Игра
Шрифт:
— Да.
Сабрина вспомнила первые письма Кита. Тогда он жаловался на длительные переезды и очень плохие дороги. Кроме того, у экипажа постоянно ломались колеса, которые с большим трудом удавалось починить. Иногда даже приходилось идти пешком до ближайшей почтовой станции, чтобы попросить помощи. Это тоже далеко не сразу удавалось.
— Но так или иначе, — продолжала Сабрина, — именно подобного рода помощь мне от вас и требуется.
— Не слишком ли много вы хотите от человека, которого сами же ранили из его собственного пистолета?
Сабрина
— Неужели тогда я вас действительно ранила?
— И довольно серьезно, смею вас заверить. До сих пор у меня на теле сохранилась метка. Хорошо еще, что я по вашей милости не сделался калекой или вообще не отправился на тот свет!
— Мне очень жаль, что так произошло. Поверьте, я не притворяюсь!
— Что ж, отсюда следует, что вы были просто обязаны вызволить меня из тюрьмы. Теперь мы почти квиты!
— Вы должны оценить тот факт, что я не имела никакого отношения к вашему аресту, и тем не менее помогла вам бежать.
— Насколько мне известно, не без содействия некоего знатного джентльмена?
— Пожалуй, — несколько смущенно ответила Сабрина, которой в этот момент меньше всего хотелось думать о лорде Дарлингтоне. — Но поскольку я тоже активно участвовала в вашем освобождении, то вправе рассчитывать на ответную услугу. Разве не так?
— Речь идет о поездке в Шотландию?
— Да. Я хочу, чтобы вы украли там самое для меня дорогое.
— Драгоценности?
Сабрина почувствовала, что его голос стал холодным и отчужденным, а глаза, казалось, были готовы испепелить ее сквозь прорези маски.
— Миледи страдает страстью к наживе? Очень жаль. Я скорее бы понял любой риск ради благородных чувств.
— Наверное, я должна все вам объяснить более подробно. Речь идет не о богатстве. Надо будет украсть не кое-что, а кое-кого.
Последовало молчание, которое дало Черному Джеку достаточно времени, чтобы скрыть удивление. Он еще более внимательно посмотрел на собеседницу.
— Продолжайте.
— Я хочу, чтобы вы помогли спасти моего сводного брата Кита от тех, кто держит его под замком.
— Другими словами, речь идет о киднепинге?
— Киднепинге?
— Да. Такое название в Уголовном уложении носит похищение детей.
— Предполагается нечто иное. Дело в том, что Кит сам хочет вырваться из рук своих мучителей. Но он очень болен и слаб, а потому не сможет один сделать это.
— В итоге что получите лично вы?
— Ничего. А брат — многое!
— Конкретно?
— Видите ли, именно Кит, а не я, является полноправным наследником всего состояния семьи Линдсей. Мой опекун коварной и бессовестной ложью убедил короля объявить брак моего отца с матерью Кита незаконным, а родившегося сына — внебрачным. Таким образом мой сводный брат лишился всех прав на наследство.
— Какие цели при этом преследовал ваш опекун?
— Поскольку единственной наследницей оказалась я, то он, как опекун несовершеннолетней девушки незнатного происхождения, получил
— Должен признаться, выглядит не очень-то красиво!
— Куда хуже, чем не очень-то красиво! Для успешного продолжения своей политической карьеры он потребовал, чтобы я вышла замуж за некоего человека, обладающего весом в высоких кругах. Это вроде бы должно способствовать его служебному росту.
— У кандидата в мужья есть имя?
— А как же?! Его зовут лорд Меррипейс.
— Меррипейс…
По тону, каким Черный Джек произнес это имя, Сабри-не показалось, что он слышит его не впервые. Может быть, кое-какие слухи об известном разбойнике не лишены основания и Черный Джек действительно происходит из знатного рода?
— Другими словами, вы получите от этого брака титул, опекун — могущественного политического союзника, а лорд Меррипейс — право законного мужа посеять в вашем созревшем и прекрасном теле свое семя. Чем вам не нравится этот замечательный план?
Сабрина сжала кулаки, с трудом сдерживая ярость, закипевшую в ней от этой неприятной шутки. Как она могла забыть, с кем имеет дело? И о том, как легко этот человек может увлечь кого угодно! Конечно, у нее есть голова на плечах, чтобы не поддаться соблазну. Но все-таки… Чего только не бывает в этой жизни!
Она холодно взглянула на скрытое маской лицо разбойника:
— Я не для того освободила вас из тюрьмы, чтобы выслушивать подобные глупости!
— Что ж, справедливо! Но, должен заметить, не существует такого человека, который отказался бы от богатства ради бедности.
— Я буду бороться за Кита! Брат всю жизнь только и делал, что болел. У меня есть серьезные подозрения, что опекун спокойно позволит Киту умереть, как только я выйду замуж. И чтобы спасти его. я с готовностью отдала бы целых три таких состояния!
— В таком случае я бы не хотел принимать участие в осуществлении вашего плана, — холодно сказал Черный Джек.
Сабрина даже подскочила в кресле. — Что?!
— В ту ночь, когда я остановил вашу карету, то увидел не только молодую прекрасную девушку, но и сильную, решительную женщину, способную без колебаний лишить жизни всякого, кто станет у нее на пути или не захочет подчиниться. Кого же я вижу теперь? Хныкающую и слабую дамочку, с душой, переполненной фальшивой сентиментальностью, если не прямым ханжеством!
Сабрина гордо подняла голову:
— Но при любой жизненной катастрофе я никогда бы не пошла грабить на дорогах!
— Почему же?
Сабрине показалось, что его голос звучит ближе. Может, он незаметно подошел на пару шагов? Но сейчас она обдумывала заданный вопрос, а потому не обратила на это серьезного внимания.
— Чего вы от меня хотите?
Черный Джек ответил, не задумываясь:
— Хочу понять вашу истинную суть.
Да, теперь он стоял значительно ближе. Его голос звучал прямо над ее головой.