Игра 14.0
Шрифт:
Пауль посмотрел в глаза Бастиану.
— А что, если тебе — я имею в виду, ты ведь разбираешься в болезнях лучше всех, — тоже остаться? — Он виновато улыбнулся, словно оправдываясь. — Из-за Штайнхена. В другой ситуации я бы не стал тебя ни о чем просить. Но сам-то я только нос заложенный, пожалуй, замечу, да и то не всегда.
— Да, конечно.
Только я вообще ничего не сумею сделать, если его состояние ухудшится.Бастиан прислушался к себе, разочарованно вздохнул: горячая еда и теплая постель снова отдалились от него неизвестно насколько. Но, в общем-то, он не чувствовал ничего, кроме легкой печали из-за расставания
— Если Бастиан остается, я тоже остаюсь, — услышал он голос Айрис где-то слева. Теперь Бастиан все-таки посмотрел на нее и не смог сдержать улыбки. Она улыбнулась в ответ, солнечный свет разлился по неровно подрезанным волосам девушки, и Бастиан попытался запомнить эту картину, сохранить в душе.
— А мы хотим уйти, правда, Арно? — В голосе Альмы слышались плаксивые нотки. — Кто-то ведь должен сообщить в полицию и вызвать помощь, так ведь? — Она с мольбой смотрела на Пауля. — Мы с удовольствием это сделаем, если Карина покажет нам дорогу. Это же всем на пользу пойдет, да?
— Можете не препираться, — вмешалась Доро. — Никто это место не покинет, неужели вы всё еще не поняли?
— Не болтай чепухи! — крикнула Альма. — Перестань постоянно нас пугать. Мы идем, так, Арно? Мы идем. Кто еще с нами? Ральф, ты идешь?
Ральф нерешительно покачал головой, пояснив, что обратно он предпочел бы отправиться под предводительством Пауля, но при этом все время косился в сторону Доро.
Еще один поверивший ей, подумал Бастиан.
Натан колебался дольше всех, но в конце концов пробормотал, что не хотел бы бросать Штайнхена в беде.
В конце концов остались лишь трое, решившие отправиться обратно: Альма, молчаливый Арно и Карина.
— Надеюсь, мы окажемся в зоне доступа еще до того, как выберемся на шоссе, — сказала она. — Но надо отправляться побыстрее, чтобы успеть до темноты. Или до непогоды.
— Спасибо, Карина, — тихо сказал Пауль. — Ты найдешь дорогу?
Она кивнула, отбросив рыжие волосы за плечи.
— Ты же не раз ее показывал.
После того как маленькая группа добровольцев отправилась в путь — Родерик бежал на поводке, но все еще с наполовину обглоданной костью в зубах, — в лагере стало спокойнее.
Если бы Бастиана не мучил голод, то он улегся бы рядом со Штайнхеном и немного подремал. А так он бродил по опушке леса, высматривая ягоды.
— Клевер, — предложила Айрис. — Посмотри, вон там его растет просто уйма.
— Спасибо. Тогда уж в следующей жизни, если окажусь коровой.
— Да нет, я совершенно серьезно. Ты вполне можешь есть клевер: листья, цветки… в общем, всё. Вкус не так уж плох.
Девушка пощекотала ему губы клеверным листиком-тройчаткой, пока Бастиан не открыл рот и не стал жевать предложенную «еду». Как ни странно, это было довольно вкусно, не хуже салата.
Погруженные в свои мысли, они рассеянно наблюдали, как Доро, выбрав ровный участок поляны, принялась вычерчивать палкой на земле три концентрических круга и бросать внутрь них небольшие камни.
— Что она там делает?
— Вопрошает рунический оракул. На ярмарках это всегда пользуется большим успехом.
— И ее предсказания сбываются?
Айрис покачала головой:
— Иногда. Мне она, впрочем, предсказывала, что я поеду в дальние страны, встречу там гуру и обрету просветление. Что исключено.
Кто
Доро усердно занималась всё тем же. Она наклонилась над оракулом, затем перевела свой фирменный затуманенный взор на Бастиана. Это зрелище окончательно его подкосило: он уперся локтями в колени, уткнул лицо в ладони и расхохотался, пока не почувствовал, что начинает задыхаться.
— Извини, — пробормотал Бастиан, с трудом переводя дыхание. — Ты неисправима, Доро. А всё это — лишь мои разыгравшиеся нервы. Нехватка сна.
От громкого смеха у него начались спазмы в груди и тут же подступила икота. Так, глубоко вздохнуть. Вот. Хорошо. Постепенно он снова взял себя в руки.
Доро по-прежнему равнодушно на него взирала.
— Турисаз [32] в воде, у самого дальнего края, — произнесла она, указывая на что-то, что Бастиан со своего места никак не мог разглядеть. — В этом положении руна предвещает беду, которая вот-вот должна разразиться.
32
Руна Турисаз — руна недеяния, направленная на защиту космическая сила; к ее содействию прибегают, когда требуется небольшое усилие, чтобы сдвинуть дело с мертвой точки.
— Что, прости?
Он поднялся и подошел к девушке.
— Отала [33] лежит в земле, — продолжала Доро, не отвлекаясь ни на что. — Это предвещает страшное напряжение сил, которое, возможно, не приведет к цели. Перт [34] упал в огненное поле и говорит нам, что никому нельзя доверять. — С несчастным лицом она ходила вдоль начерченных на земле кругов. — Знаки сулят беду вот уже несколько дней. Можете и дальше спокойно смеяться, но именно тебя, Бастиан, ждут роковые события и отчаяние.
33
Руна Отала, «Наследие, ограда», говорит о времени расходящихся путей; выигрыш, «наследство», может исходить от чего-то, с чем вы должны расстаться.
34
Руна Перт, «Чаша судьбы», символизирует напряженно переживаемый аспект посвящения и связана с самым глубоким уровнем бытия.
Бастиан осмотрел круги и камни.
— Я не верю в знаки, руны или гороскопы. Если ты хочешь кого-то запугать, то в случае со мной ты явно обратилась не по адресу.
Доро собрала руны.
— Запугать, да? А для чего мне это надо? Я боюсь больше, чем вы все, вместе взятые. В тебе же, наоборот, слишком мало страха. — Заботливо сложив камни в кожаную сумку и зашнуровав ее, она сочувственно посмотрела на Бастиана. — Впрочем, мы всё увидим. Если я права и на нас легло проклятие, то Альма, Арно и Карина не сумеют выбраться к людям. «Они окажутся в моей власти, и я уже никогда их не отпущу» — так сказал Тристрам о всех, кто ступит на его землю, помнишь?