Игра в жизнь
Шрифт:
— В общем оказался у этого посоха любопытный бонус: раз в месяц он может призывать, верней не так, создавать сотню деревянных воинов, вроде големов, только с оружием и пошустрее, и существуют они пока не уничтожат, так что через месяц можно и вторую сотню призвать, а потом еще и еще.
— А в чем проблема-то, клан от этого только выигрывает? Сотня халявных бойцов в месяц это ведь хорошо?
–
— Конечно хорошо, — согласился Робокоп, — да вот только глава клана, он же владелец посоха, как призвал вторую сотню через месяц, так и решил, что клан-то в общем-то ему не особо и нужен, с такой-то лично ему подчиняющейся силой, и начал вести себя как свинья — остальных вообще
— Бывает, я десяток таких же историй знаю, обычно или главу переизбирают, или часть игроков уходят. —
— Во-во, выборы! Тамошнее общество тоже решило его переизбрать, все сделали честь по-чести: проголосовали, выбрали нового главу, исключили из клана старого, приходят к бывшему и говорят: ты мол больше никто, вали на все четыре стороны, а посох отдай, потому как чтобы его добыть весь клан корячился, а он им в лицо расхохотался и заявил, что если кто хочет, может сам валить, а он как был главой клана так и останется и без проблем наберет новых придурков.
— Вот ведь, и что дальше было? — Ребята не стерпели и тем же днем устроили ему ''импичмент'', идве сотни деревяшек не помогли — полторы сотни друидов повесомей будут. Грохнули главу, но точку респауна проворонили. —
— Сбежал?!
–
— Ага, и посох с собой утащил. Теперь они его ищут, а он прячется. Так что мораль — сильные артефакты не всегда счастье, — по быстрому закруглился Робокоп и перевел тему на дам, пустившись в пространные рассуждения о преимуществах и недостатках женщин-игроков, по сравнению с женщинами-неписями, а случайно услышавший весь этот диалог Эленандар отправился на очередное занятие.
Великий Южный Океан. Остров, получивший в Клане Красного Дракона название Курорт (или Гаваи).
Случайно услышанный загоравшим Эленандаром разговор. Участники разговора: Морнэмир, Ратул, Анариэль.
— Вот неугомонные! — осуждающе-завистливо высказался Морнемир, имея в виду нескольких парней и девушек, рассекавших гладь океана на чем-то вроде огромных досок для серфинга с установленной на них небольшой мачтой и парусом. Разглядывал их эльф из-под поднесенной к глазам ладони и сидя в шезлонге, практически не отличавшимся от такого же на Земле, только вот в реале дерево все чаще сменял пластик. — И как не боятся акул и прочих каракатиц? Нет, я понимаю — респаун и все дела, но хрустнуть на зубах — удовольствие никакое, не говоря уж о глупо и бесполезно потерянных очках. — И тут же противореча сам себе, с восхищением воскликнул: — Нет, ну смотри что делает оторва! — Как раз в этот момент одна из разогнавшихся досок взлетела по волне, а после продолжила практически настоящий хоть и недолгий полет по воздуху. Визг девушки, стоявшей на доске и сумевшей на время преодолеть гравитацию, был слышен даже здесь.
— Да ладно тебе, пусть молодежь резвится — их дело и их очки, — не открывая закрытых глаз, высказался лежащий с закинутыми за голову руками Ратул, не соизволивший даже повернуться в сторону собеседника, а вместо этого подставлявший лицо и почти полностью обнаженное тело горячему южному солнцу.
— Верно, — согласился с приятелем Морнемир, в свою очередь откидываясь на шезлонг. — Что-то я не по делу, нужно освежиться. — Освежиться Морнмир решил не купанием в море, плескавшимся буквально в нескольких метрах, а бокалом коктейля, стоявшего на столике рядом с шезлонгами.
