Игра теней

Сатклифф Кэтрин

– Я выехал, как только получил твое письмо. Не думаешь ли ты, что я позволю своей невесте путешествовать с такими испытаниями без меня?

Он оглянулся на Моргана, который раскуривал сигару и все еще не подходил к ним.

– Я в Белеме уже две недели. Удачно, что ты вернулась в тот момент, когда я готов был пуститься в плавание по этой отвратительной реке в поисках тебя.

Страшно взволнованная, с глазами, устремленными на Моргана, который не смотрел на нее, она сказала:

– Норман, ты не поедешь.

– Чепуха. Ты ведь моя невеста, не так ли?

Она судорожно вздохнула.

Ей показалось, что перед ней пронеслись целиком последние месяцы ее жизни, каждая ночь, проведенная с Морганом, каждая их близость…

– Вообрази мою радость, когда я прибежал к Уикэму. Он рассказал мне о твоем путешествии и о твоем успехе. Мне только жаль, что меня не было с тобой.

Он снова взглянул на Моргана со сдержанным раздражением и нахмурил брови. Сара знала, что он полон подозрений. Для него было достаточно уже того, что она путешествовала по Амазонке в компании мужчин – без компаньонки. Но стоило ему понять, что его подозрения об их отношениях с Морганом оправданы, он бы грохнулся в обморок. Она до того задумалась, что не заметила, как Морган подошел к ней. Он взял ее за руку и повел мимо Нормана.

Брови Нормана нахмурились еще больше.

– Теперь посмотрим, как вы удержите ее. Она моя… – он замолчал, когда Морган взглянул на него поверх струи сигарного дыма.

– Заткнись, – сказал Морган. Он резко повел Сару в сторону.

– Морган, – шепнула она. – Я ума не приложу, что он будет…

– Успокойся и выслушай меня.

Он отбросил сигару, отогнал в сторону обезьянку, приплясывающую вокруг его ног.

– Помалкивай, Сара, о наших отношениях первое время.

– Но он уже подозревает…

– Дорогая, не следует говорить о намерении сжечь мосты, пока они не пройдены. Когда-нибудь, когда мы благополучно пройдем таможенный досмотр, ты сможешь расторгнуть помолвку, но не сейчас. Он может тебе помочь, если случится что-нибудь плохое.

– Но тогда мне надо будет притворяться, что я все еще связана с ним, Морган, и… О, Господи, нет, я не смогу жить, если ты будешь так близко от меня и в то же время…

– В таком случае, держись от меня подальше. Забудь, что я есть.

Его голос стал злым, глаза прожигали насквозь, он зашагал прочь, качая головой, а она бросилась было за ним, но остановилась, когда он громко добавил:

– Я ничто для тебя, ясно?

Она в шоке вытаращила на него глаза.

– Ты воспользовалась мною, не так ли? Ты получила эти чертовы семена, а теперь, видите ли, я стал недостаточно хорош!

– Взгляните на него! – крикнул Норман, прыжками приближаясь к ним. Ты не смеешь в таком тоне разговаривать с моей невестой!

– Да, – протянул Морган, – я забыл. Она же леди.

Он повернулся и сошел на пирс. Сара смотрела, как он шел, не зная, смеяться ей или плакать, но чувствуя, что что-то должно скоро произойти… что-то ужасное.

Вещи из магазина готового платья прибыли к шести, и, приняв ванну и уложив волосы, Сара начала одеваться, отказавшись от корсета и отшвырнув нижнюю юбку, она решила, что платье с высоким воротником и длинными рукавами будет недостаточно удобным: в нем будет жарко и неуютно.

Одевшись, она вышла из каюты и увидела Нормана, которая чуть ли не час мучил ее расспросами о ее путешествии

по Амазонке; предмет разговора часто сворачивал на Моргана, и он хитро пытался установить, в каких они отношениях. Она отвечала уклончиво – не столько для защиты своей репутации, сколько для того, чтобы избежать конфликта между мужчинами. Ее больше не волновало, что Норман думает о ней, но Морган мог столкнуться сейчас со слишком сильным недоброжелательством, что отняло бы у него много сил. Господи, дай им только пройти через досмотр без осложнения… Завтра она сообщит Норману, что она жена Моргана.

Наконец она скрылась в каюте. Она подумала, что если Морган в соседней каюте так же нервничает, как она. Хотя она могла вновь встретить Нормана на палубе, у нее не хватило сил отказать себе в счастье увидеть Моргана. Может быть, это последний раз, когда они могут наедине поговорить друг с другом. Она убедит его, что ничего не изменилось между ними и что она собирается расторгнуть помолвку с Норманом.

Она постучала в дверь его каюты. Когда ответа не последовало, она вошла в каюту и увидела его сидящим в кресле и неподвижно глядящим на луч света, падающий из иллюминатора. Но, судя по всему, он был готов к банкету. Он держал в пальцах зажженную сигару, но столбик пепла на ней свидетельствовал, что он давно не подносил ее ко рту. Обезьянка свернулась у него на коленях.

– Морган?

Он не шелохнулся.

Сара прикрыла дверь и прислонилась к ней.

– Морган? – повторила она, на этот раз он перевел взгляд на нее.

– С тобой все в порядке?

Он глубоко вздохнул и встал с кресла. Обезьянка, спрыгивая на пол, протирала себе глаза и ждала, пока Морган откроет мешочек бразильских орешков и высыпет их на стол.

– Бразильские она любит больше всего, – сказал он, и, наливая в чашку воду, добавил:

– Она ничего не будет есть, пока не попьет. Такая вот привычка.

Обезьянка взлетела по ножке стола и стала вертеть угощение своими тонкими черными ручками. Придвинувшись поближе, Морган шепнул:

– Поцелуй нас на прощание, Досада.

Обезьяна клюнула его в щеку, заставив Моргана засмеяться, а Сару улыбнуться. Потом Морган потянулся за своим сюртуком и сказал:

– Готова сиять, Солнышко?

Как только они появились на палубе, как немедленно столкнулись с Норманом и сэром Генри, которые были изысканно одеты.

– Ослепительна! – воскликнул Уикэм, когда приветствовал Сару. – Дорогая, вы мгновенно вскружите этим мужчинам головы. А теперь скажите, что вы думаете о моих приготовлениях?

Сара решила не обращать внимания на взгляды, которыми обменивались Норман и Морган. Это было нелегко. В воздухе ощущалось напряжение, и, когда Норман занял место между ней и Морганом, она почувствовала себя отвратительно. Принуждая себя смотреть в сторону, она заметила накрытые полотном столы, стоящие под ослепительно белыми навесами; празднично одетые матросы торопливо расставляли нагретые тарелки и хрустальную посуду.

– Очень впечатляет, – сказала она Уикэму.

– Я надеюсь только на это. Мы пришвартовались в час; когда они появятся, мы будем отмечать величайшее торжество. Мы попросим их присоединиться к нам, разумеется. Шампанское польется рекой, и…