Игра в кошки-мышки 2
Шрифт:
В моём случае он сам же себя и обманул.
Не знаю, какие органы чувств и отделы мозга отвечают за инстинкты и подсознание у тварей, но именно они увели высшего мутанта в сторону от меня, да ещё заставили на полсекунды растеряться, потеряв цель и пытаясь понять, зачем вообще он сюда прыгнул.
Он оказался совсем рядом со мной, замерший, как статуя и отвернувший голову от меня, подставив споровой мешок, который засиял крупным пятном, видимым только мне. Я даже не стал вскидывать револьвер, чтобы не терять время, просто приподнял его ствол и пальнул от бедра, когда красная нить
Бах!
От попадания пули элитник не ворохнулся, продолжая стоять в той же позе, в которой сковал мой Дар. Но вот прошла секунда, другая и мутант сильно вздрогнул и рухнул на землю лицом вниз, где и забился в агонии. Из-за тесноты под конвульсивные взмахи лап попали несколько низших, которых разорвало пополам. Во время рывка моя жертва снесла десятка два бегунов и топтунов, да сейчас семерых превратила в мясной набор.
«Такими темпами меня без работы оставит», - усмехнулся я и почувствовал, как из тела уходит напряжение, державшее меня с момента, как увидел первые признаки скорой перезагрузки.
Самый опасный противник был устранён. Слишком умный, слишком сильный и слишком близко расположенный. Он был очень опасен… нет, не для меня, за себя я мог постоять даже имея в противниках такую машину убийств, но вот за своих товарищей я очень волновался.
В овраге ещё оставалось больше сотни мутантов, но все они не представляли для меня особой угрозы. В основном, это были матёрые бегуны, десятка два топтунов и жрунов. Причём парочку крупных тварей прикончил элитник, сделав за меня часть работы.
Вернув в кобуру револьвер, я поправил автомат, чтобы он не мешался. После чего отстегнул с пояса «клюв», взмахнул им и пробил череп ближайшему заражённому. Выдернув из раны оружие, я упокоил его соседа, потом ещё одного и ещё. Через полминуты я добрался до первого крупного топтуна и проломил тому висок. И вот тут пришлось потратить чуть больше времени, так как толстая кость крепко схватила «клюв». Освободив оружие, я больше подобной ошибки не совершал, и убивал тварей ударом в споровой мешок. Благо, что тот легко поддавался гранёному острому штырю.
Я прикончил десятка три мутантов, когда боль в голове стала нестерпимой и, казалось, что каждый удар в череп бегуну или жруну отзывается точно таким же в моём собственном.
«Нужно возвращаться, а то вырублюсь прямо среди толпы зомбаков… то-то им будет радость».
В машину я вернулся точно таким же способом, как и покинул её. И едва только оказался внутри, как попал в руки Кошки.
– Ну, чего ты, солнышко, - пробормотал я. – Я же сказал, что вернусь. Что мне какие-то твари? Ты же знаешь, что я у тебя самый сильный и везучий.
В ответ та стала подозрительно всхлипывать и очень быстро вновь залилась слезами. А я неудобно сидел на металлическом сиденье, покрытом мягким пластиком, и гладил по голове девушку, прижавшуюся ко мне, бормоча успокаивающие слова.
На пару секунд отвлёк Дед, который жестами спрашивал, а не пора ли немного сократить популяцию собравшихся с той стороны брони тварей.
Я кивнул, давая ему добро на отстрел врагов и указывая на амбразуру. Тот осклабился, передёрнул затвор на ПП с подствольным магазином, после
Когда прозвучала первая очередь, от неожиданности в моих руках девушка вздрогнула и резко обернулась назад, оценила взглядом ухмыляющегося Деда, который высаживал магазин частыми короткими очередями, после чего отстранилась от меня и присоединилась к нашему третьему спутнику, заняв позицию с другой стороны. Боеприпасы она сжигала зло, не жалея ни их, ни оружия, выпуская длинные очереди.
«Пусть, - вздохнул я, - авось, успокоится. А злость и переживания на тварях истратит».
Глава 9
Через полчаса, как погиб элитник, в овраге-стабе не было ни одной живой души кроме нашей троицы. Заражённых, спасавшихся от круговой перезагрузки кластеров, оказалось куда больше сотни, как я думал первоначально. В заблуждение меня ввели небольшие размеры кластера-перекрёстка.
После того, как был уничтожен последний мутант, овраг стал напоминать могильник скотного двора. Именно похожую картину мне доводилось видеть в интернете. На фотографиях были запечатлены сотни свиных туш, выброшенных в овраг с одной из свиноферм во время падежа скота от болезни. Запомнил фото (да и увидел его) по той причине, что оно оказалось в новостях одного из сообществ социальной сети, которое выставляло фото- и видео-доказательства крупных и возмутительных нарушений в стране: ПДД, драки, рейдерские захваты, преступления сотрудников полиции, прокуратуры, военных и так далее. Вот такое захоронение было одним из них, так как закон требовал уничтожение павших животных в специальных крематориях или могильниках, где в глубоком котловане туши засыпались землёй пополам с негашеной известью.
Мне даже было противно вылезать наружу, чтобы собрать трофеи.
– Хабара-то сколько, только мерзко что-то доставать его, - буркнул Дед, вторя моим мыслям. – Прямо бойня какая-то, едрить-колотить.
– Нормальные маски надеваем. Кошка…
– Я тут не останусь, - резко замотала головой девушка и вцепилась в меня правой рукой. – Ни за что.
– Нужно кому-то на пушке побыть, - попробовал я настоять, да только куда там. Проще было у матёрого депутата пробудить совесть и заставить отдать наворованные миллионы, чем убедить мою подругу остаться под защитой брони и прикрыть меня с Дедом из пушечного модуля. И плевать ей было на грязь, на запах, на опасность, что какой-нибудь недобиток притаился среди мёртвых тел и ждёт, когда мы к нему приблизимся, чтобы нанести смертельный удар.
– Ладно, - махнул я рукой, смирившись, - пойдёшь со мной. Дед, на тебе пушка.
– Агась, - кивнул тот, и тут же перебрался на кресло оператора.
– Кошка, нормальную маску надевай. Она получше от запаха защитит, а то там сейчас такое амбре стоит.
– Ничего, всё нормально, - изобразила она бодрую улыбку, хотя саму всю потряхивало. Вот только вновь отпустить меняодного наружу было выше её сил. – Что я – тухлятину не нюхала никогда?
Я лишь покачал головой и тяжело вздохнул.