Игра навылет
Шрифт:
Подобравшись поближе к воде, кинул первую хлопушку.
Прокатившись по скалам, эхо повторило взрыв с разными отголосками. Вверх взметнулся водяной фонтан, и, когда озеро перестало пучить, на поверхности появилось несколько окушков.
Он повторил попытку, и ему показалось, что взрывом подняло со дна корягу. Приглядевшись, понял, что это огромный судак. Он шевелился и, хотя его контузило, в любой момент мог снова уйти в глубину.
Скинул куртку и, стянув торопливо сапог и протез, кубарем скатился по склону. Прыгнул в воду,
Потом он развёл костёр и, сидя у огня, сушил мокрую одежду. Задремал – и вскочил резко, услышав, как хрустнула под чьей-то ногой ветка.
Перед ним стоял солдат, и он сразу же его узнал. Это был один из тех вояк, что глушили рыбу около плотины.
– Тебе чего? – спросил он сердито. – Ты как на меня вышел? Вы сюда все перебрались, что ли?
– Не, батя, я один, – ответил служивый. – Остальные в часть поехали, а я удрал.
– Как это удрал? – не понял он. – Тебя теперь ищут?
– Нет, – мотнул головой солдат. – Меня никто пока искать не будет. Я соврал им, что с бабой познакомился, – и отпросился до утра. Но обратно в часть не вернусь. Это я твёрдо решил.
– Выходит, ты теперь дезертир? – уточнил он, разглядывая синяки и ссадины на лице и шее у парня.
– Ага, дезертир, – согласился тот. – Мне бы только до моря добраться, а там меня уже никто не поймает. Украду лодку – и уплыву в Финляндию.
– Ты, конечно, здорово всё придумал. – Он потрогал висевшие на палках брюки и свитер – они были уже почти сухие – и начал одеваться. – Только тебе одежда цивильная нужна будет и деньги. Ты знаешь, рядовой, где их можно достать?
– Они у меня были. – Он достал из-под гимнастёрки маленький кошелёк и, открыв его, показал: – Вот тут лежали, и даже доллары были. Деды забрали всё и сказали, что ещё и мало. Велели взять денег у бабы моей и принести им водки и сигарет. Или заставят меня вылизывать языком уборную.
– Ладно, пойдём. – Он показал на рюкзак, и парень сразу же его надел и, прихватив ещё и сумку, вышел на тропу. – Одежонку кое-какую я тебе, пожалуй, найду. А деньгами помочь не смогу – это ты не по адресу обратился.
Двигались очень быстро, и, хотя он шёл налегке, поспевал за парнем с трудом.
– Погоди, отдохнём немного. – Он опустился на пень, и солдат, скинув рюкзак, устроился рядом, на поваленном дереве. – У тебя родные-то есть?
– Сеструха в Финляндии живёт. – Он стряхнул с плеча упавшего на него с ветки паука. – Только я адреса не знаю. Сначала письма писала, а потом перестала.
– Интересное совпадение, – сказал он. – У меня сестра тоже за финна замуж вышла. Я недавно ездил к ней. Хорошо живёт.
Снова потемнело. Натянуло туч, и начал накрапывать дождь.
– Заночуешь сегодня у меня. – Он достал из кармана ржаную горбушку и, разломив
– Ты в посёлке живёшь? – спросил парень. – У вас там бабы молодые есть?
– Девки-то? Да как тебе сказать. – Он почесал затылок. – Которые со своими зубами – таких мало осталось. Чего им тут делать-то? В навозе ковыряться?
Он поднялся и подёргал ногой, проверяя, как держится протез.
– Это тебя где ранило? – Парень посмотрел на него с сочувствием. – На войне или на гражданке?
– По пьяному делу. – У него на поясе висел тесак, и, вынув его из чехла, он срубил толстую ольховую ветку.
Они свернули в болото, и под ними закачался зыбкий мох.
Он шёл впереди, проверяя палкой топкие места, и один раз не угадал – провалился по пояс в яму.
– Да, батя, хорошо ты опять искупался. – Парень помог ему выбраться из трясины и, поискав в жидком месиве, нашёл и принёс сапог. – Нужно по новой сушиться.
– Скоро будем уже дома. – Они вышли на дорогу и шлёпали теперь по раскисшей глине. – Сейчас поедем с тобой на дрыгалке.
Он нырнул в кусты и, выкатив мопед, сообщил с гордостью:
– Тридцать лет уже меня возит, ещё до армии покупал. Таких теперь не выпускают.
– Думаешь, он выдержит двоих? – потрогав хлипкий багажник, спросил с сомнением солдат.
Он прикинул на глаз, сколько тот весит.
– В тебе килограммов семьдесят, наверное, не больше.
– Шестьдесят восемь, – назвал точную цифру солдат. – Это до армии столько было. А сейчас, думаю, ещё меньше.
– А супруга моя тянет на все девяносто. – Достав из рюкзака канистру, он долил в бак бензина. – В те выходные на огород её возил. Ничего, драндулет не развалился.
Привязал рюкзак к раме и, подождав, когда солдат устроится на багажнике, покатился по дороге. Сначала медленно, а потом всё быстрей и быстрей.
Подъехав к мосту, они поднялись на насыпь и уже через полчаса были около проёма.
– Ну, батя, ты даёшь! – У парня глаза полезли на лоб, когда он увидел, как его новый знакомый вставляет в замок ключ.
– Ты только не рассказывай никому, что видел, – закрывая снова калитку, предупредил он солдата.
– Ну ты чего, – обиделся тот. – Я по уши деревянный, что ли?
Он велел солдату снять бушлат и надеть его куртку.
– У развилки менты могут стоять. Если спросят про тебя, скажу, что ты мой племянник и приехал погостить.
Он издалека увидел синюю машину, стоявшую на обочине, и, сунув руку в карман, стал нащупывать сотенную. Перекрестился мысленно, когда из «Лады» выглянуло знакомое лицо. Мент, живший по соседству. Они практически не общались и за все годы, что знали друг друга, обменялись, быть может, десятком фраз. Но он всегда козырял, столкнувшись с соседом на улице. И командир делал то же самое.