Игла
Шрифт:
8
П Р О Б У Ж Д Е Н И Е О Т С Н А
Саша открыл глаза и ошарашено смотрел на соседей по палате. Потом бросил тревожный взгляд на руки и ноги. Все совершенно целое и освобожденное от захватов. Никаких оков и наручников. И вокруг абсолютно незнакомая обстановка с чужими людьми и предметами. Окна, входная дверь, примитивные кровать с простынями и одеялами. Но больше всего поражал этот бело-серый потолок с грязно-зелеными стенами. И вообще, назначение всех предметов и этой обстановки с дикой нелепой окраской имели непонятное назначение.
А теперь, не мешало бы уточнить хотя бы собственное имя.
И только случайности, совпадения обстоятельств и его собственные реакция и боевые навыки постоянно спасают от неминуемой гибели. Но постоянное чувство преследовало и угнетало, что вечно и всегда удача не может идти рядом. Она так же устанет от извечной борьбы за это никчемное и ненужное существование. Но он спасался, чего невозможно сказать о его врагах, с предсмертным воплем летящих в эту бездну с каменным и стальным дном.
Но откуда у него мало спортивного мальчишки взялись эти воинские навыки ведения уличного боя с голыми руками против вооруженных и яростных врагов. Если он Саша, то паинька мальчик, не способный вот так ни за что ни про что просто обидеть, а не то, что жестоко и беспощадно убить. И не раз, и не сто, а тысячи, полчища врагов, жаждущих почему-то его личной смерти. Пусть кто-нибудь объяснит им, что нет в нем жажды крови и плоти этих несчастных.
— О! Молодец! Очнулся наконец-то! — воскликнула молоденькая девушка в белом халате и белоснежной косынке. — Жив, холера! Лежит себе, молча, глазками хлопает беззаботно, посапывает, похрапывает, и ни до чего ему дела нет!
— А где я? — испуганно спросил Саша, однозначно пугаясь нежелательного ответа.
— Как это где? Вот и вопросик задаешь же ты, — искренне удивилась девушка. — Ясно, что в больнице. Ты разве на иное рассчитывал? Неужели не понятно, что после всего случившегося, только в нашей больнице и место тебе.
— А ты кто? — хотя уже и без ее ответа Саша мог догадаться о своем местонахождении.
— Что еще за глупые вопросы? — опять удивилась она. Видно, что девушка была стопроцентно уверена в нелепость таких вопросов в этом лечебном заведении. Да они просто неуместны. Раз лежишь на больничной койке и видишь перед собой молодую девушку в белом халате, то даже коню понятно, что перед тобой является обычный медперсонал. Ну, а из-за чрезмерной молодости уже и глупый сделает соответствующие выводы, что она медицинская сестра.
— Лично я медсестра. Тебя такой ответ устраивает? Интересно, а кого еще ты хотел у нас увидеть?
— А звать как?
— Рената. Ну, это не столь важно и опасно. Если и забудешь, то назовешь по-простому, как и все: сестричкой. Так обычно все ко мне обращаются. Сейчас пойду, позову врача и обрадую его, что ты проснулся. А то мы все устали уже ждать твоего пробуждения.
— Я разве спал? — испугался Саша. Теперь-то он уж точно определился с именем.
— А что же еще? Конечно, спал, как сурок. И главное, спит, и просыпаться, словно не планирует. А мы тут все с ног сбились, что мозги заклинивает. Ничего не желает: ни пить, ни есть, ни, простите, на горшок сходить. В общем, ни жив, ни мертв. Вот только твои посапывания и дают знать о твоем существовании. Потому-то на доктор и велел тебя перевести в общую из отдельной палаты. Опасности-то никакой для жизнедеятельности. Даже результаты анализов исключительно замечательные. Доктор говорит, что ты внезапно уснул летаргическим сном. Тебя даже из Москвы профессор Архангельский прилетал смотреть. А ты ничего совсем не ощущал? Сон хоть какой-либо снился?
