Иероглиф «Измена»
Шрифт:
— Ой, — более трезво сказал Ань. — Гаи… Гаинь… Гаиньинь, это ты?
— Это я, — яростно прошипела тысячерукая. — Авот ты у меня сейчас быстро перестанешь быть Небесным Чиновником, если немедленно не протрезвеешь!
— У-у, да просветлится над нами небо! Я сейчас, уже, почти готов… Юй! Юй, женушка, очнись! Смотри, кто пришел!
Чиновница Юй, до этого мирно дремавшая, прикрывшись веером, вскочила и, пошатываясь, предстала пред очами грозной богини.
— Р-разрешите доложить, — начала было Юй, но богиня
— Отставить! А ну вытрезвились оба, быстро!!!
Чиновники на мгновение осветились изнутри зеленоватым светом, потом свет пропал, и теперь наши злополучные герои смотрели на мир вполне трезво. Трезвость — вещь обидная. Сразу понимаешь, каким ты был болваном, что напился, и как на тебя смотрят непьющие товарищи. И еще это нестерпимое чувство вины…
— О тысячерукая! — воскликнули оба чиновника и пали на колени. — Прости нас и помилуй. Согрешили, каемся. Позволили себе непозволительное!
— Ладно, на первый раз прощаю. Нашли с кем пить, с богами Жемчужного Завета. Они же записные пьяницы, самого Верховного Владыку совратят и споят!
— Виноваты, виноваты, — бормотала Юй. — Но кто же знал, что это мирное знакомство перейдет в такую скверную пирушку? Тысячерукая, прости за вопрос: сколько времени по земному исчислению мы здесь… э-э… пировали?
Юй оглядела Нефритовый павильон и порадовалась тому, что, кроме Аня и Гаиньинь, здесь больше никого не было.
— Времени прошло немало, — отрезала богиня. — И у меня для вас нерадостные новости. Сядьте и слушайте.
Чиновники повиновались. Гаиньинь брезгливо смахнула со стола все чаши, кувшины и подносы и пристроилась повыше, согласно своему облачному рангу.
— Императрица Чхунхян, владычица Жемчужного Завета, задумала черное дело, когда пригласила к себе принцессу Фэйянь, — заговорила тысячерукая богиня. — Вы были посланы оберегать принцессу от земного и небесного зла, и вот вы не выполнили своего предназначения!
— Ах! — вскрикнула Юй. — Что случилось с принцессой?!
— Случилось несчастье, которого, быть может, уже и не поправить, — вздохнула богиня. — Императрица Чхунхян на самом деле не кто иная, как безумная государыня Мониен, столетия назад сгубившая собственного единственного сына, принца Наисветлейшего. За гибель сына она была проклята до тех пор, пока душа Наисветлейшего не обретет покоя.
— Ох, — всплеснула руками Юй. — Я знаю эту легенду! Китешра нам ее рассказывал за застольем… Наисветлейший должен обрести свою возлюбленную, лишь тогда он успокоится, а безумная Мониен лишится проклятия! Но какое отношение к этой легенде имеет наша Фэйянь?
— Эх вы, небожители! — раздраженно бросила богиня. — Догадаться не можете. Оказывается, Фэйянь очень похожа на возлюбленную Наисветлейшего принца, вот безумная Мониен и решила, что это его возлюбленная и есть. В новом воплощении!
— Оэ, оэ! Какое
— Это еще не все. Мониен прибегла к черным чарам, ее подручный колдун изготовил зелье, отделяющее главную душу от тела! И вот, когда Фэйянь по неведению испила ядовитого зелья, душа ее отделилась от тела!
— О горе, горе, моя бедная девочка мертва! — зарыдала Юй, царапая свое прекрасное лицо ногтями. I
— Ладно, — хмуро сказал Ань. — Мы напились и все прохлопали. Но ты-то, богиня с тысячью глаз, куда смотрела, пока творилось это беззаконие?!
— Ань, ты рехнулся! — возопила Юй.
— Я тебе скажу, куда я смотрела! — побагровев от гнева, заревела Гаиньинь. — В провинции Цзацзу-ань была засуха и пришлось обеспечивать людей дождем, чтобы не погиб урожай! В княжествах Севера мне пришлось расправляться с нашествием красной мушки; в городах Бо, Дуннян и Верхний Гао предупреждать смерть тысяч младенцев от ветрянки! Продолжить перечислять?! Или ты, Чиновник, все-таки понял, что у каждого на Небесах свои обязанности?!
— Понял. Прости, милостивая, я погорячился. Откуда ты узнала о гибели Фэйянь?
— Ее мать, светлая Нэнхун, сказала, что не видит сияния волшебного кулона, который она подарила дочери, оберегая ее от зла. Значит, с Фэйянь случилась самая страшная беда. Я обратилась к летописцу Книги Судеб и прочитала судьбу Фэйянь. Прочитанное ужаснуло меня.
— Неужели ничего нельзя изменить? — с тоской проговорила Юй.
Богиня опустила голову.
— Можно изменить! — вскричал Ань. — Можно, иначе ты, Гаиньинь, не пришла бы к нам! Говори, что мы должны сделать! Ради нашей Фэйянь мы готовы на все!
— Вы должны разыскать душу и тело Фэйянь и воссоединить их. Не думайте, что это так просто. Душу принцессы наверняка забрал к себе Наисветлейший, а где он пребывает — неизвестно даже Небу. Да и тело Фэйянь, видно, не погребли как положено, так что не разыскать его среди обычных могил… Думайте, Небесные Чиновники, как будете поступать. Я же должна покинуть вас — у меня свои заботы. Но хочу предупредить: не справитесь с заданием — вылетите из Второго Облачного Ранга как миленькие!
С этими словами богиня вознеслась на Девятое Небо. Чиновники некоторое время молчали.
— Нужен нам этот Второй Облачный Ранг, — пробормотал Ань, избегая смотреть на Юй.
— Ты что ж это? — нахмурила брови-бабочки красавица Юй. — Не хочешь найти тело бедной Фэйянь? Не хочешь спасти душу принцессы?!
— Хочу! Но вдруг уже поздно!
— Да если нужно, я время вспять поверну, лишь бы Фэйянь снова жила и радовалась жизни!
— Как ты думаешь, Баосюй знает, что случилось с его женой?
— Думаю, что нет. Потому что в противном случая нас разбудила бы не богиня, а пламя из его пасти.