Иероглиф судьбы

Широков Виктор Александрович

Сообщение № 4 вы уже видели, глубокоуважаемый господин Вик-туар. одну из заключительных сцен моей, увы, недолговечной жизни. Мы расстались тогда, когда я, освободившись от наручников, выбрался из узилища и попал в широкий коридор космического корабля. Было пустынно. Амазонки, скорее всего, отдыхали после очередного шабаша, набираясь сил в спальных

коконах.

Во всем корабле бодрствовала одна Зея, находившаяся в рулевой рубке. Я нашел эту рубку довольно быстро, сориентировавшись по графическим указателям на стенах переходов и руководствуясь своей интуицией.

Когда я вошел в рубку, Зея стояла ко мне спиной, всматриваясь в экран огромного телевизора, на котором я с удивлением и ужасом увидел интерьер вашей квартиры, уважаемый господин Вик-туар. Я моментально сообразил, что коварная амазонка перехватила поток сигналов между нашими пейджерами, установила канал передачи, подключиться к нему было делом техники.

Тварь рассчитывала телепатически проникнуть на Землю, материализоваться и уничтожить мой оригинал, чтобы несчастный клон, то есть я, Мацумото, потерял все связи с питающим его миром и окончательно превратился в её раба, покорную игрушку её патологической страсти.

Мне ничего не оставалось делать, как попытаться осилить чудовище, набросить на шею наручники, единственное оружие, оказавшееся под руками, и вытащить астральное тело Зеи из земной ауры. Это, как ни странно, вполне удалось.

Когда я выволок тварь окончательно на корабль, экран телевизора погас, и мне удалось зацепить одно из колец наручников за странную красную клемму на щите управления кораблем, второе кольцо я зацепил за штырь, больше всхожий на радиоантенну. И в этот самый момент грянул огромной силы электроразряд.

Зея билась как уж на горячей сковороде, извивалась как червяк на крючке. Через несколько мгновений она затихла, и в рубке сильно запахло горелым мясом.

Корабль на глазах терял управление, его сильно потянуло вниз и в сторону.

Я попытался схватить штурвал, но он не действовал, одинаково легко и бессмысленно вращаясь в обе стороны. Вскоре земля стала приближаться с молниеносной скоростью. Я успел заметить в лобовой иллюминатор редкий сибирский лес, голубые вены речушек и тут же понял, что столкновение с планетой неминуемо. "Вот она, тайна Тунгусского метеорита", - успел подумать я и...

Экран пейджера снова заволокло серовато-красными иероглифами. Через несколько минут экран потемнел и сколько бы я ни жал на голубую и прочие кнопки, прибор бездействовал.

На следующий день все средства массовой информации дружно сообщили о падении в районе Подкаменной Тунгуски очередного громадного метеорита. Снарядить научную экспедицию к месту падения оказалось невозможным в силу всеобщего экономического кризиса.

Я, наконец, разменял 50 долларов по курсу, который значительно упал, купил бутылку "Столичной" и помянул своего незабвенного клона, спасшего, как оказалось, мне жизнь.

Ювелир Антон Горский за эти дни успел развестись с очередной женой, которую застал в постели с уборщиком мусора. Мама поддержала его в этом акте возмездия. А мой рубин пока затерялся среди его вещей во время обратного переезда. К маме.

Общественно-политическая обстановка в стране осталась в том же положении раздрызга. Чурбайс спрятался от ответственности и разборок на посту президента общественного фонда Зеленого зигзага и Желтого полумесяца, эмблема которого сильно напоминает доллар, разрубленный свастикой. Странный иероглиф, следует запомнить.

Мои собаки и кошки пока живы-здоровы и почему-то постоянно хотят есть. Теща уехала в санаторий под Серпуховом третий раз кряду за один год.

Век и все второе тысячелетие медленно скатываются к своему окончанию. Что-то ещё предстоит...

4 октября 1998 г.