Игривый бит

Каннинг Оливия

– Ты работаешь по-своему, а я по-своему.

Маркус посмотрел на нее, открыв рот. Она вернулась к микшеру, не обращая на

него внимание. К тому времени, как звук у ударных был настроен, рабочие вытащили на

сцену новенький белоснежный рояль. Ребекка установила у него два микрофона. Джейс с

удовольствием играл вступление к «Прекрати» снова и снова, до тех пор, пока она не была

удовлетворена звучанием рояля.

– Реб, звук потрясающий! – крикнул ей Трэвис,

повисший над сценой. Он

занимался одним из прожекторов, настраивая его свет прямо на рояль. Белый луч тоже

был новинкой в их концерте. Ребекка не могла дождаться, когда сможет насладиться их

выступлением.

– Не слепи меня, пока я играю, – крикнул Джейс Трэвису.

– Ты не против пройтись еще раз, – спросила Ребекка. – Мне кажется, я все

настроила, но хотелось бы удостовериться.

Джейс улыбнулся и кивнул. Этот парень был до неприличия милым, с его

торчащими белыми волосами и темной щетиной. Его скромная улыбка в сочетании с

серьезным взглядом слегка ее озадачили.

– Джейс, вступление на рояле просто бесподобно, – сказала Ребекка, когда он

закончил играть. – Это ты его написал?

Джейс покраснел и помотал головой.

– Брайан изначально написал его для гитарной партии, а Эрик адаптировал для

рояля. Я просто играю.

– А в новом альбоме еще рояль будет?

Джей снова покачал головой.

– Всего два. Мы не были уверены, как это воспримут фанаты. Но оказывается, им

это нравится.

Эрик встал рядом с Ребеккой.

– Как не странно. Этот сингл намного популярней всех предыдущих. Тренога

рулит! – Эрик и Джейс стукнулись кулаками, и Джейс улыбнулся от комплимента друга.

Джон Маллори в этот момент немного скривился, и продолжил играть положенный

ему кусок в песне. Это была одна из песен, в написании которой он не принимал участие,

поэтому ему было сложно разобраться с нотами. И это было слышно по его игре.

– Черт возьми. У меня никак не получается тройной переход, – жаловался Джон. –

Какого хуя нужно было так все усложнять?

– А затем, что Тренога шикарно играет, – сказал Эрик. – И, кстати, это я вдохновил

его стать басистом.

Ребекка улыбнулась от гордости Эрика.

– Я этого не знала.

– Не надо было тебе этого рассказывать, – ворчал Джейс. Он встал и отошел от

рояля. – Теперь ты постоянно будешь мне об этом напоминать.

– Мужчина должен хвастаться чем-то подобным, – ответил Эрик, хлопая Джейса по

спине.

Ребекка засмеялась.

– Не думаю, что о таком стоит кричать во всеуслышание.

– А мне плевать. Тем более я стал причиной появления лучшего басиста во

вселенной.

Джейс

покраснел.

– Не важно, – прорычал Джон.

– Пошли Джон, – крикнул ему Джейс – Я порепетирую с тобой и покажу, как играть

этот кусок. – Джейс ушел за сцену и вернулся с блестящей черной бас-гитарой.

Выражение лица Джона было средним между злостью и благодарностью. Он

громко вздохнул и согласно кивнул.

– Я не хочу облажаться. Сед только этого и ждет, чтобы заменить меня на одного из

студийных музыкантов.

– Вы всегда можете проиграть записанный отрывок, – предложила Ребекка.

Эрик посмотрел на нее так, будто она только назвала его мать жирной шлюхой.

– Нет? – спросила она.

– Ни за что на свете. Не могу поверить, что ты могла такое предложить. Кем ты нас

считаешь? Думаешь, мы способны выступать под фанеру?

– Прости.

– Никогда тебе этого не прощу, – сказал Эрик, повернулся к ней спиной, и зашагал

прочь.

Всего секунду она смотрела на его удаляющуюся спину, а после побежала за ним.

Она сказала глупость, она не хотели их обидеть. Она догнала Эрика на середине сцены,

схватила за руку, и встала перед ним. – Прости меня, Эрик. Я не знала…

Он не смог больше сохранять сердитое лицо, и расплылся в улыбке.

– Попалась!

Ребекка ударила его в живот, но Эрик не перестал улыбаться.

– Ты меня дразнил, да?

– Нет. Мы славимся своими живыми выступлениями. Мы бы никогда не прибегли к

фонограмме, но я не обижаюсь на твои слова.

– Тогда почему ты…

– Чтобы ты обратила на меня внимание.

– Не знаю, привыкну ли я когда-нибудь к твоей шокирующей честности.

Он нахмурил брови.

– Неужели это так плохо?

– Нет, просто ненормально, – она прикусила губу и пожалела о своих словах. Эрик

же продолжал улыбаться.

– Но нормально – это же так скучно. Я думал, в этом ты со мной солидарна.

Да, но в то время, как она старалась быть отличной от другой, у Эрика это

выходило естественно. В какой-то степени, она ему даже завидовала, он никогда не

стеснялся быть собой.

– Тебя уж точно никак нельзя назвать скучным, – сказала она. – Я едва за тобой

успеваю.

– Ну, ты хорошо справляешься. Большинство девушек давно бы от меня сбежали.

Ей было сложно в это поверить.

– Но я не большинство.

– Именно это мне в тебе и нравится.

Он так легко сказал ей о своих чувствах, не давая ей времени гадать или

волноваться. Она уже все знала. И его открытость была как глоток свежего воздуха, после