— Да нет там никакой опасности, — поделилась информацией окупировавшая соседний шезлонг Анариэль, — перед тем как они вышли в море Эариэль с лодки хорошо там поколдовала и сказала, что часов на шесть хватит. —
— Да, Эариэль это серьезно, — вынужден был согласиться Морнэмир. — Все-таки 6-ой
— Так что никакой опасности нет, а вот что меня действительно волнует, куда ты, Морнэмир, дел 20000 денег, взятых тобой с 4-ого счета неделю назад и 20 ящиков хрукской слизи, которую вчера по твоему приказу взяли со склада?
–
— Ну вот, отдыхаем же, а ты опять с делами, — со вздохом отставил бокал Морнэмир, все же отчитавшийся под требовательным взглядом уставившейся на него собеседницы: — Двадцатку потратили в Узле на реагенты, а слизь — на кислотные гранаты — пришлось делать. Ты же сама знаешь сколько их в последний месяц брали?
–
— Знаю, — поморщилась Анариэль, — а еще знаю, что ни записки о потраченных деньгах, ни реагентов, ни гранат на складе нет, и что прикажешь с этим мне делать, ты ведь первый будешь на собрании орать, что я — растратчица и все потратила на любовников! — на последних словах Анариэль повысила голос и даже ткнула пальцем в грудь попытавшегося тут же оправдаться алхимика:
— Да ладно тебе — эта же шутка была! Не обижайся! А гранаты будут завтра. Нет, — поправился зачастивший Морнэмир, — послезавтра, вечером. Что касается реагентов, так они из сумок еще не выложены, потому и задержка — все будет. — Тут оправдавшийся Морнэмир перешел в наступление: — И вообще, развела здесь бюрократию — скоро стрелу нельзя будет выпустить без того, чтобы бумажку не заполнить!
–
— Ага, точно, — поддержал сентенцию алхимика Ратул, оказывается все это время не спавший, а внимательно слушавший разговор.
— Не справедливо, — обиделась Анариэль, — я же для всех стараюсь, а в ответ — шутки про растрату и любовников. — девушка отвернулась и вообще начала вставать.
— Да ладно не обижайся, дочка! — обеспокоенный Морнэмир встал и потрепал девушку по плечу. — Не прав был, признаю! Ты уж не серчай — больше не буду. —
— Да, лучше выпей коктейльчик — сам делал! — присоединился к разговору тоже вставший с лежака Ратул, протягивая расстроившейся девушке бокал. Та несколько секунд подулась, надув губки, а затем все же позволила себя уговорить остаться.
Затем разговор вновь разлегшейся в шезлонгах троицы завертелся вокруг подготовки следующего запланированного Дриммом похода и того, что было для него нужно, но Эленандар его уже не слышал, поскольку уснул прямо на песке под ласково припекающим солнцем. Через час его разбудили, и он некоторое время щеголял огромными ожогами во всю спину, впрочем недолго, а лишь до визита к целителю.
Цитадель Клана Красного Дракона. Пятый уровень, жилой сектор. Ночь.
Эленандар.
Он проснулся посреди ночи и опять уже в который раз не смог вспомнить, кто он и где он. Тишина навалилась на него со всех сторон, пугая тысячами неслышных шепотков и невидимых глазу, но невероятно ярко представляемых воображением движений. Казалось тысячи, мириады монстров только и ждут, когда он чуть отвернет голову или же на секунду ослабит бдительность, чтобы безжалостно и резко вцепиться в него и утащить в пугающее ничто, захотелось как в детстве накрыться с головой одеялом, пережидая в образовавшейся крепости эту напасть. Именно воспоминания о детстве и помогли вернуть память, и он снова в который уже раз вспомнил, кто он и где он, и облегченно выпустил удерживаемый в груди воздух, все это казавшееся бесконечным время комом стоявший в груди. В груди еще стучало бешеным дятлом сердце, но он уже успокоился и расслаблено откинулся на подушку, приступ прошел, и темнота была уже не столь пугающей, да и сколько той темноты было для эльфийских глаз?