Игра Льва
Шрифт:
— Конечно, люблю, но любовь…
— А если я сейчас встану и уйду? Что ты почувствуешь? Облегчение?
— Нет, мне будет очень плохо.
— Но почему ты боишься своих чувств?
— Давай не будем анализировать мои чувства.
— Ладно. А вот я не боюсь сказать, что безумно влюблена в тебя. Я хочу выйти за тебя замуж, хочу иметь от тебя детей. Что еще сказать?
— Скажи: «Я люблю Нью-Йорк в июне».
— Я ненавижу Нью-Йорк. Но ради тебя я готова жить где угодно.
— Даже в Нью-Джерси?
— Я
По моему мнению, наступил момент для полного откровения, поэтому я сказал:
— Послушай, Кейт, ты должна знать, что я грубиян и женоненавистник, я рассказываю сальные анекдоты…
— К чему ты клонишь?
Почувствовав, что вышеперечисленные недостатки меня не спасут, я перешел к следующим:
— А еще я плохо отношусь к властям, всегда не в ладах с начальством, не умею копить, поэтому вечно без денег.
— Именно поэтому тебе нужен хороший адвокат и хороший бухгалтер, то есть я.
— Так, может, мне просто нанять тебя?
— Нет, ты должен жениться на мне. Я мастерица на все руки, могу даже уберечь от преждевременной импотенции.
Бесполезно спорить с профессионалом.
Дружеская перепалка закончилась, и мы посмотрели друг другу в глаза.
— Откуда ты знаешь, что я именно тот, кто тебе нужен? — спросил я.
— Как я могу тебе это объяснить? Когда ты рядом, у меня начинает учащенно биться сердце. Мне нравится твоя внешность, нравится, как ты говоришь, нравится, как от тебя пахнет, нравится дотрагиваться до тебя. И кроме того, ты замечательный любовник.
— Спасибо. Ты тоже. Ладно, не буду больше говорить про карьеру, о жизни в Нью-Йорке, о нищенской пенсии по нетрудоспособности, о разнице в десять лет…
— В четырнадцать.
— Вот именно. Все, я отбрасываю эти аргументы. Я люблю тебя. Просто голова идет кругом от любви. И если я не женюсь на тебе, то буду страдать до конца своих дней.
— Разумеется, будешь страдать. Женитьба на мне — это лучший для тебя выход. Поверь. Я говорю правду. И не смейся. Посмотри на меня. Посмотри мне в глаза.
Я посмотрел — и страх внезапно улетучился. Меня охватило волшебное чувство умиротворенности, какое я испытал, когда истекал кровью на Западной Сто второй улице. Как только перестаешь сопротивляться — женитьбе или смерти, — как только сдаешься и пускаешь все на самотек, то видишь яркий свет, хор поющих ангелов возносит тебя ввысь, а голос говорит: «Смирись, или я надену на тебя наручники».
Нет, на самом деле голос говорит: «Конец борьбе, страдания закончились, начинается новая счастливая жизнь».
Я взял Кейт за руку, мы посмотрели друг другу в глаза, и я промолвил:
— Я люблю тебя.
Я и вправду любил ее.
Глава 50
В половине восьмого Чак встретил нас перед мотелем и сообщил:
— Ничего нового.
Ну-у
По дороге в местное отделение ФБР Чак поинтересовался:
— Вам понравился мотель?
— Он просто великолепен, — ответила ему Кейт.
— Вы уже выписались?
— Да. Следующие несколько дней мы проведем в Лос-Анджелесе. Если только не будет каких-то других указаний.
— В Лос-Анджелесе? А я слышал, начальство из Вашингтона хочет, чтобы вы оба присутствовали на завтрашней послеобеденной пресс-конференции. Поэтому вам необходимо самое позднее завтра утром быть в Вашингтоне.
— Что еще за пресс-конференция? — поинтересовался я.
— Это будет грандиозная пресс-конференция. На ней предполагается рассказать все про рейс «Транс-континенталь», про Халила, про бомбардировку Ливии в тысяча девятьсот восемьдесят шестом году, про убийство Халилом пилотов, принимавших участие в бомбардировке, и еще про то, что вчера произошло в доме Уиггинза. Полная откровенность. Будет специальное обращение к общественности с просьбой оказать содействие и все такое прочее.
— А для чего мы понадобились им на этой пресс-конференции?
— Думаю, им надо продемонстрировать двух героев. Мужчину и женщину. И потом, один из вас очень фотогеничен, — добавил Чак и рассмеялся.
Да, несмотря на прекрасную погоду, день начинался не очень хорошо.
— Может, заехать в магазин за трусами? — предложил Чак.
— Не надо, — буркнул я.
Через несколько минут Чак подвез нас к зданию местного отделения ФБР. Мы вылезли из машины, держа в руках бронежилеты. Пока шли к подъезду, я сказал Кейт:
— Мне не нужна никакая пресс-конференция, я должен работать.
— Но может, использовать пресс-конференцию для того, чтобы объявить о нашей помолвке? — предложила она.
Люблю людей с чувством юмора, но сегодня мне почему-то было не до смеха.
Мы вошли в здание, поднялись на лифте и позвонили в дверь. Нам открыла Синди Лопес и тут же сообщила:
— Позвоните Джеку Кенигу.
— Звони ты, — велел я Кейт.
— Но он хотел поговорить именно с вами, — вмешалась Синди Лопес. — Вон там есть свободный кабинет.
Мы с Кейт вернули бронежилеты, прошли в пустой кабинет, и я набрал номер Джека Кенига.
— Доброе утро, — приветствовал меня Джек.
Я уловил в его голосе ласковые нотки, а это настораживало.
— Доброе утро, — ответил я и включил громкоговорящую связь, чтобы Кейт могла слышать и принимать участие в разговоре. — Тут рядом со мной Кейт.
— Здравствуй, Кейт.
— Здравствуйте, Джек.
— Первое. Хочу поздравить вас с прекрасной работой, безупречная детективная работа. А еще, насколько я слышал, Джон применил очень эффективную технологию допроса в разговоре с мистером Азимом Рахманом.