, до этого наполненный робким стуком молотков в кузнице, скрипом вагонеток в шахте, ропотом солдат, затих. Неприятная тишина.
Я быстро забрался на покореженные стены, туда, где сгрудились испуганной кучкой солдаты, разглядывающие что-то вдали. Король находился тут же, всматриваясь в горизонт из-под руки и бормотавший чуть слышно проклятия.
— Что там? — я встал рядом с ним. В утреннем тумане невозможно ничего разглядеть. Только услышать. Глухой гул, словно земля стонет от невыносимой тяжести.
— Они готовятся к приступу, — Король облизал сухие губы, вздохнув при этом так тяжело, что мне даже стало не по себе от жалости к нему, — Слышишь, варркан! Это враги строятся в колонны. Слышишь, как гремит их оружие, как кричат они, взбадривая себя. Нам недолго осталось жить. И даже ты, варркан, не в силах помочь нам.
Солдаты, слышавшие слова Короля, зашептались, переглядываясь. Волной хлынул от них страх. Казалось, еще немного, и дрогнут они, и побегут неизвестно куда и зачем. А бежать некуда. Везде одно и то же. Везде нелюди. Нигде не укрыться от них. И ничто уже не спасет беглеца. Только этот замок. И Король, который, к сожалению, ни во что не верит.
— Чушь! — ропот мгновенно стих и десятки взоров
— Помощь?! — они не верят мне. Как можно верить, если за многие годы никто не приходил к ним из-за горизонта? Никто не протянул им руку спасения.
— Ты обманываешь нас, варркан, — зашипел Король. Столько недоверия я давно не видел в глазах королей, — Ты хочешь, чтобы мы поверили тебе? А ведь мы еще можем спастись. Мы можем покинуть крепость, уйти в горы, в пещеры. Мы можем сохранить наши жизни.
Странно слышать от Короля подобные речи. Странно. Единственный человек, который не покорялся нежити столько лет, сломался? Сдался? Или просто устал?
А солдаты ждали моего ответа. Они готовы сражаться. Но не за слова, а за идею. Я должен был им дать эту идею.
— Если через час к нам не подойдет подкрепление, то можете уходить. Но я вам обещаю, что будет так, как сказал я. А сейчас, вернитесь на свои места. У вас есть работа, которую никто за вас не сделает.
Что я мог еще сказать? Что все еще верю в Оливию? Что вся наша надежда на то, что ненавистный всем Император согласится поиграть в детские игры с девчонкой? Смешно. Да и так ли я прав, надеясь, что будет подкрепление? Может, я ошибаюсь? Может, это именно нелюди, как сказал Король, бряцают оружием? И может быть действительно, плюнуть на все и спасаться бегством с остатками солдат?
Я не прошел и трех шагов, как за спиной послышались удивленные крики.
— Смотрите! Смотрите! Знамение! Знамение!
Защитники, истерзанные и истощенные, вздевали руки к небесам и смотрели в небо, из которого на землю падали миллионы белых пушинок.
— Знамение! — завопил Король, щуря глаза от холодных снежинок.
— Знамение! — шептали мертвяки, подставляя ладони под белые кристаллы.
Я не успел ничего сказать, потому что Король, тупо разглядывая тающие хлопья, закричал, устремляя ко мне скрюченные пальцы:
— Это знамение, варркан! Земля покрывается плесенью. И уже ничто не сможет оживить ее. Ничто. Ни твои глупые слова, ни твое пустое колдовство. Земля умирает. И мы умрем вместе с ней.
— Умрем! — застонали те, кто стоял за спиной у короля.
— Ты виноват в том, что с неба сыпется плесень. Ты, варркан! — Король на глазах сходил с ума, — И ты должен ответить за это.
Вот так-так. Называется, приехали. Дружили, дружили семьями, и в один момент готовы обвинения в государственной измене. Нашли стрелочника, нечего сказать. Они что, снега никогда не видели? Надо же. Вот так попал. И как раз в тот момент, когда на карту поставлено все.
— Варркан! — Король аж трясся от гнева, — Именем меня ты должен сдать оружие. Мы заключим тебя под стражу.
— И что дальше? — усмехнулся я, немного отступая назад, освобождая место для драки. Не хочется, но все к этому идет, — Что дальше, Король? Сдашь меня Императору? Попробуешь вымолить у него несколько дней жизни для себя и для своего трусливого войска?
— Мы все равно погибнем.
— Да, ну? — я чуть было не удивился, — Погибните? А что ты скажешь, Король, на это?
И пальчиком показал в сторону все еще густого тумана.