Игра словами

Тейлор Джуди

Темных очков на нем не было, и он выглядел крайне изумленным, найдя ее здесь в таком положении.

Сердце Эстер дико забилось.

— Я не представляла себе, что буду так долго отсутствовать. Эта заводь такая замечательная, я совсем забыла о времени. Если бы вы… гм… — она сделала неопределенный жест рукой, предлагая ему куда-нибудь отойти, — я могла бы…

Начальник экспедиции поднял ее платье, брошенное на черную вулканическую скалу.

— Здесь не до стыдливости, Эстер. Позвольте мне помочь вам: эти скалы могут

оказаться смертельно опасными!

Как во сне, она оперлась на его протянутую руку и выбралась из воды. Но мысль о том, что она стоит перед ним совершенно обнаженная, вдруг пронзила ее, и в последнюю секунду Эстер поскользнулась на водорослях. Если бы не мгновенная реакция Гордриджа, она бы упала навзничь и поранилась о скалы.

Стараясь удержать равновесие, он крепко прижал ее к себе. Это продолжалось всего несколько секунд, но Эстер успела ощутить его напрягшееся тело. Кровь понеслась по ее жилам с бешеной скоростью, а сердце чуть не выскочило из груди.

Бог знает, чем все это могло кончиться, но Гордридж вдруг резко отстранил ее от себя.

— Не думаю, что вам следует купаться здесь одной, — отрывисто сказал он. — Вы убедились, насколько легко может произойти несчастный случай. Мне кажется, что в другой раз вам лучше подождать Эдварда.

Дрожащими руками натягивая платье, Эстер хотела сказать, что, если бы его здесь не было, то ничего не случилось бы, но испугалась, что выдаст себя, и сочла за лучшее промолчать.

— Я вам очень благодарна, — произнесла она сдержанно, и Гордридж поглядел на нее с подозрением, поскольку явно ожидал горячих возражений.

— Нам лучше поскорее вернуться, — объявил он, — иначе Эдвард подумает, что происходит черт-те что!

На обратном пути Эстер недоумевала, почему брат не пошел искать ее. Ему не следовало давать Гордриджу возможности укрепляться в своих подозрениях! Он ведь сам говорил, что будет стараться всячески проявлять любовь к ней, так почему же не делает этого?

Эдвард оторвал взгляд от блокнота, когда они подошли ближе; на лице его сияла радушная улыбка.

— Вы нашли ее? Прекрасно!

Гордридж что-то хмыкнул, а Эдвард нахмурился и вопросительно посмотрел на Эстер.

— Я купалась, — беспечно проговорила она и обиженно отвернулась.

Заходящее солнце превратило море в расплавленное золото. Слабый загар Эстер приобрел здоровый бронзовый оттенок, и все было бы чудесно, если бы не двусмысленность обстановки. Даже Эдвард понял, что сделал что-то не так.

— Я собирался сам пойти искать тебя, — заявил он, — но Филип справедливо заметил, что знает остров лучше меня и что у него есть одно предположение, где ты можешь быть.

И это должно было успокоить ее! Эстер нырнула в свою палатку, сказав, что хочет переодеться. Надевая белые хлопчатобумажные брюки и розовую рубашку, которую она завязала под грудью, она тщетно пыталась выбросить из памяти мгновение,

когда Гордридж прижимал к себе ее обнаженное тело, а главное — прогнать мысли, которые ее посетили в этот момент… Но пришлось признаться себе: тогда она пожалела, что они с Эдвардом выдают себя за мужа и жену. Она и сейчас сожалела об этом… С другой стороны, если бы она не согласилась с рискованным планом брата, то никогда не встретилась бы с Гордриджем. Создавался какой-то замкнутый круг, из которого не было выхода…

После наступления темноты они еще долго сидели при свете звезд и ущербной луны. Мужчины говорили о разных вещах, в основном связанных с островами, а Эстер прислушивалась к модуляциям голоса Гордриджа. Этот голос мог быть мягким и глубоким, когда Гордридж говорил спокойно, и сразу становился резким, когда он возбуждался.

— А что вы об этом думаете, Эстер?

Она вдруг поняла, что к ней обращаются, а она не слышала ни одного слова, загипнотизированная его голосом, и взглянула на Гордриджа с виноватой улыбкой.

— Простите, я не слышала.

— Мы подумали, может быть, вы захотите присоединиться к нам завтра, чтобы не оставаться здесь наедине с собой?

Эстер по очереди взглянула на Гордриджа и брата, стараясь догадаться, чья это была идея.

— Я, признаться, собиралась начать работу над вашей книгой…

Голубые глаза изучающе впились в нее.

— Мне кажется, что вам следует сначала ознакомиться с островом. Он небольшой, всего два с половиной квадратных километра, но вы должны знать, где нас искать, если по какой-либо причине мы понадобимся вам. Я буду всегда ставить вас в известность о наших планах на день.

Это звучало разумно, но Эстер, прежде чем кивнуть, взглянула на брата, как бы прося согласия.

— Как скажете, — произнесла она наконец.

Гордридж прорычал что-то недовольное: ее ответ ему почему-то не понравился. Может быть, она с недостаточным энтузиазмом прореагировала на его предложение? Как бы то ни было, он вскочил со стула и пошел прочь, растворившись в темноте ночи.

— Что это на него нашло? — удивился Эдвард. — Он похож на рассерженного медведя с того момента, как мы сюда приехали!

— Он зол на меня, — с досадой сказала сестра.

— За что?

— Наверное, опять из-за Тома. Боже, как я ненавижу Гордриджа! Он просто невыносим! Не знаю, как я выдержу здесь в течение нескольких недель.

— Ты сможешь, сестренка, — успокоил ее Эдвард. — У него это пройдет. Поверь, сейчас он совершенно не похож на себя.

Эстер знала, что ради брата сделает все, что в ее силах. Но окажется ли этих сил достаточно?

В девять часов вечера они с Эдвардом решили лечь спать. Делать все равно было нечего, а Гордридж, вероятно, поднимет их рано утром. Солнце здесь восходит приблизительно в шесть часов, и к этому времени все обычно просыпаются.