Игра. Книга 2
Шрифт:
— О Боже, — простонала она, начиная тереть себя сильнее. — Ему пришлось тянуть меня за волосы, мне это очень нравилось. Потом он сказал мне лечь на кровать. На четвереньках.
Она как будто забыла, что я был рядом, пока ее пальцы творили волшебство с ее влажным клитором.
— А потом… а потом… Он стянул мои крошечные трусики в сторону и скользнул в меня. О Боже. Он был таким большим, и мне это нравилось. Наконец-то настоящий член, который мог бы меня наполнить…
Теперь она задыхалась между словами.
— Я
Она вскрикнула и охнула, когда оргазм охватил ее, заставив ее задыхаться, а ноги дрожать. Единственным звуком было наше прерывистое, возбужденное дыхание. Я напрягся, но безрезультатно.
Спустившись с высоты, она снова посмотрела на меня, ее лицо покраснело, а голос устал.
— Затем он снова поставил меня на колени и велел сосать. Я могла бы поручить ему дело, но меня это не волновало. Я позволила ему кончить мне в рот — впервые я позволила мужчине сделать это со мной — и мне это понравилось; любила его вкус; любила глотать сперму настоящего мужчины.
Я больше ничего не слышал. Мой член болел с такой силой, которую я никогда раньше не чувствовал.
— Пожалуйста. Больше нет, — выдохнул я. — Пожалуйста.
— Больше не надо? — ответила она. — Но я только начала.
— Пожалуйста, — умолял я ее. — Я больше не хочу слышать.
— Хорошо, детка, — ответила она. — Я оставлю это на другой раз.
— Мне нужно кончить, — выдохнул я. — Так срочно.
— О, бедный мальчик, — проворковала она. — Как насчет того, чтобы я поцеловала твою штучку? Как я сделала с Люком.
— Пожалуйста, — с надеждой выдохнул я.
Она улыбнулась и поправила свое положение на кровати. Ее рот находился в нескольких дюймах от моего напряжённого члена, и я застонал от ощущения её горячего дыхания. В любую секунду. Мне казалось, что я взорвусь от первого прикосновения ее горячего языка.
Ближе ее губы двинулись… ближе.
А потом остановились.
Она посмотрела на меня со злой улыбкой.
— Но тебе же вчера пришлось кончить, не так ли?
Я всхлипнул. Наверняка она не стала бы меня так жестоко дразнить. Наверняка на этот раз она проявит ко мне немного сочувствия и позволит мне кончить. В конце концов, я позволил ей это сделать. Конечно.
— Пожалуйста, Майя, — сказал я, отчаянно пытаясь вырваться из пут и подняв пах вверх.
— Нет, — сказала она окончательно, подняв голову. — Я не хочу, чтобы у тебя сложилось неправильное представление. Мне нужно, чтобы ты понял свое место.
— Да, — завопил я, когда она вылезла из кровати.
— Почему бы тебе не попытаться немного успокоиться, — ответила она, когда дверь душа закрылась за ней.
Когда она вышла, одетая, примерно через двадцать минут, я обнаружил, что я все еще борюсь с ограничителями, с поднятым
— Все еще? — сказала она с презрением. — Послушай, если ты очень хороший мальчик, возможно, я позволю тебе кончить позже. Но сейчас я хочу, чтобы ты вернулся в свою маленькую клетку для члена, хорошо?
Я ухватился за предложенную соломинку.
— Хорошо, — прохрипел я. — Я буду в порядке.
— Ну, ты можешь начать с проявления некоторого самоконтроля, — сухо ответила она. — Я вернусь через двадцать минут.
Двадцать минут застали меня в том же состоянии.
— Я так и думала, — сказала она. — Честно. Какой мужчина так волнуется, думая о своей жене с другим мужчиной?
— Не знаю, — ответил я, и мой голос сорвался. я честно говоря не знал.
— Рогоносец, — заявила она прямо. — На самом деле, я могла бы сделать твое новое прозвище «куки». Как это звучит? Хорошо?
Она сказала, что если я буду в порядке, возможно, я смогу кончить позже.
— Да, Майя.
— Хорошо, зайка, — ответила она. — Теперь нам действительно нужно что-то делать с этой «вещью», — продолжила она.
Я ахнул, когда сильный холод охватил мой член и яйца.
Она сунула мне пакет с замороженными овощами.
Она хихикала, пока я боролся.
— Держись, куки. Это не займет много времени.
Это не так. В течение пары минут. Я почувствовал, что начинаю уменьшаться. Когда она сняла пакет, я посмотрел на член и яйца крошечных размеров.
— Так лучше, — сказала она, легко ставя клетку на место и снова запирая ее.
Она сняла ограничения. Я спокойно лежал там. Мое возбуждение временно сведено к минимуму.
— Я думаю, у тебя есть кое-какие дела, куколка, — мягко напомнила она мне.
Глава четвертая
События прошлой ночи и осознание того, кем я был — рогоносцем — увеличили мою податливость и подчинение Майе.
Я выполнял свои обязанности энергично и внимательно, зная, что этим вечером она намекнула мне на освобождение. Я считаю, что даже без этой висящей морковки я бы все равно выполнил задачи в меру своих возможностей. Что-то еще большее, чем прежде, глубоко изменилось во мне.
Ранним вечером я стоял на коленях перед Майей и массировал ее ступни — задача, в которой я стал очень искусным.
Она счастливо улыбнулась.
— О, у тебя это хорошо получается, — заметила она. — И ты сегодня был таким хорошим мальчиком. Кто-то может получить награду.
Я счастливо улыбнулся этой перспективе.
— Ох, — сказала она. — Я только что вспомнила. Ты помнишь, что я оставила эти трусики в доме Люка?
Я помнил. Увидеть ее обнаженную киску, когда она вернулась, было первым конкретным свидетельством того, кем я теперь являюсь.
— Да, Майя, — сказал я легким голосом. У меня не было желания ее раздражать.