Игрок
Шрифт:
— Пенелопа — как хорошее вино, ее сначала нужно оценить. Не торопится. Пробовать по глотку. Ее не нужно быстро проглатывать. С точностью, хорошо продуманным подходом и правильной манерой, я затащу ее в постель, чтобы она выкрикивала мое имя ночь напролет. Вместо мгновенного удовлетворения, которое забуду на следующее утро, я отложу удовольствие, продлю его себе. Она стоит того, чтобы запомнить ее на всю жизнь.
Оба мужчины сидят в тишине, обдумывая мою речь. Честно говоря, я впечатлён собой. Знаю, что могу доказать свою правоту во всем, но это… Черт,
— Ты такой идиот, — смеется Грэхем. — Хорошая попытка, недоумок. Девчонка взяла тебя за яйца, а ты и понятия не имеешь, как затащить ее в койку.
Да, в общем-то.
— Не знаю, — дополняет Скотт. — В словах Гевина есть смысл. Она не кажется той, кого можно трахнуть в шкафу, — Скотт вздергивает брови. Я сразу же посылаю сердитый взгляд Грэхему, который смеется.
Указываю на него пальцем.
— Ты — гребаный ублюдок, знаешь это? Перестань подглядывать за мной на камерах! Боже, мужик. Что с тобой не так?
— Все время показываю свое превосходство.
— Ха, — я качаю головой. У Грэхема никогда не будет превосходства надо мной. Никогда. Он слишком зацикленный на себе, чтоб попытаться иметь над кем-то превосходство. — Продолжай мечтать.
— Ты проводишь очень много времени, наблюдая за ним, Грэхем. Попахивает извращением, — добавляет Скотт.
— Эй, ты тоже за ним наблюдаешь.
— Только потому, что когда я прихожу сюда, ты этим занимаешься, — подчеркивает Скотт.
Защищая себя, Грэхем заявляет:
— Очень весело издеваться над ним. У меня есть доступ ко всему в отеле. Он делает мне кучу денег в играх хайроллеров, и я должен опускать его с небес на землю. И если это означает закрывать двери перед ним, делать так, чтобы он ждал лифта дольше, или выключать свет, когда он идет по темному коридору...
— Я, бл*дь, знал, что это ты! — я бью Грэхема в ногу, из-за чего он смеется и потирает ее в это же время.
— Ты до усрачки испугался.
— Я только закончил смотреть «Сияние». Эти близнецы играли с моим разумом всю ночь, а теперь ты выключаешь свет в коридоре, когда я продвигаюсь по нему. Это травмирует.
— Это было бесценно, — снова смеется Грэхем, получая еще один удар от меня, на это раз по руке.
— Да ладно тебе! — Грэхем потирает ушибленное место. — Ты же знаешь, что у меня нежная кожа.
— Никто не сможет увидеть повреждений под тонной твоего искусственного загара, — замечает Скотт. — Ты выглядишь как придурок, заскочивший попеть и потанцевать к Умпа-Лумпа (прим. персонажи из фильма «Чарли и шоколадная фабрика»).
— А, да? Ну, если тебе захочется потанцевать, то ты не сможешь шевелить шеей из-за своих мышц плеч, — ответ Грэхема звучит жалко.
Мы со Скоттом обмениваемся взглядами.
— Неудачная попытка оскорбления, мужик.
— Нюня, — дополняю. — За это ты заслуживаешь еще один удар.
— Согласен, — прежде чем Грэхем может сдвинуться с места, Скотт пихает его в плечо, отчего наш друг пятится.
Да, у Скотта хорошо развитая мускулатура. Из-за работы в боевой лиге ему приходится много времени проводить
Пока Грэхем ноет из-за ушибов, я снова возвращаю взгляд на экран. Во время перерыва Пенелопа смотрит на свой телефон и что-то печатает. Это не Ник, так как он стоит рядом и читает вместе с ней сообщение. Дэвис занята фишками, так кому пишет Пенелопа? И имеет ли это для меня значение?
Это имеет значение, потому что я не хочу, чтобы это оказался другой мужчина. Бл*дь, лучше бы не быть другому мужчине.
Черт возьми, это может быть Пейдж.
Я снова думаю о пикнике и какой смешной была пьяненькая Пейдж. Она мне понравилась, ее можно легко сделать союзником. Если бы Пейдж была на моей стороне, я мог бы подобраться к Пенелопе поближе.
Затем меня осеняет.
— Я собираюсь устроить званый ужин, — объявляю Скотту и Грэхему.
Выпрямившись, Грэхем спрашивает:
— Когда, черт побери, ты стал женщиной?
Быстрым джебом в бок, я отталкиваю его подальше от себя.
— Я устраиваю званый ужин не по этой причине, черт побери. А совсем по другой, которая, надеюсь, сработает в мою пользу. Так вы двое в деле?
— Ты готовишь? — спрашивает Скотт, зная, что мой талант распространяется только на кесадилья.
— Нет, но я знаю хорошего шеф-повара, — замолкаю, улыбаясь Грэхему.
— Ох, бл*дь, нет.
Я киваю.
— Да, готовьтесь, парни, у нас будет чертовски веселый вечерок. Пришло время дать Пенелопе подзаработать деньжат.
Девушка думает, что одержала верх? Она не знает, что я еще не начал показывать свои карты. До этого момента мы играли в открытую. Пришло время сделать следующий шаг в игре.
Глава 12.
Нелл
— Вау, — выдыхает Ник с изумлением в голосе.
— Что? — спрашиваю, поставив поднос на барную стойку между нами.
— Подожди... Позволь мне еще раз, — прежде чем успеваю даже моргнуть, он вытягивает руку над стойкой и хватает меня за грудь в миллионный раз за ночь. Пока что я в состоянии покорности, просто тяжко вздыхаю и закатываю глаза. Он принял всю задумку «доведи Гевина до ручки» гораздо серьезнее, чем я ожидала. — Да! — объявляет. — Это магия, не иначе.
— Что? — переспрашиваю, на это раз более раздраженная, чем раньше.
— Ну, — Ник хмурит лоб и сжимает мою грудь. — Я лапаю тебя, и при этом у меня никакой эрекции. Это безумие! Я имею в виду, у меня немного привстает даже от сильного ветра, но это? — еще одно сжатие. — Ничего!
— Спасибо! — язвлю и ударяю его по руке. — Именно это хочет услышать каждая женщина. Что ее грудь менее привлекательна, чем воздух.
— Ах, тыковка, — дразнит Ник с улыбкой. — Ты знаешь, что я считаю тебя красавицей. Просто в моем мозгу что-то щелкнуло после нашего поцелуя. В тебе нет ничего плохого, просто между нами нет влечения.