Игрушечный стрелок
Шрифт:
— Кощунство! — ахнул шеф. — Кто же соус к блюду так использует?!
Я не стал отвечать, что японцы, вместо этого сказал:
— Так положено! Поверьте, так будет намного вкуснее.
Шеф вздохнул и макнул кусочек в соус уже нормально. Поднял его к глазам, покрутил в пальцах еще раз, нисколько не смущаясь тем, что соус течет по пальцам, а потом разом положил его в рот и начал жевать. Проглотил.
— Это… — он наклонил голову к плечу и задумался. — Очень… Необычно.
— Насколько? — заинтересовалась Фабиола.
— Примерно как ваш заказ на рыбу в рисе и капусте, только в хорошем смысле. — хмыкнул шеф. — Как я понимаю, тот заказ был как раз неудачной попыткой создать роллы?
— О да. — усмехнулся я.
— В таком случае рекомендую попробовать, как они должны быть в оригинале. — с легким поклоном,
— Надо думать! — фыркнула Фабиола, деловито схватила кусок ролла, ухнула его в соус и тут же закинула в рот. Пожевала с задумчивой миной, проглотила, подумала, схватила второй кусок и отправила его следом за первым. И только после этого подняла свой взгляд на нас с шефом:
— Значит, говоришь, разные начинки, разные вкусы, разные роллы?
— Точно. — кивнул я. — Имбирем заешь.
Фабиола послушно подцепила небольшой кусочек имбиря и съела его. Постояла немного истуканом, прислушиваясь к своим ощущениям.
— Господин Милье, ваше мнение? — наконец сказала она.
— Я уже сказал — необычно. — Шеф развел руками. — Я бы не назвал это прорывом, но, если вы позволите, я бы…
— А по мне это великолепно! — отрезала Фабиола. — И я не то что позволяю, я прямо-таки велю вам, чтобы отныне каждый ужин роллы с разной начинкой появлялись на королевском столе! Мы будем пробовать их, искать самые лучшие сочетания и вообще станем первой страной в мире, которая популяризует это блюдо! Пусть нас будут помнить не только как создателей разрушительного оружия, но и как изобретателей роллов! Будем задавать новую моду в кулинарии!
О, если бы ты только знала, насколько эта мода на самом деле заразительна! Если это дело пойдет в массы, если тут создадут натуральный соевый соус, или найдут его полную вкусовую замену, если научатся правильно мариновать имбирь, то эта ваша мода может выйти из-под контроля настолько, что захватит к черту весь мир быстрее, чем это планировал сделать Александр Македонский на Земле.
С другой стороны, может, именно это и есть план Фабиолы? Она же наверняка помнит мои слова о том, что в моем мире это крайне популярное блюдо. И не исключено, что именно этот факт и засталяет ее сейчас так агрессивно внедрять новое блюдо на своей кухне — если оно разойдется по миру, что королевство действительно запомнится миру как те, кто создал настоящий всемирный фуд-тренд, и только во вторую очередь — как изобретатели громострельного оружия, которым они выиграли какую-то одну локальную войну. И этот же факт выдаст королевству солидный кредит доверия на случай, если в планах будут дальнейшие боевые действия в сторону других государств — пока весь мир раскачается и вспомнит, что изобретатели роллов вообще-то еще и смертельные пулялки изобрели, у них будет немалый шанс захапать себе самых слабых ближайших соседей.
Я посмотрел на Фабиолу все равно что новыми глазами. Если ее образ мышления схож с моим, то сейчас в ее голове роятся аналогичные мысли, она так же стремительно, как и я, просчитывает все варианты дальнейшего развития событий и вероятную выгоду от них.
Или нет, и ей просто понравилось мое блюдо, и она истинная патриотка своей страны.
В конце концов, я ведь все еще ничего, совершенно ничего не знаю о ней.
Вот только с этого момента узнавать придется очень аккуратно и желательно не от самый Фабиолы.
Глава 22
После обеда я вернулся к свои прямым обязанностям. Кулинария кулинарией, а оружие само себя не разработает.
