Игра воровки
Шрифт:
– И вы намерены взяться за это неизвестное племя втроем? Агент, маг и девушка? – с тонким сарказмом поинтересовался брат.
К огромному облегчению Казуела, Дарни не клюнул на приманку.
– Нет, сударь, Верховный маг сказал, что пошлет и магов, и воинов нам на подмогу. Скоро они будут здесь. Я бы предпочел иметь корабль наготове, чтобы не терять времени.
– Значит, вы планируете вторжение, – заметил старик с неодобрением. – В высшей степени враждебный акт.
– Они первыми совершили агрессию, напав на людей вроде вашего племянника и похитив моего коллегу. – Дарни
Мессир Д'Олбриот задумчиво скатал письмо и стал рассеянно похлопывать им по колену.
– Разумеется, мы лично заинтересованы в этом деле, господа. – Он смял в кулаке пергамент. – Сотрудничество с магами, без сомнения, вызовет толки, но, полагаю, в данном случае, мы можем допустить это.
Взмахом руки он указал на племянника.
– Эсквайр Камарл устроит вам беседу с моими капитанами. Решение выходить или не выходить в море должно остаться за ними, но я дам знать, что поддерживаю ваше предприятие.
– Вы очень любезны, мессир… – Казуелу пришлось проглотить свои дальнейшие благодарности, так как принц продолжал.
– Я требую от вас вот чего. – Он устремил на Дарни пронизывающий взгляд. – Планир или один из его близких помощников должен не позднее Зимнего Солнцестояния лично посетить меня, дабы полностью прояснить это дело. Если существует угроза территории или интересам Тормалина, я хочу знать о ней заранее и располагать временем для принятия мер. Вы поняли меня? Это условие моего содействия, и оно не подлежит обсуждению. Вы готовы дать заверение, что это будет сделано?
– Конечно, сударь. – Дарни вежливо поклонился, бросив ядовитый взгляд на Казуела. – Уверен, Верховный маг охотно предоставит вам всю требуемую информацию.
– Сомневаюсь, чтобы какой-нибудь капитан с большой охотой отправился в океан в это время года. – Брат мессира скрестил руки, считая разговор законченным.
– Вот мы и узнаем, кто крепче всех верит в Дастеннина, не так ли? – В первый раз юмор оживил лицо мессира Д'Олбриота, разрядив напряженную атмосферу. – Возможно, вам стоит сделать пожертвования для усыпальницы Морского Владыки, прежде чем пускаться в плавание.
Дворяне встали.
– Великолепное предложение. – Забыв про ребра, Казуел низко поклонился, но тут же сморщился от боли.
Дарни только засмеялся и протянул руку.
– Хуже от этого не будет, не так ли? Спасибо, мессир. – Эсквайр Камарл свяжется с вами чуть позже и проводит в доки.
Мессир Д'Олбриот остановился, чтобы учтиво поклониться Аллин. То же сделали и его родственники. Девушка зарумянилась и присела, онемев от смущения, к великой радости мага.
– Позвольте проводить вас.
Пока дворяне выходили, Казуел беспокойно болтался у двери, не обращая внимания на презрительный взгляд агента.
– Я поплыву на корабле по океану? – прошептала Аллин с тревогой на круглом лице.
– Нет, птенчик. – Дарни обнял ее за плечи. – Все будет хорошо. Скоро сюда приедут маги, они о тебе позаботятся.
Дальние пределы океана, вторая половина постосени
Я мало что могу рассказать об этом этапе
Как-то вечером, когда спустились сумерки, Райшед зашел в каюту проведать меня. Он подержал мне голову, затем помог вымыть лицо. Лимонное масло в воде перебило кислые запахи рвоты, и я ухитрилась выговорить «спасибо».
– Не за что. – Тормалинец нежно вытер мое лицо чистой влажной тканью. – На, выпей воды и пожуй это, глядишь, поможет.
Сделав несколько осторожных глоточков, я протянула руку.
– Это не тассин?
– Нет, засахаренный имбирь. – Он передал мне липкий комок.
Имбирь очистил рот, принес желанное облегчение, но стоило кораблю накрениться, как я снова бросилась к ведру. Вскоре я утратила интерес ко всему остальному, и даже приход Шива не пробудил моего любопытства. Во всяком случае, до тех пор, пока я не поняла, что речь идет обо мне.
– Теперь ее рвет даже от воды, – сообщил Райшед. – Это уже серьезно.
– Что ж ты раньше меня не позвал? – встревожился Шив.
Не чувствуй я себя так ужасно, меня бы тронула его забота.
– Ты был слишком занят. Кстати, а как кормчий реагирует на магические штучки?
– Совершенно доволен и счастлив, хотя я так и не понял, его в самом деле это не беспокоит или он притворяется, чтобы пустить братьям пыль в глаза.
Шив подошел к койке и ласково взял в руки мою голову. Внезапное изумрудное мерцание заставило меня зажмуриться, но это не помогло, так как казалось, будто свет идет из моей головы. Ощущение было столь необычным, что я совсем забыла про тошноту. Но вот свечение угасло, и я поморгала, прогоняя мерцание в глазах.
– Что это было? – просипела я.
– Внутри твоих ушей есть вода, – объяснил Шив. – Отчасти поэтому тебя так мутит. То, что я сделал, должно помочь, а теперь попробуй уснуть.
И правда, мучительная тошнота исчезла. Я глубоко вдохнула и тотчас пожалела об этом, ощутив дикую боль в ободранном горле, в желудке и в плечах. Голова загудела, как наковальня самого Мизаена.
– Кто бы мог подумать, что я родилась с южным морским ветром в рунах? – ухитрилась я слабо пошутить.
– На, пожуй еще имбирь. – Райшед отдал пакетик из промасленной бумаги.
От имбиря мне вроде полегчало. Я глотнула воды; когда она осталась в желудке, я сделала еще один большой глоток и съела сухарик. Немного погодя решила, что могу и поспать. К моему удивлению, я проснулась ярким солнечным днем в пустой каюте и с мирными внутренностями, спасибо Дрианон.
Спустя некоторое время появился Райшед с галетами.
– Выйди на палубу, – посоветовал он. – На свежем воздухе тебе сразу станет лучше.
Вслед за тормалинцем я поднялась по трапу. Ноги еще дрожали, но тошнота не возвращалась – похоже, магия Шива работала. Я оглядела судно. Айтен, раздетый по пояс, несмотря на холод, помогал рыбакам вытаскивать сеть, а маг что-то обсуждал с кормчим.