— Снился вроде, да еще какой-то кошмарно странный. Только детали не помню.
Даже интересно:
— Рената, а спал я очень долго?
— Да почти два месяца. С ума можно сойти. Еще странно, что обошлось без пролежней.
— Да, с ума сойти и в самом деле не сложно от таких метаморфоз, — тяжело, но больше равнодушно, чем эмоционально, вздохнул Саша или Войэр, в чем он сам еще не разобрался.
Нет, я здесь обыкновенный Саша. Войэр очень уж злой и жестокий. А у меня к Ренате очень добрые и человеческие чувства. Симпатичная девчонка, мулатка. И вовсе Войэр не изверг. Он попал в такие нечеловеческие условия. И теперь вынужден свершать такие варварские злодеяния. Интересно, а как бы ты сам повел себя, попади в джунгли с дикими зверями. Можно подумать, что налево да направо сеял доброе и разумное. А они потихоньку отъедали по кусочку от тебя. Еще разобраться надо, как он стал убийцей, и почему эти озверевшие люди хотят твоей смерти. То есть, его, Войэра. А может Саши?
— И что же такое здесь получается? Я все эти дни вот так провалялся трупом, как чурбан?
— Нет, не совсем. Самое веселое в этой истории, что ты даже самостоятельно крутился. Не так уж и часто, но переворачивался с бока на бок. Доктор даже восторгался твоим сном с такими вращениями. Нам совсем не надо было об этом заботиться, — весело и задорно, словно похвалила его, ответила Рената.
— А как же с простыми человеческими потребностями, как прием пищи, воды и прочими атрибутами жизнедеятельности? Неужели ничего совсем не было? — без удивления и восторга, как об обыкновенной обыденности поинтересовался Саша, все еще не приходя к единому мнению, кто и где он на самом деле.
Рената убежала за врачом, а Саша продолжил напрягать мозги над сложной головоломкой. Войэр тоже на излечении. Он догадывался, да и никто не скрывал этого факта с самого начала, что в пищу добавляются успокаивающие препараты. Чтобы снять агрессию и излишнее перевозбуждение. Он не только не отрицал и не протестовал против такого факта, но даже понимал и одобрял их решение. Без таких препаратов они просто поубивали бы друг друга.
Погоди, не сходи окончательно с ума. Я Саша, а тот Войэр просто ему приснился за эти длительные сонные дни. Ничего ужасно ведь не случилось, такое происходило в истории медицины. Обычное, или не совсем, а простое и редчайшее, но это заболевание с глюками и видениями. Ведь и раньше бывало такое. Ему снились разнообразные истории, увлекательные и интересные, готовые лечь на бумагу в форме увлекательного приключения. Случались и умные жизненные сюжеты. И если не удавалось по какой-либо причине досмотреть, и он прерывался неким внешним фактором, то потом Саша в течение дня домысливал его и доводил до логического конца, чтобы в последствие эта история уже больше не беспокоила его мысли и не лезла в сны.
И эта история со странным человеком по имени Войэр и с его космической трагедией банально приснилась. Простой факт, что все уж сильно смахивало на реальность, не должен волновать Сашу. Он просмотрел многосерийный фильм. Ясно, отчетливо, с комментариями и пояснениями на большом и панорамном экране. Даже испытывая притом, при всем боль и страдания.
Но это же не повод для переживаний и сомнений. Сейчас перед ним стоит более масштабная задача и проблема. Что с ним могло случиться такое безобразное, от чего он слег на столь длительный период в больницу. Его в данный период не волнует физические последствия заболевания, его протекание и диагноз. Он даже полностью уверен, что чувствует себя полным сил и энергии. Даже с переизбытком, словно так хорошо после трудов праведных отдохнул. Вот как отразится сия кутерьма на его дальнейшей летной карьере.