Игра на минном поле
Шрифт:
— Отлично, а то ощущение такое, будто ты здесь не на работе, а на отдыхе. Что требуется сделать?
— В 15.20 на машине Юсуфа Луджини, переодевшись в одежду афганцев и получив пистолеты, вам необходимо выехать в район мечети Масджиди-Шахи-до-Шамшира. Там, припарковав автомобиль у одной из лавок напротив второго проулка, перпендикулярного набережной, выставить обычную прослушку и далее смотреть и слушать. В крайнем доме в 16.00 должна состояться встреча сотрудника нашего посольства Гранова с господином Хатимом. Ваша задача — обеспечение безопасности Гранова и Шустова, который наверняка
Вперед выступил Власов:
— Если возникнет ситуация, угрожающая дипломатам, какие наши полномочия?
— Любые! Главное — вытащить наших ребят из этого дома и с ними уйти в посольство.
— В посольство? — переспросил Аппель.
Седов улыбнулся:
— В российское, Ганс, не в немецкое!
— Это понятно, но этот путь отхода легко просчитывается.
— Однако непросто перекрывается. Кое-где придется прорываться, но это обычная штатная ситуация. По возможности сведите до минимума применение оружия. Бой в городе нам не нужен. Если же все пройдет спокойно, а я надеюсь, что так и будет, по крайней мере сейчас никакой угрозы для дипломатов я не вижу, то, проводив посольскую машину, возвращайтесь сюда. Еще вопросы?
Больше вопросов не было.
Седов отпустил офицеров:
— Готовьтесь, одежду и оружие получите у Ниврая.
Власов и Аппель вышли из штабного отсека.
Лерой проговорил:
— А о какой, интересно, Афрузе и о каком старике Абдурахмане говорил Хатим?
— Где семья Мирзы?
— За границей!
— Значит, Хатим долгое время без женщины. Вот и прикупил себе по случаю наложницу, да еще дорого заплатил за нее, как считает его помощник. Видимо, девочка того стоит.
— Понятно, Хатим решил забрать ее из Кабула в Ак-Табаз?
— Да и это объяснимо: в Кабуле соседи остались, зачем ему ненужные разговоры, а кишлак под полным контролем.
— Придется ночью Беку слушать, как будет развлекаться Хатим.
— Переживет.
— Бек да. Это Грача нельзя к подобному допускать. Хотя сейчас он, по-моему, серьезно увлекся сестрой Ниврая. Интересно, разрешат ему забрать девушку в Россию?
— Если делать официальный запрос, нет, а если вывести по-тихому во время эвакуации, то выговор, конечно, получу, но возвращать ее никто не станет, тем более если Грач подаст рапорт о регистрации брака. С Наимой-то мы быстро решим вопрос, это не просчитать действия Хатима.
В 16.00 один из лидеров террористической организации «Свет веры» вместе с помощником Анваром Шади вошел в переулке в районе мечети в дом. Почти тут же к воротам подъехал автомобиль с майором Грановым и старшим лейтенантом Шустовым. Хатим встретил дипломатов в гостевой комнате.
— Ассолом аллейкум! — протянул он к офицерам две руки.
— Ва аллейкум ассалом, — ответил Гранов, — у нас, Хатим, не так много времени, так что давай сразу перейдем к делу.
— Ну, что ж, тогда я хочу знать, в срок ли прибудет для переговоров делегация России?
Гранов ответил:
— Насколько мне известно, никаких изменений в плане времени не произошло.
— Хоп.
— В Москве согласились с вашим предложением в обмен на гарантии безопасности делегации.
— Гарантия — мое слово. Этого достаточно. Члены делегации должны не позднее 18.00 в воскресенье выехать из Кабула. Я лично встречу их у Чарикара.
— Это решили вы?
— Да, и объясню почему. Так как на меня возложена безопасность российских делегатов, то, согласитесь, мне и решать, как обеспечить эту безопасность. Охрана посольства слишком заметна, нам же афишировать встречу нельзя. Поэтому, все тщательно взвесив, я и принял решение о переговорах в Ак-Табазе, который находится под полным моим контролем. От Кабула до Чарикара машину с делегатами будут скрытно сопровождать мои люди, ну а у города я встречу ее и провожу до Ак-Табаза. Там мы сможем беспрепятственно провести переговоры в спокойной обстановке.
Гранов спросил:
— Встреча намечена на понедельник, почему делегаты должны выехать из Кабула в воскресенье?
— Вам должно быть известно, что на понедельник командованием сил по поддержанию мира назначен вылет нескольких десятков бортов с подразделениями, отведенными с юга. Это самый крупный этап эвакуации войск западной коалиции, и боюсь, что в понедельник американцы перекроют движение по Кабулу. По моим данным, это может продолжаться до полудня вторника.
— У нас несколько иная информация по плановым мероприятиям сил по поддержанию мира.
— Вы можете легко проверить мои слова. Сегодня до 15.00 командование объединенных вооруженных сил должно было предупредить все дипломатические миссии о планах на понедельник 23 июля.
Гранов внимательно посмотрел на Хатима, достал сотовый телефон, набрал номер:
— Дмитрий Сергеевич? Гранов.
— Да, Виктор Алексеевич?
— Нам поступало предупреждение командования объединенных вооруженных сил о мероприятиях, проводимых в понедельник 23 июля?
— Да, примерно час назад.
— Предупреждение касается эвакуации?
— Да! Но это нетелефонный разговор.
— Благодарю вас.
— Не за что. Вы в городе?
— Вам надо что-то купить на базаре?
— Нет.
— Всего хорошего.
Отключив телефон, Гранов кивнул:
— Что ж, ваша информация подтвердилась. По возвращении в посольство я, конечно, внимательно ознакомлюсь с предупреждением руководства сил по поддержанию мира, но будем считать, что в понедельник действительно нельзя будет перемещаться. Но мы можем перенести встречу на вторник, на среду?!
— Нам нельзя терять время. Сами понимаете, его остается очень мало, а конкретного решения мы так и не выработали. А ваша делегация в Ак-Табазе будет чувствовать себя превосходно. К услугам переговорщиков комнаты с кондиционерами, душ, привычное питание, надежная охрана, возможность отдохнуть с дороги и еще раз на месте проанализировать ситуацию. Я обещаю, что русским друзьям будет оказан самый радушный прием и, естественно, полная безопасность. А вечером во вторник или раньше, когда американцы снимут блокаду Кабула, я лично доставлю ваших делегатов в российское посольство.