Игра воровки
Шрифт:
Аллин взглянула из-под ресниц на присутствующих. Все трое разом уставились на нее: Казуел – с раздраженным неверием, Камарл и Дарни – с удивленным одобрением.
– Я только хотела чем-то помочь. – Девушка спрятала лицо в чашку с ароматным напитком.
– Я же велел тебе не сплетничать с прислугой… – гневно произнес маг.
– Заткнись, Каз, и приготовь себе настой. – Дарни толкнул к нему поднос.
– А что, если из-за нее нас всех раскроют?
– Ну, знаешь, ты… – Дарни хотел сказать что-то очень грубое, но, увидев
Аллин усмехнулась, и Камарг провел рукой по лицу, стерев внезапную улыбку.
Обиженный маг занялся чаем. На него вдруг накатила отчаянная тоска по уютной гостиной матери и ее чайному подносу с новеньким серебряным сервизом, купленным во время последнего Солнцестояния. Он привык к лучшему, чем это собрание разношерстных древностей, ворчал про себя Казуел.
Эсквайр Камарл кашлянул.
– Если нет известий о наших противниках, то можно пока о них не думать. Однако, на мой взгляд, было бы полезно узнать, что делают Райшед и ваши друзья. Эсквайр Девуар, вы уже достаточно отдохнули, чтобы попробовать «гадание» – кажется, вы так это называете?
Побуждение утаить свои таланты из чистого протеста боролось с желанием Казуела снискать расположение столь влиятельного господина.
– Могу попробовать, но я очень устал, – сказал он, немного подумав.
– Спасибо. – Камарл учтиво поклонился.
Маг потер ладони.
– Мне нужна широкая плоская миска и холодная вода.
Аллин послушно сбегала за посудиной.
– У тебя есть что-нибудь, принадлежащее Шиву или той женщине? – спросил маг. – При таком расстоянии мне нужно на чем-то сфокусироваться.
Дарни порылся в карманах.
– Вот. – Он вручил Казуелу руну-кость. – Я забрал ее у Ливак, когда далазорские пастухи начали на нее злиться.
– Что он делает? – шепотом обратился эсквайр к Аллин, увидев, как маг положил в миску странно тяжелую руну, налил воды и, наклонившись к ней, глубоко вдохнул, о чем тотчас же пожалел, ибо ребра пронзило болью.
– Он собирается вызвать в воде образы людей, которых вы ищете, что-то вроде отражения. – Девушка пытливо следила за манипуляциями мага.
– А ты так умеешь? – Камарл был заинтригован.
– Еще нет, но я научусь. – Ее глаза блестели решимостью.
– Могу я попросить немного тишины? – отбрил собеседников Казуел.
Тусклый зеленый свет постепенно собрался на дне миски. Становясь ярче и прозрачнее, он поднялся к поверхности воды, осветил искаженное лицо Казуела и замерцал, бросая странные тени на его скулы.
– Есть! – Маг стиснул зубы, изо всех сил цепляясь за вызванный образ. – Во всяком случае, они высадились.
Дарни, Аллин и Камарл жадно склонились над столом, разглядывая нагромождение серых камней.
– Там, – разорвал тишину агент, – в пещере.
Эсквайр всматривался в изображение.
– Они прячутся, но от кого – не ясно.
– Джериса
Аллин бессознательно натянула шаль на плечи.
– Как там мрачно. И, кажется, холодно.
Камарл кивнул.
– Вопрос в том, намного ли ближе они к северу или просто очень далеко на востоке?
– Покажи нам больше, Каз! – приказал Дарни.
– Попробую, – выдавил маг сквозь сжатые зубы.
Изображение стало медленно меняться, словно бы они поднимались ввысь. Острые скалы, голые каменистые осыпи, приземистые дома, бросающие вызов лютой непогоде, – все больше пространства постепенно открывалось взору.
– Думаете, они следят за этим? – Камарл указал на дом. – Не прикасайся к воде, – с усилием проговорил Казуел, и эсквайр поспешно отдернул руку.
Дарни зашипел сквозь зубы.
– Интересно, там ли Джерис? Если они вытащат его, им надо будет бежать с тех скал, и очень быстро. Сэдрин, какая досада!
– А нельзя с ними поговорить? – нерешительно спросила Аллин.
– Не с этим заклинанием и не на таком расстоянии, – ответил Казуел; пот заблестел на его лбу.
Дарни что-то пробурчал, но все уловили слово «никчемный».
– Может, сам попробуешь? – огрызнулся маг.
Колдовской свет замерцал и потускнел.
– Воистину, это просто удивительно, – деликатно вмешался эсквайр Камарл. – У меня еще не было случая нанять мага, и я не представлял, что вы способны творить такие чудеса.
Задрав подбородок, Казуел бросил на агента торжествующий взгляд, смешанный с презрением, и вновь сосредоточился на заклинании.
– Вы не покажете нам больше этих островов? – Камарл начал делать заметки на обрывке пергамента. – Пригодится, когда мы высадимся.
– Мы? – Дарни вопросительно глянул на молодого дворянина.
Тот в ответ усмехнулся.
– Кто-то ведь должен представлять интересы Д'Олбриотов, когда вы доберетесь до этих островов. Мессир не станет упускать благоприятных для семьи возможностей и рассчитывает на меня.
– Мы собираемся спасать друзей, а не делать вашего принца еще богаче, – насупился Дарни.
– Одно другому не мешает, – возразил Камарл. – Кроме морских богатств, там могут быть и другие ресурсы.
– Кто-нибудь следит за этим? – сварливо прервал его Казуел, и все снова уставились на воду.
Изображение покрытой льдом горы уменьшилось, показались занесенные снегом склоны. Под ними тянулись каменистые осыпи – они переходили в мрачные долины, поросшие чахлым кустарничком – и бедные пастбища. Все люди и животные исчезли из виду, спасаясь от холода и инея, уже заблестевшего на голых стенах утесов, и в сгущающихся сумерках деревушка отличалась от окрестных скал лишь россыпью огней. Еле видимые тропки вели от нее к неровным полям, которые казались лоскутным одеялом, раскинувшимся до самого берега, где холодное серое море плескалось о гальку.