Игрушечный стрелок
Шрифт:
Охраны в зале не было. Была только пара стражников за дверями, но и те исполняли скорее декоративную функцию, нежели реально защитную. Как сказала Фабиола, всех пришедших сегодня мало того, что знали в лицо, так еще и дополнительно проверяли на входе. Лично Винья Верде проверяла, которая теперь стоит возле стены с бокалом вина в руке. Второй час уже стоит, все с тем же бокалом.
Она очень не хотела принимать участие в нашем плане.
Слуги молчаливо скользили меж гостями, забирая у них пустые бокалы и тут же меняя их на полные, так же поступали и с тарелками на
Я занял позицию недалеко от входной двери, возле одного из столов. Синий цвет моих одежд не позволял абы кому приставать ко мне с вопросами кто я такой, капюшон и маску я стянул, разгрузку вообще не стал надевать. Кобуры с пистолетами прикрыл накидкой, которую мне где-то накопала Фабиола.
Сама принцесса стояла рядом, беспечно попивая вино и отвечая улыбками на приветствия. Сегодня на ней было двухслойное синее платье, верхний слой — прозрачный и воздушный, прямо до щиколоток, нижний — строгий и уверенный, четко по фигуре, и едва доходящий до середины бедра. Волосы справа она украсила заколкой в виде королевской лилии, а на ноги надела босоножки с высоко вьющимися по щиколотке ремешками.
Выглядела принцесса просто потрясающе. Единственное, что в ней осталось от знакомой мне Фабиола — зачесанные на левую половину волосы и две родинки над правой бровью.
— Как скоро начнем? — спросил я у принцессы на исходе второго часа ожидания.
— Буквально через десять минут. — ответила Фабиола, подзывая жестом слугу и меняя бокал на полный. — Они полностью потеряли интерес к теме собрания, сам видишь. А мама, кажется, и не вспоминала про нее.
— Она речь сказала. — зачем-то попытался спорить я.
— Да она даже не сама ее написала. — усмехнулась Фабиола. — Ты посмотри на этот фарс, тут никто всерьез не верит в твое оружие, никто даже не спросил, как оно работает. Они даже не думают о том, что скоро на их заводах и в их мастерских начнется его производство, для них это лишь очередной повод бесплатно поесть и выпить, а заодно посмотреть, в каком состоянии королева и нельзя ли ее подсидеть.
— Ты говорила, корону любят в народе.
— Корону любили, когда корона могла дать отпор. — вздохнула Фабиола. — А когда вся корона сосредоточилась в маме, которая замкнулась в себе, многие люди внезапно начали чрезвычайно сильно любить корону. Настолько, что даже на себя бы с удовольствием примерили.
— Выходит, я был прав в своих суждениях. — задумчиво произнес я, глядя на франтоватого хлыща, что нашептывал даме в коротком красном платье какие-то непристойности, судя по ее красным щекам и смущенному хихиканью.
Да, выглядят они по-другому. Но внутри они точно такие же.
— Главное, чтобы я остался жив после всего этого… — пробормотал я.
— Все будет хорошо. — заверила меня Фабиола. — Голоса королевской семьи равны по силе, и если даже мама захочет тебя казнить, чего уже не случится никогда и ни за что, ведь ты — золотой кот, я отменю приказ.
— Как же, интересно, корона решает вопросы, если голоса равны по силе? — хмыкнул
— Так корона обычно состоит из трех человек. — спокойно заметила Фабиола. — Так что это два голос против одного, так или иначе.
— Логично. Но после сегодняшнего вечера, чувствую, меня в королевстве будут держать за клоуна.
— Добро пожаловать. — невесело усмехнулась Фабиола. — Но не переживай, чем более человек уверен, что ты клоун…
— …тем меньшего он от тебя ожидает. — закончил я за принцессу. — Знаю. Пользуюсь.
— Умничка. — Фабиола притворно чмокнула воздух, взглядом адресуя это мне. — Пора.
От этого слова я вздрогнул, будто услыхал приговор о казни через сну-сну. Вроде бы прорабатывал план, готовился к нему, продумывал… А как настала пора претворять его в жизнь — что-то уже и перехотелось как-то.
Но иначе просто нельзя. Есть только один путь — заставить всех этих людей поверить, что мое оружие способно принести победу. Сделать так, чтобы они захотели — сами захотели! — производить его на своих заводах, в своих мастерских, своих артелях. Потому что если они будут делать это из-под палки, не зная, что, как и зачем делают — ничего толкового не выйдет. Сейчас у них все мысли о том, как наименее безболезненно пережить атаку аркейнцев, и они совершенно уверены, что отбиться не выйдет. Что королевство падет, артефакт будет похищен и останется от Девоншира только обезглавленный труп, который можно будет максимально быстро прибрать к рукам — тем или иным, тут уж кому повезет.
Но им действительно надо усвоить две вещи. Во-первых, в королевстве теперь есть оружие, против которого любая магия бессильна, просто потому что пока еще не знает, как с ним бороться. А во-вторых — это оружие в руках людей, которые отныне будут следить за порядком и чистотой помыслов всех этих разодетых хлыщей.
И с этими мыслями я кивнул скрестившимся на мне взглядам слуг, накинул капюшон, натянул маску, вытащил правой рукой из-под накидки пистолет, поднял его в потолок и выстрелил!
Бам!
С потолка посыпалась крошка, музыка резко стихла, раздались несколько женских вскриков.
Взгляды присутствующих скрестились на мне.
Второй рукой я вытащил второй пистолет, тоже направил его вверх и выстрелил снова!
Бам!
Кто-то шарахнулся в сторону, кто-то присел от неожиданности, кто-то — зажмурился. Пользуясь всеобщим замешательством, я запрыгнул на стол и прошелся до середины, прямо по блюдам господина Милье и его поваров. Жалко, очень жалко так поступать, но…
Пусть эти люди видят, что их ценности, то, ради чего они сюда пришли — для меня ничто.
И пусть это видит королева. Чем больше шокирующего она увидит сегодня, тем быстрее ее внутренний мир снова перевернется с головы на ноги.
— Добрый вечер, дамы и господа! — заговорил я, дойдя до середины в абсолютной тишине. — Меня зовут Дим, и я — оружейник, который изобрел громострельное оружие! То самое, ради которого вы все сегодня здесь собрались, то самое, которое вы только что видели и слышали в действии, а кое-кто даже успел попробовать его самостоятельно.