Игла
Шрифт:
Светозар вскинул брови.
— Почему это?
— Потому что... — Игла не находилась, что ответить. Она чувствовала себя до безумия глупо и понимала, что несёт чушь, но поделать с собой ничего не могла. Она просто хотела остановить Светозара, выбросить книгу и больше никогда о ней не вспоминать.
— Это я попросил его помочь. — Из глубины библиотеки вышел Дар с книгой.
— Ты?
— Да. — Он наклонился и положил книгу перед Ветром, Игла отметила, что это ещё один сборник сказок, на этот раз с картинками. — В терем Забава со Славной не проберутся, но и мы не можем прятаться тут вечно. Если я верну сердце, то смогу дать им отпор, а может, узнав об этом, они и вовсе не осмелятся напасть.
В
— Удалось что-то разузнать? — спросила Игла у Светозара, кивая на книгу. — Куда идти дальше?
— Нет. Это просто травник, — ответил Дар вместо него.
— Для тебя, — кивнула Игла.
— И для меня, — пожал плечами Светозар. — Я уже сказал Дару, что, вероятно, вы раздобыли не ту книгу.
— Невозможно. В подземелье других книг не водилось, если верить Ветру. — Игла подошла к столу. — Дай взглянуть. Наверняка вы что-то...
Это и правда был травник. Игла уставилась на раскрытый разворот. Болезни грудные и жар нутряной. Отвар из багульника болотного — для лёгких и груди. Возмите две пригоршни багульника, верхушки цветущие, а ещё солодки и... не то... Сложить багульник и солодку в глиняный горшок... Игла пробежала в самый конец рецепта. Пить тёплым, по полкружки утром и вечером. Детям — по ложке. Не может быть. Она перевернула страницу. Порошок от головной боли. Лесной. Возьмите кору ивы, ромашку и пижму в частях... Да что же это! Растолочь в пыль и держать в сухом мешочке... Настойка против хандры... Не давай тем, кто тоскует по мёртвым — хандра перейдёт в сон без пробуждения...Игла пролистала книгу до самого конца и с досадой захлопнуло. На переплёте значилось: «Травник горького сердца». Игла ткнула пальцем в название.
— Это не может быть просто совпадением!
— Я тоже так подумал, — отозвался Дар, кивая.
— Но всё здесь — просто рецепты, — пожал плечами Светозар. — Даже не знаю, насколько полезные. Я внимательно изучил пока около трети, знаю теперь, как помочь больным коленям и избавиться от кашля, но не нашёл ни слова о том, как вернуть пропавшее сердце.
— Значит, ответ в остальных двух третях, — Игла скрестила руки на груди и повернулась в Дару. — И ты видишь то же? Те же самые рецепты?
— Совершенно одинаковые. Либо книга не зачарована вовсе, либо зачарована для всех. Чувствуешь исходящую от неё магию?
Игла приложила ладонь к переплёту и прислушалась к себе.
— Ничего. Вроде бы...
— Вы слышали? — В библиотеку ворвалась Ласка. Рот её был набит блинами, в руке она держала ещё два. — Мяун сказал, что сегодня в Даргороде последний день зимней ярмарки, а мы дома сидим! Скорее собирайтесь! Я тысячу лет не была на ярмарках!
— Я тоже хочу на ярмарки! — подскочил Ветер, мгновенно заражаясь восторгом Ласки. — Что такое ярмарки?
Игла с Даром переглянулись. На мгновение и сердце Иглы радостно подпрыгнула. Она много раз слышала от Светозара чудесные истории о Даргородских ярмарках, на которые съезжались купцы, мастера и искусники со всего царства. Танцы, представления, выступления чародеев — Игла всегда мечтала посмотреть хоть на одну из таких ярмарок. И Светозар не раз обещал сводить её.
— Это может быть опасно, — сказала она, не позволяя себе поддаться соблазну. — Что если Забава...
