Игра 14.0
Шрифт:
Бастиану очень хотелось взять весь этот хлам и выбросить в выгребную яму. Сегодня ничего уже не высушить. Да и как, на чем вообще? Костер, на котором Штайнхен варил еду, сразу же пал жертвой дождя, а солнце как раз в эту минуту медленно скрывалось за горизонтом. Последние слабые лучи едва пробивались сквозь темные клубы облаков.
Бастиан расстелил самое большое из одеял и сложил на него все свои вещи. Скрутив концы одеяла, так что получился мешок, он взвалил его на спину и отправился в лес.
Сандра последовала
— Подожди меня! Вдвоем нам в любом случае будет теплее. — Она взяла его под локоть, но на этот раз Бастиан, не церемонясь, выдернул руку.
— Что с тобой такое? — Теперь ее голос звучал обиженно. Этого еще не хватало.
Он не ответил, лишь ускорил шаг, насколько позволяла неровная местность. Если бы еще Бастиан сам знал, с какой стати он так неожиданно впал в ярость. Ну да, он насквозь промок. Скорее всего, еще и проголодался. Но всё это заглушалось охватившим его чувством совершенной беспомощности. Сидеть и смотреть, как мокнут твои вещи или как кто-то становится мишенью для убийственной грозы! Не иметь при себе даже карманного фонарика, чтобы пойти искать пропавшего друга!
Бастиан не заметил торчавший из-под земли корень, споткнулся об него и чертыхнулся. Сандра протянула руку, чтобы помочь ему подняться, но он сделал вид, что не заметил. Часть его раздражения была обращена и на девушку, ведь именно по ее милости он вляпался во всю эту гадость с игрой. Бастиан глубоко вздохнул. Нет, это не по-джентльменски. В конце концов, ему уже стукнуло двадцать, он взрослый и сам принял решение.
— Извини, — сказал он, стараясь говорить хотя бы более-менее ровным голосом. — Я устал. Всё оказалось труднее, чем я думал.
В вечерних сумерках каждый шаг давался с огромным трудом. Трава густо покрывала землю, так что не видно было даже, куда ставишь ногу. На камень? В грязь? А может, на змею?
Самое большее минут через пятнадцать окончательно стемнеет, и тогда придется ложиться спать прямо там, где они окажутся. Бастиан остановился и попытался сориентироваться. Чуть левее между деревьев что-то темнело. Огромная скала. Нет, даже несколько скал, нависавших одна над другой. Если повезет, то с подветренной стороны найдется полоска сухой земли.
Эти скалы и впрямь оказались удивительным творением природы. Два громадных камня расположились так, что между ними образовалась небольшая пещера. Хвоя и листва, нанесенные туда ветром, не намокли во время ливня, и внутри было тепло и уютно.
Однако их опередили — в темном проеме показалось лицо Айрис. Увидев, кто к ней пожаловал, девушка скривилась.
— Вот черт, — пробормотала Сандра. — Разворачиваемся.
— Да нет, зачем? — Бастиана охватила удивившая его самого радость, когда он увидел здесь именно Айрис. — Тут еще хватит места для двоих.
Не говоря ни слова, Айрис подвинулась в сторону.
— Спасибо, — искренне
Сжимая в руках сумку, девушка не двигалась с места, окруженная уже надвигавшейся на лес темнотой.
— Я бы лучше поискала другое место.
— Ну вот еще! — Бастиан чувствовал, как внутри него снова закипает ярость. — Удобнее, чем эта пещера, ты сейчас ничего не найдешь. Давай, иди сюда. Пожалуйста.
Сандра нерешительно шагнула в его сторону.
— Разве тебе не хотелось бы побыть наедине со мной? — спросила она.
Мне хотелось бы быть сытым, оказаться в сухости и ни о чем не волноваться.
— Конечно. Разумеется. Но сейчас у нас всё равно ничего не выйдет.
Несколько долгих секунд Сандра не сводила с Бастиана глаз, будто продолжая безмолвную борьбу с самой собой, но все-таки смирилась и забралась в пещеру.
— Наконец-то, — пробормотала Айрис.
Они наблюдали, как тьма наползает на лес, стирая всё, что встает у нее на пути, — пока на землю окончательно не легло непроницаемо черное покрывало. Бастиан сидел, прислонившись к стене пещеры и чувствуя, как все неровности огромного камня впиваются в спину. Не решаясь даже пошевелиться, он всматривался в простиравшуюся перед ним пустоту.
— Ты можешь убрать эту штуку? — услышал он ворчание Сандры, а вслед за ним — язвительную отповедь Айрис:
— Даже не думай! Выглядит она симпатичнее, чем ты, да и голос у нее получше будет, а вот сырость переносит куда хуже. Так что решай сама, кому придется свалить отсюда, если дойдет до крайности.
Пара секунд ушла у Бастиана на то, чтобы понять: Айрис говорила о своей арфе. Он ухмыльнулся, но тут же смутился и стер с лица улыбку.
Какое-то время в пещере было спокойно, лишь ветер шелестел в кронах деревьев, чьи силуэты смутно темнели около входа в пещеру. Постепенно ночь стерла и их.
Бастиан попытался устроиться поудобнее.
— Кто-нибудь разгадал тот шпрух? — поинтересовался он. — «Пусть мишура блестит серебром — всё, что внутри, сочтено».
— Пустая болтовня, моралистика, — отозвалась Айрис. — Типа девиза, что достойны внимания только внутренние ценности.
— Но тогда непонятна вторая часть, там, где говорится: «Пусть ты надежно хранишь его, моим ему стать суждено, едва лишь наступит тьма». Никак не могу разобраться.
— И не нужно, — голос Сандры звучал раздраженно. — Мона же сказала, что это послание составлено не организаторами. Значит, и адресовано не нам. Забудь о нем.
Айрис подалась в его сторону, послышалось шуршание.
— У меня тут два сухих одеяла, — сказала она. — Если хотите, берите одно. И вообще было бы лучше снять с себя все мокрые тряпки и завернуться в него. Иначе вы всё равно замерзнете.