Игра чёрными
Шрифт:
Бекетт отвлеклась от монитора и посмотрела на вид, открывающийся из окна. «Может, бросить всё и уйти гулять?» – подумала она. Солнце сегодня светило необычно ярко. Его лучи отражались от стеклянных поверхностей высотных зданий и разлетались во все стороны разноцветными бликами. Прошедший ночью дождь прибил пыль, и даже привычной желтоватой дымки не было видно. Город простирался так далеко, насколько хватало глаз. Только в такие моменты Майя осознавала, насколько он огромен. Огромен и уродлив.
Посмотрев ещё пару секунд в окно, Бекетт вернулась к работе
Почтовая программа последние полчаса настойчиво мигала принятым сообщением, и Майя, наконец, нашла время посмотреть письмо.
Сообщение от Хиромацу. От Хиромацу? Что-то он зачастил в последнее время. Может, решил с ней познакомиться в столь преклонном возрасте? Седина в бороду, и бес в ребро?
«Ждите моего звонка ровно в полдень. Это важно». На часах без пяти двенадцать. Он сейчас позвонит! Майя быстро сложила бумаги стопочкой и на всякий случай проверила, нет ли в волосах канцелярских принадлежностей.
С опозданием в минуту появилась пиктограмма входящего вызова от неопределённого абонента. Майя снова нажала на запись и приняла звонок.
– Госпожа Бекетт, моё почтение, – на экране появилось лицо президента. Надо сказать, при прошлом разговоре он выглядел лучше.
– Господин президент, чем обязана?
– Хочу с вами посоветоваться, – загадочно произнёс Лестер.
– Я слушаю.
– Не ответите ли вы мне, что означает этот рисунок? – он развернул перед грудью листок бумаги.
На нём прямыми линиями было нарисовано что-то, отдалённо напоминающее сердце, каким его принято изображать: заострённый низ, два острых пика сверху и глубокая борозда, нисходящая в середину.
– Видимо, это изображение сердца, – поколебавшись, ответила Бекетт. – Это вы рисовали?
– Я. Но это максимально похоже на рисунки, что какие-то личности оставляют на стенах зданий по всему миру.
– Что же вы от меня хотите?
– Не могли бы вы выдать полиции список имён людей, что оставляют эти знаки?
– Не совсем поняла вас, – медленно проговорила Бекетт, чуть сдвинув брови.
– Я прошу, – начал повторять Хиромацу, – чтобы вы, используя свои возможности, выдали полиции имена людей, что рисуют эти знаки. Это очень важно. Если вы сделаете для меня это одолжение, на счёте ОГК появится очень, я повторяю, очень щедрое пожертвование от анонима.
– Вы подкупить меня решили? – возмутилась Бекетт.
– Считайте
– Причина? – коротко спросила Майя.
– Не могу сказать, – отрезал Хиромацу.
– Не могу помочь, – тем же тоном ответила Бекетт.
Хиромацу замолчал. Майя чувствовала на себе его буравящий взгляд, но не смотрела на президента. Она взяла со стола первый попавшийся документ и начала его просматривать, стараясь двигаться спокойно и непринуждённо.
– Хорошо, – недовольно выдохнул Лестер, – но я запомню это. Полиция считает, что некая тайная организация, стоящая за многими терактами, приложила руку к массовым выступлениям по всему миру. Возможно, этот знак – метка, которой они что-то обозначают. Рисунки появляются в ночное время в разных частях света. Перелопатить огромное количество видеозаписей с улиц не способен ни один из существующих суперкомпьютеров. У вас на руках вся информация, помогите найти зачинщиков или хотя бы сузить круг подозреваемых. Вам достаточно такого ответа?
– Вполне, – ответила Бекетт, откладывая документ в сторону.
– Прошу вас поторопиться, каждая минута на счету.
Хиромацу отключился, и Майя рухнула на спинку кресла, сбрасывая напряжение последних минут. Похоже, у неё скоро войдёт в привычку ставить условия самому президенту.
«Если верить Хиромацу, то знаки в виде сердца появляются по ночам. Что ж, это отсеивает уйму ненужной информации» – подумала она.
Бекетт выбрала временные промежутки и дала команду выборки с сортировкой. На экране стали появляться первые данные, но их оказалось слишком много: города жили круглосуточно, лишь немного замедляя бег по ночам.
Майя начала изменять значения фильтров, пытаясь насколько это возможно сузить область поиска и упростить анализ, но раз за разом получала слишком большие объёмы данных. Хиромацу дал очень расплывчатую информацию. Если были бы хоть небольшие зацепки, хоть капля фактов! Кто рисовал, мужчина или женщина? Когда появился первый рисунок и где? Неужели полиция совсем обленилась и разучилась работать? Нет, так дело не пойдёт. Легче отыскать иголку в стоге сена.
Бекетт закрыла глаза и провела ладонями к лицу.
«Неужели Лестер думает, что я всесильна? Не сказал ничего стоящего, и требует немедленного ответа. «Пойди туда, не скажу, куда и принеси то, не скажу, что». Хотя… Стоп, он же упомянул, что знаки появлялись в разных частях света. Может быть, и на Марсе тоже?»
Майя открыла глаза. Запрос, нажатие сенсора, работа кластера, данные по марсианским городам. Гораздо легче и приятнее. Отсортировать по времени активности населения. Что такое? Невероятно…
Не веря своим глазам, Бекетт пролистывала одну страницу за другой, поражаясь результатам. Отобразив данные в графическом виде, она перенесла работу на большой экран кабинета и стала рассматривать карту Марса.