— Вряд ли Забава решит совершить глупость и напасть на нас на площади полной
— И гвардейцев, — добавил Светозар. — Ярмарки очень хорошо охраняются. Особенно после одного случая с аспидом лет, кажется, двадцать назад. Или больше? — Он почесал затылок, вспоминая. — В любом случае, с целой Гвардией даже Забава не справится.
— Значит, мы пойдём? — встрепенулась Ласка, засовывая в рот последний блин. — Пойдём же? Ну, пожалуйста!
— Ну, пожалуйста! — подхватил Ветер.
— Почему все смотрят на меня? — всплеснула руками Игла и вздохнула, сдаваясь. — Ладно, но ненадолго. Идите, собирайтесь. Но сначала завтрак! — последнюю фразу она выкрикнула пустому дверному проёму — Ласка и Ветер уже умчались прочь.
***
Даргород казался Игле непостижимо огромным. Белокаменные городские стены во много раз выше человеческого роста, высокие терема, широкие улицы, устремлённые ввысь башни Царских Палат, Вольской Гвардии и Совета Чародеев. И люди, столько людей, что не перечесть. Шум оглушил её, заставил потеряться в пространстве и разноцветной толпе, которая непрерывным потоком текла к главной площади. Размешанный тысячами ног снег, превратился в лужи и грязь. Улицу украшали разноцветные ленты, которые развевались на столбах, подчиняясь ветру, и от от их танца даже небо казалось пёстрым. Никогда прежде Игла так сильно не хотела вернуться в тихий, укрытый белоснежным ковром лес. Дар шёл рядом, спрятав руки в рукавах и чувствовал себя, кажется, вполне приемлемо. Впрочем, угадать что-то по его непроницаемому лицу было сложно. А вот Ласке и Ветру всё определённо нравилось. Они шли чуть впереди, держась за руки и глазели по сторонам. Ласка то и дело поправляла Ветру шапку, чтобы защитить его от солнца, которое сегодня светило особенно ярко. Светозар решил остаться в тереме. С одной стороны, чтобы не терять время продолжить изучать книгу, с другой, чтобы не привлекать лишнее внимание гвардейцев, которым появление нечисти на празднике наверняка пришлось бы не по душе. Светозар не помнил всех законов Гвардии, но подозревал, что вызванный лесной ведьмой и привязанный к ней неупокоенный дух противоречил не одному правилу.
Гвардейцев и правда было много — в красивых чёрных кафтанах с серебряной оторочкой. Они цепко следили за окружением, будто псы на охоте. Вооружённые мечами и магией, они охраняли праздник, почти незаметные, если не знать, куда смотреть.
Едва Игла ступила на площадь, забыла обо всех неудобствах, оглушённая музыкой и ослеплённая огнями. Торговая улица, поразившая её в Любограде, показалась бы теперь мелкой и бедной. Пёстрые прилавки ломились от товаров из шатров доносилась музыка и смех. Всюду, перебивая друг друга и переманивая народ, витали запахи еды. Высоко над всеми, танцевали на ходулях разноцветные скоморохи с разукрашенными лицами, а ещё выше, шёл по натянутому между двух столбов канату человек с длинной палкой.
Ласка уже успела выпросить у Дара пару монет и купила им с Ветром красных карамельных петушков. Тот же кажется, от восторга был готов вот-вот лишиться сознания, глазел вокруг с открытым ртом, почти сразу позабыв о леденце. На сцене посреди площади выступали самые разные искусники. Игла посмотрела спектакль о том, как медведи подарили силу царскому роду, танцы девушек с лентами, призванные приблизить наступление весны, послушала гусляра, который пел песни о подвигах гвардейцев в борьбе с нечистью и о царе, спасшем Вольское царство. И много других выступлений, которые сменяли друг друга бесконечным потоком звука и цвета. А потом, когда на город стали опускаться первые сумерки, на сцену вышли огненные чародеи. Они жонглировали пламенем, посылали в небо огненных змей и птиц, а в конце даже сплели огромного дракона, который взмыл над площадью, расправив два пламенных крыла и рассыпался рыжими искрами.