Игла
Шрифт:
Сказать, что Боб и Охотник были удивлены, значит ничего не сказать. Мальчик молча смотрел на мистера Рейланса, который пригласил его в свой кабинет и сообщил о немедленном возвращении на остров.
Охотник в это время безуспешно пытался прочесть бумаги, лежавшие на столе директора.
Наконец Боб пришел в себя и смог заговорить.
– Но почему, сэр? Что-то случилось дома?
– Нет, все в порядке. Мы считаем, что тебе лучше несколько месяцев побыть дома, вот и все. В последнее время у тебя не все ладно с успеваемостью.
Охотнику эта ремарка объяснила ситуацию с кристальной ясностью, и он метафорически пнул себя за то, что не предвидел
– Значит, меня исключают из школы? Я не думал, что отец… и ведь только несколько дней…
– Нет, ничего подобного.
Последние слова Боба директор не понял.
– Мы заметили, что ты чем-то обеспокоен, и врач решил, что тебе следует немного отдохнуть. Мы рады будем видеть тебя в следующем учебном году. Если хочешь, мы пошлем с тобой программу, и учиться на острове будешь по ней. Ты сможешь заниматься летом, и не отстанешь от своего класса. Хорошо? – Он улыбнулся. – Или ты не хочешь домой?
Боб неуверенно улыбнулся в ответ.
– О, я рад. Я только…
Он в замешательстве замолчал.
Мистер Рейланс рассмеялся.
– Хорошо, Боб. Не беспокойся. Я тебя понимаю. Сейчас соберись и попрощайся с друзьями. Я попробую заказать тебе билет на завтрашний рейс. Жаль, что ты улетаешь: хоккейной команде тебя будет не хватать. Но сезон уже почти кончен, а к игре в футбол ты вернешься. Доброго пути!
Они обменялись рукопожатиями, и Боб, ошеломленный, пошел в свою комнату и начал собираться. Они ни о чем не говорили с Охотником: в этом не было необходимости.
Он давно уже научился не принимать слова старших за чистую монету только потому, что они старшие, а пытался отыскать истинные мотивы их поступков. Но он не мог понять причины происшедшего и решил пока отнестись к этому просто как к удаче. Следующий шаг – за Охотником.
Охотник, осознав значение слов мистера Рейланса, перестал беспокоиться. Устранение первого препятствия подействовало на него, так же, как иногда на людей: он на какое-то время решил, что все его заботы в прошлом. Сказать, что он решил, будто его задание уже выполнено, было бы слишком, но даже если бы он так чувствовал, его можно было понять. Он был хорошим детективом. Конечно, у него случались неудачи, но ни одна из них не происходила тогда, когда ему помогал разумный и склонный к сотрудничеству Хозяин, к тому же обладающий значительной физической силой. Боб, конечно, не Дженвер, но Охотник чувствовал привязанность к мальчику.
Эта атмосфера благодушия держалась все время, пока мальчик собирался, и даже часть пути.
Мистеру Рейлансу удалось заказать билет, и на следующий день Боб автобусом выехал в Бостон, оттуда самолетом добрался до Сиэтла, а там пересел на самолет компании ТПА. В пути, когда это было возможно, мальчик разговаривал со своим гостем, но разговор касался исключительно событий и сцен путешествия. К делу они перешли, только оказавшись над Тихим океаном. Боб всегда считал, что Охотник сам справится, когда они доберутся до сцены действия.
– Скажи, Охотник, как ты собираешься найти своего друга, и что ты с ним сделаешь? У тебя есть какие-то средства добраться до него, не причиняя вреда Хозяину?
Это был шок. Охотник даже обрадовался, что ему способ общения использовать труднее. Иначе он начал бы говорить, еще не поняв, что ему нечего сказать. Следующие пять секунд он удивлялся, не забыл ли где-нибудь свою материю, которая обычно служила ему мозгом.
Конечно, его добыча давно скрылась, должно быть, в чьем-нибудь теле, как и сам Охотник. Это все обычно. В обычных условиях,
Он не только установил бы наличие симбионта, но и мог догадаться о его личности. Боб сказал, что на острове около ста шестидесяти человек. Их можно проверить в несколько дней. Но проводить тесты он не может.
Все его оборудование, все запасы погибли с кораблем. Даже если ему фактически повезет, и он сможет разыскать корпус корабля, было бы глупо надеяться, что инструменты уцелели, а химические контейнеры выдержали удар, и воздействие соленой воды в течение пяти месяцев.
Он мог рассчитывать только на себя, он безнадежно отрезан от лаборатории своего мира, от той разнообразной помощи, какую ему могли бы оказать его сородичи. Они даже не знают, где он, а в Млечном Пути сотни миллиардов звезд.
Он вспомнил, что Боб уже задавал этот вопрос, вспомнил, с каким высокомерием он ответил. Теперь ему было совершенно ясно, что вывод, сделанный несколько дней назад, верен. Они ищут иголку в стоге сена, причем соломинок – людей свыше двух миллиардов, и эта смертоносная ядовитая игла скрывается в одном из них.
Боб так и не дождался ответа на свой вопрос.
Глава 7
Сцена…
Большой самолет перенес их из Сиэтла в Гонолулу, оттуда к Апиа, в маленькой машине они перелетели от Апиа к Таити, и в Папеете через двадцать пять часов после вылета из Бостона Боб смог показать Охотнику танкер, который обходил острова со станциями по добыче нефти, на котором им предстояло проделать последнюю часть пути. Это был типичный корабль своего класса, далеко не новый, хотя сверху из самолета Охотник не разглядел многих подробностей. Такая возможность появилась несколько часов спустя, когда Боб убедился, что его багаж переправлен в гавань.
Багаж и мальчика – Боб был единственным пассажиром – на маленьком катере перевезли на корабль, который они рассматривали с воздуха.
Даже Охотник сразу увидел, что это грузовое судно, не предназначенное для быстрого плавания. Корабль был очень широк для своей длины, вся его средняя часть была занята резервуарами, которые лишь на несколько футов поднимались над уровнем воды.
Корма и нос были гораздо выше. Они были связаны мостиками, шедшими над резервуарами. С мостиков через одинаковые частые интервалы спускались лестницы, давая доступ к насосам и клапанам. Высокий темнокожий моряк при виде Боба, взбиравшегося по трапу, глянул на мостик и неслышно простонал. Из прошлого опыта он знал, что невозможно удержать мальчика от скользких, залитых нефтью ступенек. Он понял, что предстоит жить в опасении, что он доставит старшему Киннэйрду лишь набор останков.
– Привет, мистер Терол! – закричал Боб. – Выдержите меня день-два?
Моряк улыбнулся.
– Надеюсь. Ты не самая плохая помеха.
Боб в шутливом недоумении распахнул широко глаза и перешел на французко-полинезийский диалект, использовавшийся на островах.
– Кто-то причинил больше беспокойств? Вы должны познакомить меня с этим гением.
– Ты знаешь его, вернее их. Мэй Чарли и молодой Хэй несколько месяцев назад пробрались на борт и умудрились не попадаться на глаза, пока было уже слишком поздно их высаживать. Пришлось кое-что им объяснить.