Игра словами
Шрифт:
Так что Дэвид остался в лагере и, судя по всему, не скучал. Время от времени он ходил туда, где сидела за машинкой Уэнди, чтобы спросить, не принести ли ей что-нибудь попить или поесть. А когда Эстер прибралась на кухне, пошел с ней искупаться.
Потом они сели с Дэвидом поболтать, и беседа их носила самый нейтральный характер. К ее облегчению, он больше не предлагал ей вернуться к нему, и за это она была ему благодарна. Очевидно, он что-то решил для себя, и их отношения стали простыми
— Ты не думаешь, что будет шторм? — встревоженно спросила Эстер ближе ко второй половине дня. Ей показалось, что стало особенно томительно жарко.
— Вряд ли, — ответил он, прикрыв глаза ладонью и взглянув на безоблачное голубое небо. — Не то время года. Дождливый сезон здесь начинается в январе и длится по апрель. Он же, кстати, самый жаркий. В другое время дождей почти не бывает.
— Ты хочешь сказать, что станет еще жарче?! — спросила Эстер, широко открыв глаза.
— По-видимому.
— Ну, слава Богу, меня здесь не будет. Я уже сейчас умираю от жары!
— Ты думаешь, Филип не изменит свое решение? — спросил он. — Мне кажется, ему должно быть жалко расстаться с двумя хорошими специалистами. И из-за чего? Из-за маленького невинного обмана!
— Этот обман не показался Гордриджу невинным, — заметила она с сожалением. — Если бы не его книга, мы оба уже давно были бы дома…
Дэвид положил ладонь ей на руку.
— Неужели это все так серьезно? Может быть, ты все-таки позволишь мне поговорить с ним?
— Нет! — Она решительно покачала головой. — Мы сами затеяли это и сами должны расплачиваться.
— Но…
— Не хочу больше обсуждать это, Дэвид!
В тот вечер Дэвид опять присоединился к Уэнди и Филипу, когда они отправились купаться. Эдвард сказал, что, пожалуй, пойдет тоже. Эстер прибиралась на кухне и слышала восторженный визг девушки. Очевидно, на сей раз ей понравилось купаться в компании нескольких мужчин.
В последующие дни Эстер казалось, что Филип избегает оставаться с ней наедине. При этом стоило ей заговорить с Дэвидом, она ловила на себе его внимательный взгляд. Очевидно, ему очень хотелось предупредить друга, чтобы он не связывался с такой недостойной женщиной.
Эстер тщетно уговаривала себя не обращать на это внимания и продолжала использовать Дэвида в качестве защиты. А потом наступил день, когда она объявила, что чувствует себя достаточно хорошо, чтобы возобновить печатание книги.
Ужин закончился. Дэвид и Эдвард отправились поболтать с соседями, так что Гордриджу пришлось довольствоваться обществом Эстер.
Первая же реплика Филипа несказанно удивила ее.
— Я думал, что это никогда не произойдет!
Эстер нахмурилась.
— Что ты имеешь в виду?
— Мне казалось, что уж теперь-то, когда
— Я не симулировала! — горячо возразила она, не обращая внимания на его сарказм. — Неужели ты действительно думаешь, что мне было приятно сидеть, наблюдая, как Уэнди делает мою работу? Мне нравилось печатать твою книгу, Филип, и я хочу вернуться к ней!
Его брови опять скептически поднялись.
— Ты говоришь серьезно?..
— Вполне серьезно! Кстати, тебе нужно предупредить Уэнди. Думаю, Марк и Дик будут рады двинуться дальше.
— А Дэвид, случайно, не собирается уезжать? — сухо поинтересовался он. — Может быть, мы вернемся наконец к нормальной жизни?
Ничто больше не будет нормальным, грустно подумала Эстер.
— Мне кажется, да, — ответила она устало.
— Ты хочешь сказать, что еще не говорила ему о своем решении возобновить работу?
— Нет.
— Но скажешь сегодня вечером? Представляю себе эту прелестную сцену! Вы, очевидно, отбросите условности, и он наконец-то проведет ночь в твоей палатке?
В голосе его прозвучала такая горечь, что Эстер опешила. Неужели все эти ночи он следил за тем, кто из них где спит?!
Неожиданно их прервал голос Дэвида. Они и не заметили, когда он вернулся.
— Знаю, мне не следовало подслушивать, но мне кажется, мой друг, что ты ухватился не за тот конец палки. Наши отношения с Эстер давно прекратились!
Гордридж холодно взглянул на него.
— Но тебе ведь, кажется, удалось восстановить их?
Дэвид нахмурился и вопросительно посмотрел на Эстер. Она покачала головой, надеясь, что он догадается ничего не говорить, но напрасно.
— Да, мы помирились, — ответил он. — Но теперь мы просто друзья. Все остальное, что было между нами, ушло. Я действительно предлагал Эстер вернуться ко мне, но она не захотела, и я могу ее понять. Я был к ней чудовищно несправедлив и никогда не прощу себе этого!
Гордридж сурово нахмурился.
— Несправедлив? — переспросил он. — Что ты имеешь в виду?
Дэвид не мог скрыть своего удивления.
— Разве Эстер тебе не рассказала?
— Не рассказала чего, черт возьми?! — рявкнул Гордридж.
Дэвид вздохнул и сел рядом с ними.
— Она никогда не изменяла мне. Я ревновал, как последний идиот, а у нее не было за моей спиной никакого романа. Впрочем, что теперь об этом говорить…
Но Гордриджу явно казалось, что говорить есть о чем. Глаза его сузились, когда он перевел взгляд с Дэвида на Эстер.