Игрок
Шрифт:
– Нам надо поговорить, – сказал он. Гриффин провел его в свой кабинет. Он не стал садиться в кресло у дивана, а занял место за столом. Стакелу ничего не оставалось, как сесть на стул с жестким сиденьем. Гриффин предложил кофе. Стакел вежливо отказался.
– Ладно, Уолтер, – начал Гриффин, – не говорите, что пришли поделиться грандиозным сюжетом для сценария.
– У меня их несколько.
– Охотно верю, Уолтер.
– Но я не автор.
– Если сюжеты хорошие, мы всегда можем нанять профессионального
Гриффину не нравился этот разговор. Его сердце учащенно билось.
– Вы когда-нибудь встречались с Дэвидом Кахане?
– Встречался. Довольно давно.
– Вы знаете, что он мертв?
– Господи, он был моложе меня. Что произошло?
– Вы лучше меня должны знать.
Гриффину хотелось, чтобы время остановилось.
– Уолтер, скажите мне все, что у вас на уме, сейчас же.
– Вы в курсе, что я бывший полицейский?
– ФБР, так?
– Это тоже было. Мне сегодня позвонили из полиции Пасадены, отдел расследования убийств. Дэвид Кахане был убит вчера вечером.
– Не может быть.
– Вы звонили ему домой около семи. Его подруга сказала, что он поехал в кино в Пасадену.
– Я даже не помню название фильма.
– «Похитители велосипедов». Вы там были.
– Нет.
– Вы там были. Вы встретили Кахане в кинотеатре, напились с ним в японском ресторане, и он ушел раньше вас. Потом он зашел в «Макдональдз». Там его в последний раз видели живым. Гриффин, почему вы это отрицаете?
– А полиция что думает?
Это был «Бургер-Кинг», а не «Макдональдз». Одна неувязка уже есть. Это приободрило Гриффина и вселило надежду.
– Они думают, он был убит из-за бумажника и часов. Такое случается каждый день. Я могу сказать полицейским, что вы ведете себя так, словно у вас есть что скрывать, и они вызовут вас для допроса в участок. Или могу дать вам возможность поговорить с ними по телефону. Или они могут прийти сюда. Или же спустить все на тормозах. Не думаю, что они так сделают.
– Естественно, я буду сотрудничать, как могу.
– Пару лет назад в Малибу была вечеринка. Музыканты. Наркотики. Ром лился рекой.
Гриффин догадался, что таким образом Стакел хотел сказать, что речь идет о чернокожих.
– Там был охранник у ворот. Он был вооружен. Один из гостей захотел побаловаться оружием. Охранник дал гостю оружие. Через несколько минут охранник был мертв. В полицию позвонили во вторую очередь. Дело уладили.
– Кому позвонили в первую очередь?
– Даже если бы я знал, не сказал бы. Но должен признаться, я восхищен вашей тактикой. Каменная стена. Все отрицать. Ваше слово против их слов. До тех пор, пока у них не будет свидетеля, который бы видел, как вы убивали, и до тех пор, пока вас ничто не связывает, кроме… Кстати, сколько раз вы встречались?
– Только однажды.
– Не считая вчерашней
– Хорошо, – сказал Гриффин, – вы правы. Я встречался с ним вчера вечером. И я знал, что он мертв. Прочел в газете.
– Тогда почему не сказали об этом?
– Господи, Уолтер, я не хотел быть замешанным.
– Отлично. Я так и скажу полицейским.
– Я им сам позвоню. Скажу, что встретил его в кинотеатре, что мы выпили в японском ресторане, что ему нужно было домой, а я не был достаточно трезв, чтобы вести машину, потом он ушел, и все. Если спросят, я скажу, что пришел встретиться с ним, поскольку он изложил идею сценария, которая мне так понравилась, что я захотел заключить с ним контракт, не дожидаясь, пока он вернется домой, чтобы его обрадовать. Я был рад за него и за себя тоже. И это правда. Вот что я им скажу. Я поеду туда тотчас.
Как в это можно было не поверить? Как мог Уолтер Стакел не поверить? Все было так просто. А если они в это не поверят, Гриффин будет держаться этой версии, потому что ее легко излагать и легко запомнить. Она была правдоподобной.
– Нет. Лучше, если они придут сюда.
– Я не хочу причинять беспокойства.
– Вы говорите, как человек, который виновен. Вы невиновны, ведь так?
– Обычное невротическое чувство вины.
– Шутите. Речь идет об убийстве. Я был полицейским. Вы ведете себя так, будто вы его убили. Будете вести себя так же с полицейскими, у них возникнут подозрения.
– Как мне себя вести?
– Расскажите им все. Они расследуют убийство.
– Я никого не убивал.
– Я вам сообщу, когда они придут.
Стакел удалился. Гриффин до конца не понял, что произошло. Подозревается ли он в убийстве? Или речь идет об обычном допросе всех, кто мог что-нибудь знать о последних часах жертвы? У него не было причины убивать Кахане, точнее говоря, не было очевидного мотива для убийства. Гриффин подумал, что это, возможно, самое интимное событие в его жизни. Он мог бы выступить свидетелем и описать час, проведенный с Кахане, потом описать, как они расстались. Почему они вышли не вместе? Гриффину хотелось послушать музыку. Кахане плохо себя почувствовал. Кахане ждала подруга. Убедительно же?
Позвонил Левисон. Режиссеру-контрактнику требовалась романтическая комедия. Не подберет ли Гриффин подходящий сценарий? Конечно, Гриффин подберет. На время он перестал думать о Кахане и Стакеле и взялся за телефон. Он работал.
Гриффин был поражен, что почти не испытывает чувства вины. Он даже подумал, не сходить ли ему к психоаналитику. Наверное, поэтому он до сих пор не женат. Он не был способен поделиться с кем-либо своими проблемами. Будет ли действовать закон о конфиденциальности? Что сказал бы психоаналитик? Я не могу вам помочь, обратитесь с раскаяньем в другое место.