Вспомнив, что я обещал королеве в первую очередь снабдить армию относительно дешевым, отказоустойчивым и простым в освоении оружием, я принялся раздумывать над возможными вариантами. В механике вопросов не возникало — это однозначно будет помповое или рычажное ружье, полностью исключающее задержки по вине автоматики. Вероятнее всего, с питанием из отъемных магазинов, чтобы ускорить перезарядку и обеспечить больший разовый боезапас. С нарезными стволами все еще придется повременить, но этот неприятный момент можно обойти, если в качестве патронов использовать не стальные шарики и даже не дробь, а литые остроносые пули, сужающиеся к задней части, и с изогнутыми канавками для обеспечения вращения набегающим потоком воздуха. Не самая простая в изготовлении вещь, но, если отфрезеровать пару десятков
Будь моя воля, я бы, конечно, пулю Полева запихнул в шелл, но у полевки стабилизаторы сложной формы и делаются из пластика, которого тут пока что нет и заменить его нечем. А всяческие другие виды и прототипы показывают себя не лучшим образом. Сидел я одно время плотно на одном ютуб-канале, где ребята из гладкоствола стреляли всем, что дома найдут. Они запихивали в пустые шеллы крошечным магнитики, лезвия для бритвы, карандаши, жеваную жвачку, песок, лед, в общем, все, что под руки подвернется. Когда идеи кончились, они обратились к зрителям с вопросом — чем пострелять еще, и те начал им слать собственноручно сделанные или найденные где-то необычные снаряды для гладкоствола. То, что сделано своими руками, чаще всего представляло собой турбинку-веретено разных форм, размеров и пропорций, но ни одно из них нормально так и не полетела. И только когда кто-то прислал раритетную пулю Полева, которые сейчас уже не выпускают, ребята с канала официально признали, что это лучший пулевой снаряд для дробовика в мире и с его помощью реально поразить цель даже на трехстах метров.
Но за неимением горничной, как известно, пользуем… хм… принцессу.
Я хмыкнул и принялся вычерчивать на желтоватой бумаге чертежи нового оружия. Первым делом прикинул ствол — для гладкоствола, из которого предполагается стрелять долго, ствол нужен подлиннее, иначе отдача будет конячьей, да и давление пор… драгонитовых газов будет моментально падать. Так что меньше полуметра, а лучше даже шестидесяти сантиметров, точно делать не стоит. Под стволом разместится подвижное цевье, связанное длинными жесткими тягами с затвором, запирающим ствол — в этот раз я решил отказаться от системы открытого затвора и сделать более привычный закрытый, а значит, пришлось добавлять отдельный ударник в виде длинной острой подпружиненной шпильки, располагающейся внутри просверленного в затворе канала. Самое лучшее в этой ситуации — что сверловка канала не должна быть экстремально точной ввиду отсутствия капсюля, в наших драгонитовых патронах бить можно в любую часть — все выстрелит.
Для того чтобы ударник выполнял свою функцию, пришлось добавить и небольшой курок, который будет скрыт в ствольной коробке и взводиться движением цевья вместе с затвором, вставая после этого в зацеп со спусковым крючком. Пружина спускового крючка будет сильной, чтобы просто так ненароком его не спустить. На затвор добавится небольшой зубец выбрасывателя, который будет при движении назад захватывать гильзу за закраину и вытаскивать ее из патронника. На Земле патроны для гладкоствола делают в основном фланцевыми, с серьезными таким торчащим вокруг донца ободком, но здесь, пожалуй, проще будет обойтись тем, что есть — бесфланцевыми гильзами с проточенной на станке закраиной. В роли отражателя в этот раз выступит маленькая плоская пружина — в свободном состоянии выгнутая небольшой дугой полоска металла, для которой в ствольной коробки будет отфрезеровано специальное местечко. В спокойное время она будет себе торчать металлическим усиком внутри ружья, а при подаче патрона — прижиматься скользящим затвором к стенке и не мешать.
Долго думал над предохранителем. Очень хотелось сделать многоступенчатую систему, вроде как на глоках, чтобы максимально исключить самострелы среди солдат, что впервые держат в руках подобное оружие, но разумом я понимал — не выйдет. Поэтому я ограничился тем, что «откусил» на чертеже часть деревянного приклада, заменив его на продолжение ствольной коробки. Таким образом, шейка тоже стала металлической и позволила расположить на ней подпружиненную площадку, которая бы в свободном виде выпирала на пол-сантиметра. Через рычаг-качель площадка связывалась со спусковым крючком, не позволяя ему быть нажатым. Таким образом я почти повторил один из предохранителей глока — тот, что не позволяет стрелять, если рукоять, а в моем случае — шейка приклада, не обхвачена плотно и надежно. И еще один, самый простой, и механический предохранитель, я решил поместить на спусковую скобу — металлическую восьмерку, одним отверстием надетую на скобу, а вторым — надвигаемую на спусковой крючок. Элементарная штуковинка, которая просто не даст спуску нажаться, даже если очень захочется, даже если плотно обхватить приклад.