Идущий
Шрифт:
Дини повернул вправо. Засеменил, озираясь, к соседнему дому. К счастью, между домами были несколько кустов и небольших плодовых деревьев. В противном случае человек, шедший вдоль фасадов, увидел бы мальчика. Дини присел, чувствуя, как зашлось в паническом галопе сердце. Человек приостановился, медленно повернув голову. Его внимание было приковано к дому, где ещё несколько минут назад находился мальчик. Теперь он остановился, изучая заросли позади домов. Дини смутно видел его сквозь листву, но мальчику показалось, мужчина нюхает воздух.
Это один
Дини рискнул проползти пару шагов. До угла дома, который скроет мальчика, до спасительного угла оставалось совсем немножко. Дини оглянулся на мужчину. Тот оставался на прежнем месте. Если бы он заметил мальчика, он пошёл бы прямо на него. Пока всё нормально. Казалось, мужчина следит за кем–то перед домом, служившим Дини убежищем. Может, там кто–то из его приятелей?
Дини прижался к земле и прополз ещё немного. Вот и угол дома. Три–четыре шага, и мальчик встанет и припустится бегом.
Этого не произошло. Впереди кто–то находился. Сквозь листву кустарника, росшего у противоположного угла тыльной стороны дома, Дини уловил смутное движение. Человек двигался бесшумно, вряд ли это кто–то из хозяев. Дини знал, кто это.
Он сдержал крик, отпрянул за угол, прижимаясь к стене и забыв, что мог выдать себя человеку, стоявшему на улице. Вспомнил, затравленно оглянулся. Нет, мужчина его не увидел. Но это мало что меняло. Дини не может идти вперёд. Не может вернуться. Даже перейти на соседнюю улицу через задний двор нельзя — тот, кто шёл позади домов, заметит его, можно не сомневаться. Дини оказался в ловушке. Он мог только сидеть и ждать своей участи.
Будь ещё в боковой стене этого дома окно, через которое можно пробраться внутрь… Но его не было.
Дини, обожженный паникой, попытался встать, но его ослабшие ноги отказали. Он лишь сделал спине больно — шершавая стена дома будто держала его. И тут мальчик, хлопнув по стене ладошкой, понял, что он не совсем в ловушке. Перед ним находилась стена, не имевшая больших различий со стеной подвала, откуда он выбрался.
При этой мысли он почувствовал внутри холод и яркую горячую надежду.
Медленно и неуклюже, с натугой, мальчик поднялся на ноги. Возле самой стены рос высокий густой куст, и Дини не боялся, что со стороны улицы его заметят. У него оставалось чуть больше минуты. Он не слышал, как приближался мужчина, двигавшийся позади домов, об этом говорило его обострённое восприятие.
Дини колебался. Он спрашивал себя, получится ли, и держал в голове то, как ему было плохо. Даже не плохо, это слово не совсем подходило. Он скользил по некоей грани, отделяющей другой мир, и этот почти уход из привычного мира сказывался на состоянии не лучшим образом. Однако выбор отсутствовал: или снова окунуться в это плотное, скользкое марево приглушенного сознания, или попасть в руки к тем страшным людям.
Человек, идущий вдоль тыльной стороны дома, приближался, мальчик даже почувствовал тепло, исходящее от его тела. Сомнения
Мальчик не заметил, что его руки по локти погрузились в стену.
Затем он сделал широкий, размеренный шаг.
Уинар прикрыл окно, оглянулся. Хозяин по–прежнему стоял у входа в комнату и не двигался. Женщины видно не было. Они не представляли опасности. Никто из них не выбежит на улицу, не закричит, требуя позвать гвардейцев или воинов коменданта. Они поняли, что это будет роковой ошибкой. Они не скоро забудут странного человека, вошедшего в их дом, но это не имело значения.
Уинар осмотрелся. Слева показался один из талхов. Уинар двинулся вправо. Несколько шагов, и он заметил стоявшего перед домами Биша. Тот направился к нему. Уинар сделал пару шагов и остановился — навстречу двигался ещё один талх, его звали Кой. Значит мальчик где–то поблизости, между двумя домами.
Уинар изучил заросли. Ничего. Талх нахмурился. Где же мальчишка? Биш приблизился.
— Ты его видел? — спросил Уинар.
Биш покачал головой.
Уинар повернулся к участку, засеянному кукурузой. К ним подходил Кой.
— Проверьте этот участок, — приказал Уинар обоим талхам.
Те двинулись на задний двор соседнего дома. К Уинару подошёл третий талх, Рафь. Их глаза встретились. Рафь покачал головой: нет, мальчик ему не попался. Уинар замер, задумался, не обмануло ли его приоткрытое окошко. Может, мальчик остался в доме?
Нет, Уинар слышал его запах, и этот запах уходил в приоткрытое окно. И хозяин удивился, не обнаружив мальчика в комнате. Ребёнок не выходил из комнаты, он вылез через окно. Где же он?
— Выйди на улицу, — сказал Уинар талху. — И будь там, мало ли что.
Рафь выполнил приказание.
Уинар чувствовал, будь у него побольше времени, он поймёт, почему они не обнаружили мальчика. Этому есть объяснение. Но время играло против талхов. В какую щель залез мальчишка?
Возвратился Биш.
— Пусто. Кой контролирует соседнюю улицу.
Уинар кивнул. Правильно. Они перекрыли все пути отступления. Почему же нет результата?
Рафь, изображавший праздношатающегося горожанина, быстро возвратился к Уинару. Тот вопросительно посмотрел на него.
— Гвардейцы! — произнёс Рафь. — Их много. Не меньше двадцати.
Уинар позволил себе недолгую паузу. Гвардейцы в таком количестве, если речь не шла о городских воротах или доме коменданта, могли направляться по веской причине. Уинар вспомнил, что сказал Уд. Тот человек, которого Уд захватил, прибыл к дому коменданта не один. Был ещё кто–то. Значит, всё просто. Гвардейцы спешили к тому дому, где только что побывал Уинар. Они тоже знали, где какое–то время находился мальчик. И они опоздали на считанные минуты.