Игра вслепую
Шрифт:
Миновав детскую площадку, где на ветру негромко поскрипывала карусель, Роман остановился в тени большого клена и прислушался. Ничего. Только дождь стучит по полусгнившим доскам давно заброшенных качелей. Анна бы, наверное, сейчас что-нибудь сказала. Что-нибудь философское и грустное.
Роман улыбнулся и, запахнув поплотнее куртку, направился к проходу между высокими стенами панельных многоэтажек.
Шоссе было абсолютно пустым. Длинные полосы мокрого асфальта убегали в обе стороны сколько хватало глаз. Вместе с ними вдаль уходили вереницы брошенных автомобилей. Ржавеющие
Возле пластиковых щитов военных заграждений стояла гниющая бронетехника. Пара БТР-80 и Т-95. В башне танка зияла глубокая дыра с оплавленными краями.
За ограждением располагались желтые палатки с душами для дезактивации и белые тенты с красными крестами. По их брезентовым крышам барабанил дождь.
Первая линия эвакуации. Наспех сооруженная полицией и поднятыми по тревоге солдатами московского гарнизона.
Тогда еще никто не мог поверить в случившееся. Тогда еще не понимали, насколько все серьезно. Тогда еще думали, что в город можно будет вернуться.
Роман остановился на середине дороги рядом с ржавым «Пежо» и поднял глаза к небу. Низкие тучи продолжали изливаться дождем. А затем сквозь шум падающей воды пробился новый едва уловимый звук. Грохот автоматического орудия.
Молодой человек моментально пришел в себя и, опустившись на корточки рядом с брошенным автомобилем, превратился в слух. Звук повторился. Теперь уже значительно ближе. И к нему прибавился новый. Рев двигателя тяжелой военной машины.
Сталкер выдохнул и, стараясь не высовываться, побежал к противоположному краю дороги. Перемахнув через блестящий от дождя отбойник, повалился в мокрые кусты и замер на месте. В этом укрытии он мог спокойно наблюдать за шоссе, не опасаясь обнаружения.
Если это, конечно, обычный военный патруль. А не группа захвата с тепловизорами и тяжелым оружием. Тогда придется спасаться бегством.
Из фильтров противогаза вылетело крошечное облачко пара и растаяло в воздухе. Холод от пропитанной дождем земли уже начал проникать под куртку. Рев двигателя был совсем близко.
А затем Роман увидел, как из боковой улицы, смыкающейся с шоссе метрах в двухстах впереди, выбежал человек. На нем был такой же, как на Нестерове, камуфляж, за плечами болтался автомат Калашникова. Шлепая по лужам, он помчался через эвакуационный лагерь в сторону брошенных кордонов. А следом появилось оно.
Смяв под тяжелыми полутораметровыми колесами одну из желтых палаток, на шоссе, ревя турбинами, выехала громадная серая туша.
Скошенный нос армейского бронетранспортера украшала какая-то эмблема, неразличимая с такого расстояния. Сплюснутая башня с длинным тонким орудием вращалась из стороны в сторону. Американский М1126 «Страйкер» замер на месте, словно принюхивающаяся охотничья собака.
Беглец опустился на корточки возле одного из пустых автомобилей и сжал в руках автомат.
Лязгнув, крышка люка поднялась, и из башни по пояс высунулся солдат в темном камуфляже и что-то произнес. Через секунду рация на его груди протрещала столь же неразборчивый
В руках неизвестные сжимали армейские штурмовые винтовки ACR. Остановившись на перекрестке, они заняли оборонительные позиции вокруг бронетранспортера, вероятно, в ожидании приказа.
Беглец в этот момент попытался проползти мимо полусгнившего остова «Мерседеса» и случайно толкнул машину. Полуистлевший труп водителя качнулся вперед и упал головой на руль. Разорвав тишину, загудел клаксон.
Фигуры в сером синхронно обернулись. Стрелок что-то рявкнул, и «Страйкер» взревел двигателями. Опрокинув металлические решетки заграждения, бронетранспортер выехал на дорогу и, распихивая тяжелым бампером ржавые автомобили, направился в сторону «Мерседеса». Неуклюжий беглец, чертыхаясь, передернул затвор автомата и заозирался вокруг.
Роман вздохнул. Между ним и бронемашиной было не больше тридцати метров. Он уже мог различить эмблему на бортах – крадущуюся лису с кинжалом в зубах.
Нестеров опустил руку в карман, нащупал металлический болт с белой повязкой на нем и поднялся на ноги.
– Эй, гламурные! – что есть силы закричал он и, размахнувшись, швырнул кусочек железа в голову борт-стрелка.
Солдат в серой броне качнулся в крышке люка и схватился за лицо. Когда он отдернул руку, стало ясно, что болт пробил правую линзу противогаза и застрял между двумя слоями прозрачного пластика. Что-то вопя, боец пытался вытащить ржавый металл.
Беглец, прячущийся за «Мерседесом», оказался не настолько глуп, как сначала подумал Роман. Он вскочил и, пригибаясь, помчался между брошенными автомобилями в сторону Нестерова. Фигуры в серой форме одна за другой вскидывали оружие, открывая огонь. Пули прошили придорожные кусты, оторвав несколько веток.
Роман выглянул из-за небольшой кирпичной стены в проулке между двумя жилыми домами, куда успел забиться мгновением раньше. Беглец в этот момент на ходу перескочил через отбойник и, прокатившись по мокрой земле, рухнул в укрытие рядом с Нестеровым.
– Привет, Эхо, – выдохнул он, подтягивая ноги.
Пули выбили из того места, где он только что лежал, фонтанчики грязи.
– Володька? Ты, что ли? – моргнул Роман.
– Да я, а кто же? – кивнул сталкер и, выставив за угол руку с оружием, дал слепую очередь.
Судя по звону, заряды разбились о броню «Страйкера».
– А кто твои новые друзья? – осведомился Нестеров, инстинктивно пригибаясь, когда несколько пуль впились в мокрые кирпичи над его головой.
– А хрен их знает… – выдохнул Владимир и, высунувшись, спустил курок.
Одна из фигур в сером дернулась и, раскинув руки, рухнула возле бронетранспортера. На груди начало расползаться темно-красное пятно.
– Может, «Мусорные лисы»… – продолжал Гольф. – А может, еще какие-нибудь козлы…
Несколько зарядов прошло в сантиметре от головы сталкера, и тот снова прижался спиной к стене, торопливо меняя обойму.
– Наемники? – нахмурился Нестеров.
Его ладонь сжала висящую на поясе дымовую гранату.
– Ага, – подтвердил Владимир и щелкнул затвором АК-103. – С этого месяца наши вояки и ооновские миротворцы только на Периметре. А на все операции в Зоне посылают этих хлопцев.