Играя судьбами
Шрифт:
– Ой, что-то я не подумала, – пробормотала Ника, но в голосе не слышалось раскаяния. – Эмм, слушай, сможешь сегодня ко мне приехать? Твоя помощь нужна.
Сглотнув, ответила согласием. Потому что иначе не умела. Потому что все равно нужно было увидеться с подругой и передать той новости. Чем не повод?
– Отлично! Тогда жду тебя вечером.
Я, не успев и рта открыть, услышала короткие гудки. Ни привет, ни пока.
– Ох, Ника…
Опустив телефон на стол, прикусила губу.
«А чего ты хотела? Чего? Сама позволила
– Черт! – зарычала, ударяя ладонями по коленям. – Хватит! Хватит!
Злость бушевала во мне, прожигала до костей. И лишь он, способный вывести меня на чистую воду, вывернуть наизнанку деформированным нутром, молчал. Замолчал по моей вине.
Схватив телефон, я вновь разблокировала экран, отыскала нашу переписку, занесла палец над иконкой трубки и замерла.
Я не смогу. Смелости не хватит.
Отбросила смартфон и зажмурилась. Глаза нещадно жгло.
Рабочий телефон разразился трелью.
– Да?
– Эмма Вадимовна, я скинула вам свое расписание, – голос Марины будто вернул меня в ту реальность, из которой я безуспешно пыталась сбежать.
– Хорошо, я сейчас посмотрю.
– У меня должен быть прием. Пациентка уже пришла. Мне ее принять?
– Нет, Марин, давай я сама. Какой кабинет?
– Двадцать третий.
– Хорошо. Просто подготовь ее карточку.
– Да, конечно. Эмма Вадимовна?
– Слушаю. – Сгребая свободной рукой папки, замерла и прислушалась к хрипловатому от простуды голосу.
– Спасибо вам.
– Да не за что, Марин. Выздоравливай.
На лице дрогнула улыбка. Надеюсь, эта благодарность была искренней.
Спустя несколько минут подготовки я стояла у двери в кабинет и сжимала в руке карточку пациентки. Что же, мой рабочий день был в самом разгаре.
– Добрый день, Елизавета. Меня зовут Эмма, и сегодня я буду заменять Марину Сергеевну.
– А что с ней? – Девушка, сидящая на посетительском стуле, подскочила, обвила тонкими длинными руками живот и испуганно уставилась на меня.
Я бегло осмотрела ее, отмечая бледность кожных покровов, неаккуратно зачесанные волосы и искусанные губы. Она нервничала и дергалась, пока я входила в кабинет и закрывала за собой дверь. Настороженно следила за каждым моим движением, отчего становилось не по себе. Что же за пациентку подсунула мне так не вовремя заболевшая Марина?
– У нее простуда. Сегодня я подменю Марину Сергеевну, а со следующего приема она вернется.
Девушка кивнула, продолжая обнимать живот. Будто пыталась защитить дитя. Она видела во мне угрозу? Нелепо, но, увы…
Выдохнув, опустилась на стул и предложила ей присесть.
– Начнем? Если вы не против, конечно.
– Нет, нет, – залепетала она, тяжело опускаясь и рассматривая собственные руки, а не меня.
– Хорошо. Елизавета, расскажите мне вкратце, как протекает ваша беременность.
Я заглянула в карточку и окунулась
Потому что я деформированная…
Глава 6
– Привет.
– Привет, моя дорогая!
Ника обвила меня руками как лоза стену и притянула к себе в самые крепкие объятия. Те, от которых воздух со свистом вылетает из грудной клетки. Обняв ее в знак приветствия, отступила, выпутавшись из чужих рук. Нет, у меня не было брезгливости или страха от прикосновений, тем более работа была такой, что я сама касалась в очень интимных местах и умела абстрагироваться, но отчего-то именно с друзьями мне хотелось сейчас держаться на расстоянии. Будто они узнают, что творится внутри меня, если обнимут.
Вдохнув, ощутила сладковатый аромат ее духов и что-то еще. Кажется, корица.
– Эрнест дома?
– Неа, на работе задерживается. У них какой-то очень важный проект горит. Трясет всю компанию. Не завидую им, бедолаги.
– Понятно. – Я стянула пальто, осматриваясь по сторонам. Широкий коридор заливал свет.
– Как добралась? Пробок не было?
– Ника, я же на такси. – Поставив сумочку на комод, стянула сапожки и последовала за Никой. Она проводила меня в просторную гостиную их с Майером квартиры в центре города и предложила присесть.
– Будешь чай или кофе?
– Давай чай.
Ника кивнула и умчалась на кухню. У меня появилась свободная минутка-другая, чтобы адаптироваться и включиться в предстоящий диалог. Работа выматывала. Особенно тогда, когда приходилось брать на себя дополнительную нагрузку. Но сегодня было тяжело вдвойне. Пациентка Марины оказалась непростой. Она была напуганной, озирающейся по сторонам, и не сразу позволила коснуться себя. Я могла бы списать это на что-то очень личное, возможно, даже домашнее насилие (увы, такое нельзя было исключать при ее-то поведении), но оказалось, что девушка просто волновалась. Так и сказала мне, когда все же позволила себя осмотреть. Разбираться с ее тараканами мне вовсе не хотелось, поэтому, завершив осмотр, отправила ее домой. Она была в порядке в физическом плане, и я все еще не могла понять, за каким чертом Марина назначила ей этот ненужный визит.
– Вот и я.
Ника вернулась с подносом. Опустив тот на журнальный столик, она протянула белоснежную чашку мне. Вторую забрала себе.
– Угощайся. Амира так вкусно готовит. Это заварное печенье. – Указала на блюдце с выпечкой.
– Ваша новая домработница?
– Амира? Неа, она отвечает за готовку. Я пусть и научилась делать яичницу и тосты, но с остальным беда. Да и времени все равно нет.
– Новые проекты?
– Не только, – отмахнулась Ника, удобнее устраиваясь в кресле. Подтянув длинные ноги, поставила чашечку на колени, придерживая второй ладонью ее дно. – Подписалась на благотворительную муть для жены мэра. Осенний бал, все дела.