Игнач Крест

Федоров Георгий Борисович

Послесловие

В 1238 году Новгород избежал прямого нападения захватчиков, разгрома, разграбления, массовых жертв. На долгие годы Новгород стал хранителем традиций русской культуры, искусства, свободолюбия, древнейшего славянского социального и государственного строя.

В самом деле, византийские историки, впервые вплотную столкнувшись со славянами в VI веке нашей эры, подробно описывают их общественный строй как народоправство.

Верховной властью было народное собрание, состоявшее из всех свободных людей. Существовал совет старейшин, военачальник, избиравшийся лишь на время военных действий. Словом, это была и по сути и по структуре предтеча вечевого устройства, которое мы хорошо знаем по истории Новгородской и Псковской республик. Русские летописцы считали, что вече у нас было с незапамятных времен, как выразился владимирский летописец: вече было «изначала»; о народных собраниях сообщают летописцы и при описании событий IX и X веков нашей эры на Руси. В летописях сообщается о деятельности веча во многих русских городах: Киеве, Белгороде, Смоленске, Полоцке, Костроме, Москве, Козельске, Чернигове, Курске, Нижнем Новгороде, Ростове, Владимире, Суздале, Ярославле, Галиче, Рязани, Переяславле, Владимире-Волынском, Звенигороде, Торжке и т. д. Надо полагать, что вече существовало и в других русских городах. Сила веча и его значение во многих русских городах (кроме городов Новгородской и Псковской республик) было подорвано самовластием и междоусобицами князей и их приближенных, сломлено татаро-монгольским нашествием и игом. Однако и в те тяжкие времена во главе восстаний, вспыхивавших против гнета ордынцев во Владимире, Суздале, Ярославле, Переяславле и других русских городах, как сообщают летописцы, вновь вставало, казалось бы, совершенно уничтоженное вече.

Вот и получается, что у наших предков вечевое устройство, верховная власть народного собрания, судя даже только по свидетельствам византийских историков и русских летописцев, существовало по меньшей мере тысячу лет.

Для сравнения напомним, что царское, монархическое правление на Руси продолжалось 370 лет (с 1547 по 1917 год).

Целый комплекс причин не дал возможность Батыю завоевать Новгородскую республику, и среди них прежде всего героическое сопротивление Торжка, первого города новгородской земли, на который напали захватчики.

Здесь в смертельной схватке сошлись два разных вида социального устройства и породивших их психологии, типа личностей, взаимоотношений между людьми, два различных мировоззрения, две морали. С одной стороны — свободолюбие, глубоко личностное отношение к своей земле и народу, к их судьбам, чувство ответственности за них, инициатива, приверженность к созидательному труду. С другой стороны — темная, не рассуждающая, жестокая сила, основанная на деспотизме и рабском подчинении,

на стремлении к завоеванию новых земель, ограблению и истреблению целых народов. Эта страшная сила не смогла победить и потому, что ей противостояло вече и соответствующее ему мировоззрение.

Значение веча в истории нашего народа хорошо понимали самые светлые умы на Руси во все времена. Так, Радищев в своем знаменитом «Путешествии из Петербурга в Москву», в главе «Новгород», писал: «В таковых размышлениях подъезжал я к Новугороду, смотря на множество монастырей, вокруг оного лежащих. Сказывают, что все сии монастыри, даже на пятнадцать верст расстоянием от города находящихся, заключалися в оном; что из стен его могло выходить до ста тысяч войска. Известно по летописям, что Новгород имел народное правление. Хотя у них были князья, но мало имели власти. Вся сила правления заключалася в посадниках и тысяцких. Народ в собрании своем на вече был истинный государь».

И хотя по тем же летописям мы знаем, что нередко на вече верховодили бояре, трудно не согласиться с этими словами великого писателя, мыслителя-демократа. Ведь недаром вдохновляла история Новгорода Я. Б. Княжнина, А. К. Толстого и многих других писателей, недаром декабристы назвали «Вече» будущий высший законодательный орган в планах своих об освобожденной и обновленной России, недаром Герцен назвал «Колоколом» первый русский вольный неподцензурный журнал, мечтая о том, что он, как звон вечевого колокола, призовет подняться угнетенный деспотизмом народ к борьбе за свободу.

Не случаен, конечно, и в наше время, время повышения чувства личной ответственности за судьбы страны, бурный всплеск интереса к истории Новгородской республики и ее вече. Одной из самых ярких фигур этой истории был Степан Твердиславович Михалков, который всей своей жизнью подал пример верного служения народу. И народ воздал ему должное. Он был первым новгородским посадником, удостоенным чести быть похороненным под сводами храма Святой Софии. Это он снарядил новгородцев во главе с князем Александром Ярославичем на Невскую битву и на битву с ливонцами на Чудском озере, где князь одержал прославившие его в веках победы.

Велик сейчас интерес к Древней Руси. Об одной из страниц ее истории мы и попытались рассказать в нашем романе.

Мы выражаем глубокую благодарность академику В. Л. Янину, взявшему на себя нелегкий труд прочесть роман в рукописи и сделавшему ряд ценных замечаний, которые были нами учтены. Мы благодарим также доктора исторических наук востоковеда Н. Ц. Мункуева за помощь и консультацию.