Игра в аду
Шрифт:
– Где сейчас Марк?
– раздается голос Натали.
– Он занимается переездом. Сегодня поехал договариваться насчет аренды, – отвечаю я, повернувшись к подругам.
– Поверить не могу, что вы решили съехаться. Но мы рады за тебя, ты ведь знаешь?
– спрашивает Анна.
Я киваю и искренне улыбаюсь им троим. Они снова начинают что-то обсуждать, а я погружаюсь в собственные мысли.
Такси останавливается. Мы расплачиваемся и выходим наружу.
Перед нами здание-корабль. Мы с трудом находим вход в него, который оказывается в носу корабля, где обычно располагается якорь. Попав
Натали машет нам из противоположного конца ресторана. Очевидно, она нашла хорошее место.
Мы усаживаемся за круглый столик рядом с иллюминатором, посмотрев в который, можно увидеть морское дно.
Все выглядит так реалистично, будто мы находимся на затонувшем корабле, за пределами которого сотни километров морского пространства, а мы на самом дне бездны.
К нам подходит официант, одетый в полосатое одеяние. Он кладет на стол два меню и удаляется, пообещав вернуться через несколько минут. Все меню тематическое, здесь нет ни одного обычного названия. Даже картофель фри носит название "Пальчики морского дьявола".
Я перелистываю в конец, желая выбрать напиток с каким-нибудь оригинальным названием. Оказавшись на нужной странице, на глаза сразу попадается коктейль "Последняя экспедиция". Я застываю на мгновенье. Должно быть, так говорят о моряках, отправившихся в плаванье, но так и не вернувшихся.
Когда все заказанное оказывается на столе, я не могу оторвать глаз от увиденного. Заказанный Анжеликой салат в форме морской звезды, покрыт гранатовыми зернами, и под флуоресцентной лампой кажется выложенным из драгоценных переливающихся камней, напоминающих рубины. Затем внимание переключается на креветочный суп Натали. Кажется, что креветки плавают в прозрачной тарелке, словно в морской воде. Анна ест десерт "морские ежи" - подобие пирожного "картошки", но покрытого карамельными иголками, тающими, как только оказываются во рту.
Передо мной стоит мой коктейль. Я смотрю на этот красный напиток в стакане с пиратским черепом, и не решаюсь отпить. От накатившей тревоги мне становится жарко. Предчувствие чего-то плохого сидит у меня под кожей и назойливо зудит. И как я не пытаюсь отвлечься, общаясь с подругами, мне с трудом удается уловить суть их разговора.
Это навязчивое чувство не отпускает меня даже дома. Ощущение, словно кто-то играет на скрипке, у которой вместо струн - мои нервы.
Взгляд снова застывает на приглашении. И чем дольше я на него смотрю, тем хуже мне становится.
5 глава.
За день до игры.
Я провожу руками по шелковистым белокурым прядям сестры и думаю о том, что она прекрасна.
Лиза протягивает мне медвежонка и широко улыбается, а я не могу сдержаться и отвечаю ей тем же.
Ее маленькие ручки держат меня за запястье, чтобы не упасть. Она все еще не уверена в своих движениях и не прочно стоит на своих пухлых ножках. Каждый сделанный шаг удивляет ее. Она, словно не может поверить в то, что теперь умеет ходить. Думаю, ей постоянно хочется упасть на четвереньки и поползти, как она делала раньше.
В комнату входит
– Во сколько ты завтра вернешься? – спрашивает мама, усаживаясь на полу рядом с нами.
Я задумываюсь.
– Не знаю, насколько затянется игра, но думаю около десяти.
Мама цокает, потому что Лизу нужно уложить в девять, а в десять у нее начинается ночная смена в больнице.
– Ладно, попросим отца уложить ее.
Я киваю, хотя знаю, что в восемь он придет с работы, как обычно, сильно уставший и думающий лишь о том, как поскорее принять душ и лечь спать.
– Может быть, она закончится раньше.
– Что там с работой? – спрашивает мама, хотя я знаю, насколько сильно ей не нравится обсуждать эту тему.
– Скоро начну поиски, – отвечаю я.
Мама кивает с некоторой грустью. Я могу понять ее. Как родителю, ей хочется, как можно дольше сохранять мое беспечное детство. Но мы все понимаем, что я уже не ребенок.
– Через месяц у Лизы день рождения... – начинает мама, подхватывая сестру на руки.
– Ты что-то планируешь?
– Хотелось бы устроить праздник, но у меня совсем нет на это времени.
– Я могу все организовать, а вы лишь придете.
Мама улыбается и с благодарностью в глазах смотрит на меня. Я знаю этот взгляд. Она хочет сказать, что понятия не имеет, как бы справлялась без меня.
– Что бы я без тебя делала, – в подтверждение моих мыслей заключает она, уходя с Лизой на кухню.
Сестра выглядывает из-за маминого плеча, и я не могу налюбоваться на ее забавную улыбку. У меня чудесная семья. И самый большой страх – потерять кого-то из них.
Иногда, даже страшно, ведь ради них я готова на что угодно.
6 глава
Утром перед игрой.
Я просыпаюсь слишком рано, за несколько часов до будильника: резко встаю с кровати и иду к двери.
Что я делаю?
Я прикладываю руку к груди, туда, где из нее буквально выпрыгивает сердце. Мне не нужно измерять пульс, итак ясно, что он перевалил за сотню.
Я пытаюсь успокоиться, дышать ровно, думать о чем-то хорошем: о Марке, подругах, семье, но почему-то тревога не утихает. Я меряю комнату шагами, пока не замечаю на полу черный капроновый носок. Смотрю на него несколько секунд, а затем судорожно, словно в бреду, начинаю искать его пару. Заглядываю под кровать и за тумбы, роюсь в шкафу с одеждой, но ничего не нахожу.
Оказавшись снова в кровати, неожиданно я нащупываю его рукой на простыни. Относя носки в корзину для белья, я осознаю, что паника отступила.
Пока я снова проваливаюсь в глубокий сон, воспоминание о произошедшем рассеивается, словно ночной кошмар.
Перед игрой я захожу за Кариной. Дверь мне открывает ее мать – Регина - рыжеволосая женщина невысокого роста, никогда не отличающаяся приветливостью. Она смотрит на меня так, словно я помеха на пути к чему-то грандиозному в жизни ее дочери. Эта женщина не похожа на тех, кто имеет друзей. Она, скорее, бизнес-леди со стальными яйцами, считающей друзей лишней обузой на пути к поставленным целям. Тем не менее, она молча впускает меня.